Вы тут

Федор Гуринович. На подходе осень…


Фотоснимки

 

Громко, что картечь,

Град стучит в окно.

В нашем доме печь

Выстыла давно.

 

Древоточец — глянь —

Потолок долбит.

На окне герань,

Черная, стоит.

 

Рамы на стене —

Фотоснимки в ряд.

Шлют улыбки мне

Мать, отец и брат.

 

Бабушки, дядья…

Стыло на душе.

Не увижу я

Вас, родных, уже.

 

Улыбайтесь мне,

Хоть из-за стекла.

Хочется вдвойне

Вашего тепла.

 

 

Русак

 

Он выпорхнул буквально из-под ног,

Осыпав лыжи бархатной порошей…

И ахнул выстрел, хрупкий мир вспоровший;

И эхо нервно повторило: гр-рох!

 

И затаилось в призрачных лесах,

Где устоялась тишина стальная.

Следов в снегу почти не оставляя,

Катил межой седеющий русак.

 

Охотник гильзу теплую швырнул,

Как будто виноватую в промашке,

И весь намокший, словно промокашка,

Ушанку с потной лысины стянул.

 

Ругая, словно тяжкую болезнь,

Свою поспешность, свой характер пылкий,

Во внутренний карман стрелок полез,

Дрожащим пальцем зажигалкой чиркнул.

 

И завертелся змейкою дымок,

Как будто сладкий пар над чашкой чая.

— Не молод ведь, — подумал вдруг стрелок, —

Не молод, да… — промолвил вслух, вздыхая.

 

На небе яркий луч затрепетал.

И от светила низкого сощурясь,

Зевнул стрелок и снова завздыхал:  

Как быстротечно промелькнула юность!

 

Он из мешка заплечного достал

Нехитрый тормозок и мятый термос.

И вдруг легла улыбка на уста:

Пальнул, как мальчуган, почти не целясь.

 

И, ощущая лет прошедших бремя,

Он торопливо бутерброд жевал.

А заяц на педали нажимал,

Стремительный и прыткий, словно время.

 

 

Горькое

 

Заросла речушка ряскою,

Лишь окошко посреди.

И уздечкой конь не ляскает,

Что по берегу ходил.

 

С гривою почти оранжевой,

Ржал призывно в синеву.

В рыхлых кочках мордой замшевой

Он выщипывал траву.

 

И зимой, и в дни осенние

Он тянул крестьянский воз.

Сколько дров, картошки, сена он

На подворья перевез!

 

Верой он служил да правдою,

Был в деревне на виду.

И, ушами часто прядая,

Все бежал на поводу.

 

Вечно пьяный конюх плеткою

Бить по шее норовил.

Раз подъехал околотками

На конюшню грузовик.

 

Задрожала в луже тоненько

Недопитая вода.

Затащили в кузов коника,

Повезли…

Да вот куда?

 

 

Тишина

 

Месяц низко-низко, хоть руками

Трогай.

Вечер чистый — что слеза.

И такая тишина! — такая:

Слышно даже, как с травы стекает

Крупная хрустальная роса.

 

С каждым днем поля грустней и чище.

Значит, на подходе осень; все ж

Будь в согласье с возрастом, дружище,

То, что отоснилось, не тревожь.

 

Отцвело, отпело наше лето.

Хоть еще не близко до зимы,

С яблонь тихо падают ранеты.

Опадем однажды так и мы.

 

Разве ж объяснить непосвященным

В чем он — долголетия секрет?..

Зреет месяц; кажется, еще нам

Жить на этом свете сотню лет.

 

Сотню лет!

Ты слышишь, дорогая? —

Завтра выйду я на встречу дня…

Месяц близко-близко. Догорает.

И стоит такая тишина!

 

 

Любимой

 

Грусть скопилась и не тает

На заснеженной аллее,

Но когда твой взгляд светает,

Солнце радостно светлеет.

 

Я тону в нем неизбежно,

В этом взгляде синеоком.

Как он искренен и нежен —

Взгляд очей твоих глубоких!

 

Стала ты моей судьбою,

Друг мой милый, друг мой вешний,

Я богат одной тобою,

Я одной тобой утешен.

 

Пусть ветра несчастий горьких

Пролетают мимо, мимо.

Ты — моя земная зорька,

Мать детей моих любимых.

 

Боль, неверье и тревогу

Снимешь ты в одно мгновенье.

Ты, любимая, от Бога,

Ты — от неба, несомненно.

 

 

Незабудки

 

На осине листва сгорает,

И зима уж не за горами,

И засохло все, что цвело.

Незабудки во мгле болотной,

Незабудки в воде холодной,

А какое от них тепло!

 

Вечереет, и зябнут пальцы.

Незабудковый, может статься,

Соберу для тебя букет.

Да, наверно, они не в моде,

Зацвели вот не по погоде,

Но прекрасней букета нет.

 

Ветер рвет мой намокший плащик.

Ах, цветы, вы — как взгляд щемящий

Незабудковых глаз родных,

Вы в печальной дали осенней,

Как открытие, как спасенье,

За тридевять земель видны.

 

Незабудковый, синий-синий,

Стынет в небе простор гусиный.

И сквозь сердце мое пролег

Путь, проложенный клином поздним

В неприветливой звездной шири

Среди тысяч других дорог.

 

 

Зимнее

 

Под упругим каблуком

Снег — хрустящим яблоком.

Хорошо бродить вдвоем

По крещенским ярмаркам.

 

Солнце, снег… Твои глаза—

До чего ж красивые!

В них искрятся небеса,

Синие-пресиние!

 

Тени веток на снегу —

Ломаные линии.

Влажный блеск невинных губ —

Алою калиною.

 

Ох и щиплет же мороз! —

На тебе да вот тебе!

Зря старается: прогноз

Обещает оттепель.

 

И хоть застит взор тебе

Снежных елей готика,

Но заