Вы тут

Анварбек Култаев: Ногайцы и белорусы — дорогами литературной дружбы


Имя Анварбека КУЛТАЕВА хорошо известно читателям Дагестана. Член Союза писателей России, заслуженный деятель культуры Республики Дагестан, он возглавляет ногайскую секцию Союза писателей Дагестана. Автор более двадцати книг поэзии, прозы, тонкий лирик, одновременно внимательный к гражданским мотивам, многие свои произведения мастер художественного слова адресовал и юному читателю. С ногайским поэтом и состоялась наша беседа.


Ногайская литература сегодня… Наколько она востребована? Много ли читателей у ногайских авторов?

— Начну издалека… Если говорить о национальной прозе, ее авторитете у читателя, то невозможно не заглянуть в предыдущие десятилетия, надо оглянуться и на весь прошедший двадцатый век. Из истории мы знаем, что как таковой прозы у ногайцев не было. Была лишь поэзия. А с приходом Советской власти появились газеты, журналы. Ногайский язык пришел на радио и потом на телевидение. Масс-медиа требовали новых жанров. Так появились первые публицистические очерки. Многие чуткие к художественному слову творческие люди занялись публицистикой. Рядом с очерками начали соседствовать рассказы. А потом уже — и повести, романы, прозаические произведения других жанров.

 

Фактически, еще два-три года — и можно праздновать рождение современной ногайской литературы?..

— Можно и так сказать. По-настоящему национальная литература начала формироваться именно в 1920— 30-е годы. Да и письменность пришла к нашему народу с рождением Страны Советов. Это очевидно. Открылись школы — и дети начали изучать свой родной язык. Они начали учиться писать и читать на том языке, на котором говорили дома, который слышали от своих родителей, от своих дедушек и бабушек.

На страницах газет первые писатели публиковали свои стихотворения, рассказы, повести и другие художественные произведения. А потом появилось в Дагестане книжное издательство, где печатались первые буквари и учебные пособия. И этот процесс продолжается по сей день…

Много, очень много было сделано благодаря созданной педагогической, методической литературе. Сложности формирования национального самосознания, национального этноса у нас еще и с тем связаны, что ногайцы не проживают компактно. Мы — и на Северном Кавказе, и на юге Нижнего Поволжья, в Крыму. Были когда-то и в Северном Причерноморье, в степях между Волгой и Яиком (Уралом), на западе нынешнего Казахстана.

 

Теперь ногайцев в Российской Федерации более 100 тысяч…

— По переписи 2010 года — 103,7 тысячи человек. Так что, по сегодняшнему мировосприятию нелегко поверить, что с Русским государством, Казанским ханством, с туркменами и казахами, с узбекскими ханствами граничило настоящее большое государство — Ногайская орда.

Первые буквари, первые учебники для ногайских детей создавали Абдулхамид Джанибеков — ученый-этнограф (он в 1928 году в Карачаево-Черкесии завершил работу над ногайским алфавитом на основе латиницы, а в 1938 году им была написана ногайская грамматика на основе кириллицы) и Муса Курманалиев (он и в создании букваря вместе с Абдулхамидом Джанибековым участвовал и в 1931 году в Пятигорске выпустил первый поэтический сборник на ногайском языке — «Песни детей»). По их книгам и сегодня изучают родной язык и литературу в ногайских школах.

 

А что же проза..?

— В начале 1930-х годов начинает плодотворно работать писатель Басир Абдулин. В 1932 году он издает роман «Герой степи», в 1934-м — еще один роман, «Активист». Приблизительно в те же годы публикуются его первые пьесы «Батрак», «Когда побеждает труд» и другие произведения. А следом в ногайскую литературу пришли другие поэты и прозаики — Б. Аджигельдиев, К. Оразбаев, С. Рахмедов, Г. Аджигельдиев, которые создали удивительно колоритную панораму жизни ногайского народа. Детская литература тех лет связана с именем Мусы Курманалиева. Он же явился одним из первых переводчиков русской литературы. Мы и сегодня именно в его переводе читаем на ногайском языке поэтические сказки А. С. Пушкина, повесть «Дубровский», другие произведения классиков русской литературы.

 

Кого из современных писателей вы бы все-таки выделили в ногайской литературе?

— Бийке Кулунчакову — замечательную поэтессу и очень интересного прозаика, динамичного драматурга, народного писателя Республики Дагестан, чью пьесу «Белая дочь степей» поставили на сценах детских театров Братска, Полтавы, Тулы, Нукуса, Железногорска, а еще в дагестанских государственных театрах — на лакском и русском языках. Мурата Авезова — поэта, который и нынче находится в гуще ногайской жизни, работает советником Администрации Ногайского района. Куруптурсуна Мамбетова — поэта, журналиста, многие стихотворения которого стали широко известными и популярными песнями. А еще — Магомеда Кожаева, Салимет Майлыбаеву и других. Значительный вклад в ногайскую литературу внесли рано ушедшие из жизни Кадрия Темирбулатова и Гамзат Аджигельдиев. Лирическая повесть «Насипли», написанная Аджигельдиевым всего лишь в 25 лет, является классическим произведением нашей национальной литературы.

 

Поэзия, как бы мы ни говорили о значимости художественной прозы, ее влиянии на формирование полнокровной национальной литературы, значит тоже немало…

— Истоки — в фольклоре. У ногайцев фольклор богатый и разнообразный. В устном народном творчестве ногайцев представлены все жанры и виды: эпос, волшебно-фантастические, богатырские и бытовые сказки, сказки о животных, героические и лирические песни. В фольклоре — известная общненародная мечта о лучшей жизни, неистребимое желание избавиться от экономического и социального неравенства. Освободитель от всех бед, тревог показан в образе сына народа. Его вера в торжество справедливости является сквозным, главным мотивом устного народного творчества. И все это послужило для ногайских поэтов настоящим животворным родником для создания художественных произведений.

 

И если оглядываться на поэтический багаж ногайской национальной литературы, то перед читателем, пожалуй, предстает настоящая картина исторического развития народа…

— Да, ногайская поэзия стала развиваться, набирать силу и высоту в эпоху Золотой Орды, Большой Ногайской Орды и Малой Ногайской Орды. Все, что происходило в этих территориальных образованиях — государствах — и за их пределами, ногайские поэты воспевали в своих сочинениях: стихах, поэмах, балладах. Темами их произведений стали и трагические, и славные стороны прошлой жизни народа. С горечью и печалью освещались в них боль родной земли, разделение и распад Орд на мелкие части и их исчезновение. Много внимания в трудах, исканиях ногайских поэтов уделялось сохранению и развитию культуры, языка, истории, обычаев и традиций.

Поэты и акыны обращались к образам легендарных личностей: героям народных сказок, песен — «Сорок ногайских богатырей», «Сын Айсылу Амет», «Шора батыр», «Эрболган», «Адильсолтан», «Азнавур», а также к конкретным личностям героических сынов и дочерей народа — полководцу Эдиге, ногайской царице Суйимбике и другим. Из прошлых веков мы, ногайцы, и сегодня помним поэтов: из XIV века — Кийиза Тиленшы улы, из XVI века — Досманбета Азавлы, XVII века — Казтувгана Суйиниша, XVIII века — Саркынбая Азавлы и многих других.

 

Мы уже вели речь о том, что ногайцы живут в разных регионах России. И писатели тоже присутствуют в разных национальных, географических пространствах. Вы живете в Дагестане. Чем-то отличается ногайская литература в Дагестане от ногайской литературы других регионов?

— Думаю, что серьезных принципиальных отличий нет. И у нас, и за пределами Дагестана процессы в главном схожи. Хотел бы заметить, что у нас, в Дагестане, ногайские писатели активно занимаются детской литературой.

 

Знают ли о ногайской литературе художники слова из других национальных культур, читатели близких к вам народов?

— Наши произведения переводятся на русский язык, на языки народов Дагестана, языки других народов России и стран Содружества Независимых Государств. Я рад, что сегодня налаживаются неплохие отношения с белорусскими литераторами. Знаю, что ряд произведений из ногайской поэзии уже перевели и подготовили к печати лауреат Государственной премии Республики Беларусь Микола Метлицкий, поэты Виктор Шнип, Мария Кобец, Наум Гальперович, Татьяна Сивец, Валерия Радунь. Запланированы подборки современной ногайской поэзии в журналах «Полымя», «Маладосць», газете «Літаратура і мастацтва». И ногайские поэты внимательны к переводческой работе, к литературам других народов. Мы понимаем, что такая работа нас обогащает, выстраивает новые перспективы.

Мне почему-то хочется, чтобы на белорусском языке зазвучали поэмы и баллады Мусы Курманалиева «Тучи рассеялись», Куруптурсуна Оразбаева «Дорогое имя», Гамзата Аджигильдиева «Мачеха», Кадрии «Песня горя»…

Взаимопониманию и взаимопроникновению национальных миров, национальных художественных сознаний помогает и то, что сегодня многие молодые авторы пишут на двух языках — ногайском и русском. Думаю, что это неплохо. Двуязычие становится какой-то новой культурной нормой. Это не отнимает права оставаться глубоко национальным писателем. Как пример — творчество талантливого поэта Куруптурсуна Мамбетова, который пишет прекрасные, полные философского смысла и содержания четверостишия на русском и ногайском языках. Не могу удержаться, чтобы не процитировать:

 

Хурджун — на плечи, в руки — трость,

Наряд мой скромен, строг и прост.

Я — странник, дервиш я по жизни,

Я — вестник мира, добрый гость.

 

***

Арфу взял рукой ты грубой,

Струны чуткие расстроишь.

На чужом несчастье, друг мой,

Свое счастье не построишь.

 

А если что-то рассматривать с точки зрения наиболее актуальных проблем?..

— Мало еще у нас интересных авторов. Хотелось бы, чтобы писатели работали и с расчетом на внимание детских читателей. Мало у нас и пьес. Драматургия в литературе занимает особое место. Но и без пьес, без драматургических исканий весь мир народа, весь масштаб национального сознания не выскажешь. Традиционно у ногайцев детская поэзия на высоте, в более выгодном положении. Поэзия, адресованная детям, имеет глубокие корни, прочные традиции. Из поколения в поколение передавались и передаются сочиненные поэтами XIV—XVI веков песни травы, песни ветра, колыбельные песни. В поэзии отражались тема рождения и тема воспитания ребенка. Для детей на ногайском хорошо пишут и писали Муса Курманалиев, Мурат Авезов, Куруптурсун Мамбетов, Алибек Капланов, Магомед-Али Ханов и другие. Они являются и мастерами перевоплощения на ногайский язык творений А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, К. Чуковского, С. Маршака, Р. Гамзатова, Н. Юсупова, Ю. Базутаева и классиков других национальных литератур.

 

И все-таки о проблемах…

— Первая и самая значимая из них — преподавание родной литературы в школе. Учебники устарели. В них весьма ограничен подбор художественного материала. Составители плохо знают свою национальную литературу, не следят за ее развитием. И поэтому издания почти не обновляются…

 

Можно ли как-то изменить ситуацию?

― Надо вернуться к опыту близких вчерашних десятилетий. Нужны программы развития национальных литератур. Особенно — в части творчества, адресованного детям. Вот у нас есть такая книга для детей — «Ногайцы» М. Гимбатовой, где доходчиво, популярно изложена вся судьба ногайского народа. На ее страницах — история, культура, традиции нашего народа. Книга мгновенно разошлась. Теперь вот и у меня спрашивают родные, близкие люди: «Где достать?»

В школах районов с компактным проживанием ногайцев не хватает книг и учебников на ногайском языке. Особенно — в начальных классах.

Кстати, похожая ситуация и с другими национальными литературами, с другими народами в Дагестане. Потому и наше главное издательство в Махачкале издает сказки для детей на семи языках. Но вот есть и другие примеры. Тиражи моих книг для детей — всего лишь 300 экземпляров. Расходятся мгновенно. Звоню в разные ногайские школы. Ответ один: «Присылайте! Ждем!» А книг больше нет. Не единожды просил поменять тиражную политику. Говорят, что нет бумаги, — смысл всех ответов. А на мой взгляд — просто равнодушие какое-то проявляется. Знаю, что сообща и бумагу, и деньги нашли бы.

Надо открывать с помощью Министерства образования и науки Дагестана образовательное издательство — что-то вроде прежнего Дагучпедгиза. В свое время его открыли в трудное для всех время — в 1943 году. Война шла!.. Всем тяжело было. Но руководство страны мыслило по-другому: все понимали, что надо думать о завтрашнем дне, о гуманитарной составляющей образования, воспитания. И что — во времена полной демократии закрываем издательства?!. У нас же немало детских писателей.

 

Кто из соседних народов, какая из других национальных литератур более всего близка к ногайским писателям, миру ногайского художественного слова?

— Если лично обо мне говорить, ближе всего к нам, ногайцам, тюркские народы, тюркские литературы — казахи, каракалпаки, кумыки, балкарцы, карачаевцы, татары, киргизы, азербайджанцы… Кстати, в нашем родном Дагестане живут кумыки, и мы с ними разговариваем на своих языках — нам все понятно без перевода. Я сам в оригинале читаю книги балкарца Кайсына Кулиева, карачаевца Назира Хубиева, кумыков Анвара Аджиева, Шеитханум Алишевой, киргиза Чингиза Айтматова, татарина Габдуллы Тукая, каракалпака Ибрагима Ибрагимова и писателей других народов. Эти книги я приобрел во времена СССР. Да и кумыки читают наши книги. Я сам дарю кумыкам книги ногайцев, свои книги на родном языке. Они с удовольствием принимают такие подарки и — я это точно знаю — читают, делятся своими впечатлениями друг с другом. Между прочим, я слушаю все передачи кумыкского радио, читаю кумыкские газеты. Не могу не сказать, что в Золотой Орде все тюркские народы называли ногайцев «наш старший брат». И это ко многому обязывает даже через столетия. «Старший брат» должен быть и сегодня примером, даже через тысячелетие.

Еще несколько слов о близости художественного слова у разных народов. Года два тому назад я в Астрахани принял участие в форуме писателей и поэтов прикаспийских республик, прикаспийских государств. Были литераторы и из Казахстана, Туркменистана. Я познакомился с замечательным казахским поэтом и переводчиком Бекетом Карашиным. Узнав, что я ногаец, Бекет обрадовался нашему знакомству и подарил мне удивительную книгу «Дореволюционная поэзия казахских жырау». На ее страницах я нашел и наших классиков, которых называют «жырау»: речь о Шал-Кийиза, Досманбете Азавлы и других. Я спросил у нового знакомого, почему ногайцы в казахские классики попали. А Бекет очень тактично мне и отвечает: «Они общепризнанные тюркские классики». И, наверное, с этим нельзя не согласиться. И мне даже приятно. Великий ногаец Шал-Кийиз жил и творил еще в XIV веке. Но его помним не только мы, помнят великого «жырау» и казахи!.. Им за это огромное спасибо!

 

Ногайская литературная классика… Находится ли она в поле зрения современного читателя у ваших современников?

— Конечно, наши современники внимательны к родным ногайским классикам. И мы, писатели, литературоведы, делаем все возможное, чтобы поддержать этот интерес. Отмечаем юбилеи классиков. Организовываем презентации книг, изданных к юбилеям. Пишем о классиках и классической литературе в общественно-политических, массовых изданиях. Выступаем по радио. Несколько лет назад Дагестанское книжное издательство выпустило книгу «Я князем песни был…». Замечательная и современная книга на русском и ногайском языках. В этот важный том вошли избранные произведения ногайских дореволюционных поэтов, живших с XV до начала XX века. С ногайского на русский все переводы осуществила наша поэтесса, переводчица Фарида Сидахметова. Переводы она постаралась максимально приблизить к оригиналам. Особенно эмоционально, на ура книгу приняла ногайская молодежь. Под одной обложкой — произведения Шал Кийиза Тиленши улы, Асана Кайгылы, Досманбета Азавлы, Казы-тувгана Суйиниша улы, Арслана Шабан улы, Ажи-Молла Ногмана улы и других. Их творчество изучается в университете, в школах — во всех регионах, где живут ногайцы. А в этом году мы отмечаем 130-летие Баймырзы Манапа улы, 160-летие Арслана Шабана улы, 160-летие Абдул-халыка Абдул-рашида улы и других классиков. И все эти даты станут событием большой значимости для всего ногайского народа. По каждой из дат — целая программа. И везде привлекаем молодежь.

И вот я опять возвращаюсь к теме детской литературы… Для ногайцев она мне представляется на удивление значимым направлением. Вот я тоже много времени отдал написанию, подготовке к изданию красочной книги сказок «Маленький джигит». Верю, что она поможет многим маленьким читателем полюбить ногайское слово. Знаю, что завершает повесть о своем детстве поэт и прозаик Магомед Кожаев. Верю, что произведение будет интересным.

И хотя я много говорил о проблемах, все же радуюсь, что у нас один раз в два месяца выходит цветной детский журнал на ногайском языке — «Лашын». Знаю, что дети любят это издание. Замечательно, что сами дети становятся авторами этого журнала. И из юных авторов «Лашына» вырастают будущие ногайские писатели. Разве это не счастье?!

 

В ногайской литературе вы, Анварбек Култаев, — признанный лидер, признанный творческий авторитет. На ваш взгляд, какие мероприятия, если говорить официальным стилем, следует провести, осуществить как можно быстрее, чтобы расширилось пространство художественного слова?

— Я уже как-то говорил, что следует оглянуться назад, в советское время. Не сочтите меня консерватором. И не подумайте, что я не понимаю, что время не повернешь вспять. И все же, все же… Впрочем, если говорить конкретно, следует ввести обязательное изучение родного языка начиная с детских яслей и садов. Надо заняться обучением на ногайском языке в школах, ВУЗах. Мы сегодня вспоминали учебно-педагогическое издательство… Восстановив его, учитывая еще и возможности существующего Дагестанского книжного издательства, следует каждый год издавать книги на 14 государственных языках народов Дагестана. В ВУЗах и школах надо ввести государственные экзамены по родному языку. Следует издавать побольше переводных книг — как дагестанских писателей на языках других национальностей, так и российских и зарубежных писателей.

Я уже не говорю о необходимости поддержки писателей — о создании условий для творческой работы. Сложно зарабатывать деньги на одном поприще, на одном участке профессиональной деятельности, а потом искать свободное время и ночью, в выходные дни заниматься творческим трудом. И совсем уже важное, но назревшее предложение, — для реанимации писательского, литературного дела — придать Союзу писателей Дагестана статус государственного бюджетного учреждения. Сегодня время особенное, на общественных началах ничего не вытянешь.

Потерялись где-то наши некогда авторитетные Дни литературы и искусства Дагестана как внутри России, так и за рубежом. Мы говорим постоянно об этом, а движения пока что нет никакого. А сколько раз при Расуле Гамзатове мы ездили в другие республики — и не сосчитать.

 

Приезжайте в Беларусь. Вас и коллеги примут, и государственные институты широко двери откроют. И читатели на ваши встречи придут.

— Будем рады. Белорусов любят… И приедем. Дагестанские писатели всегда умели и умеют дружить.

 

Что сегодня знают ногайцы о белорусской литературе?

— Сказать, что ничего, — значит, ничего не сказать. Это было бы неправильно. Дети, молодежь в школе и ВУЗах изучают иностранную литературу. В библиотеках из советского времени осталось много книг белорусских авторов на русском языке, которые издавались в Москве — и в «Советском писателе», и в «Художественной литературе», и в «Детской литературе», «Молодой гвардии» и в других издательствах. Но их уже, разумеется, нет в книжных магазинах.

В советские годы на ногайском радио я вел регулярную передачу «Дружба народов — дружба литератур». Старался показать всю палитру национальных литератур. И Российской Федерации, и других советских республик. Читал в эфире стихотворения в переводе на ногайский и русских, и украинских, и, разумеется, белорусских поэтов. За свой переводческий труд получал гонорары. Я был, пожалуй, самым активным переводчиком, в том числе и произведений белорусской поэзии на ногайский язык. А сейчас… Сейчас надо восстанавливать этот и другие похожие проекты. Активно работало в советское время Бюро пропаганды художественной литературы. Каждый месяц за организацию встреч я получал в кассе этого бюро 100 рублей. Считай, зарплату. И конечно же, ездил по ногайским селам и читал на встречах произведения писателей разных народов. Сейчас Бюро тоже есть, вот только базар и деньги закончились. В прежние времена я перевел на ногайский язык стихотворения Янки Купалы, Петруся Бровки, Аркадия Кулешова и других поэтов.

Давайте сообща проведем Форум писателей России и стран Содружества Независимых Государств и поставим все эти вопросы ребром. Надо, чтобы и политики, руководители стран все это осмыслили и подставили нам свое плечо. Задумайтесь, дорогие чиновники: зачем-то все это делалось! Делалось прежде всего для того, чтобы народы друг друга знали, чтобы понимали друг друга.

 

Одним словом, вы считаете, что и ногайским мастерам слова следует вернуться к переводу на родной язык и Янки Купалы, и Якуба Коласа, и Максима Богдановича, и других классиков?

— Я считаю эту творческую работу логичной и благородной. И крайне необходимой на фоне всех сегодняшних политических и социальных перемен. Но переведем мы, а где печатать?! Кто издаст переводную книгу?! Опять искать меценатов, опять по кругу с шапкой деньги собирать?! Во всех издательствах следует создавать отделы, редакции художественного перевода. Чтобы и издатели, и писатели знали — кого собираются перевести, кто работает над переводами. Надо консолидировать силы в этом направлении, молодежь творческую вовлекать в эти процессы. И конечно же, заинтересованность развивать. Мое мнение такое — каждый народ должен знать классиков литературы других народов. Хотя бы — соседних, близких… Дружба сильной из ничего не становится.

 

Попадает ли на ваш рабочий стол, в поле вашего творческого зрения белорусская литературная периодика, попадает ли просто информация о белорусской литературе, современном литературном процессе в Беларуси?

— Нет. Не помню, чтобы за последние лет двадцать в свои знания о белорусской литературе я добавил бы новые имена, новые произведения. А так хотелось бы! Но мы ведь без русского языка не понимаем друг друга! Если по-русски где-то кого-то не напечатают из писателей других народов — я и знать ничего не знаю. Из Москвы получаем «Литературную газету», «Литературную Россию» — они и являются для нас главными источниками информации. Знакомства с «толстыми» московскими литературными журналами происходят от случая к случаю. Нет у нас и книжных магазинов, что были в советское время. Даже в Махачкале убрали почему-то магазин «Книги»…

Но завершить наш разговор я хотел бы стихотворением. Его посвящаю памяти Янки Купалы и Петруся Бровки. Стихотворение называется «Друзьям».

Нет ничего

      Друзей дороже —

Я этой дружбою

        Горжусь.

Ведь наша дружба

       Так похожа

На ослепительный

       Эльбрус!

Когда мне трудно, 

         Неустанно

Ищу тропу

      К сердцам друзей —

Излечат мне 

       Былые раны

Участием своим 

        В судьбе моей… 

 

Вот и закончился наш разговор. Спасибо вам, дорогой Анварбек! Спасибо за откровенность, за интерес к Беларуси!

— И мне было интересно вести диалог как будто со всей Беларусью! Верю, что сообща мы сможем реализовать многие творческие проекты. И сил, и взаимопонимания у нас для этого достаточно!

Беседовал Кирилл ЛАДУТЬКО.

Махачкала—Минск.

Выбар рэдакцыі

Грамадства

Як у Беларусі развіваецца сектар беспілотнікаў

Як у Беларусі развіваецца сектар беспілотнікаў

Ён малады — сёлета яму спаўняецца 10 гадоў.

Спорт

Беларус Данііл Крывіцкі ў 15 гадоў гуляе ў футбол у іспанскім клубе

Беларус Данііл Крывіцкі ў 15 гадоў гуляе ў футбол у іспанскім клубе

 З перспектыўным футбалістам мы звязаліся, каб даведацца пра яго далейшыя планы, трэніроўкі ў «Інтэры» і жыццё ў Іспаніі.

Грамадства

Чаму лесапілка стала прадметам спрэчак сярод вяскоўцаў

Чаму лесапілка стала прадметам спрэчак сярод вяскоўцаў

Каб высветліць маштаб праблемы, журналіст «Звязды» накіравалася ў вёску Струпень.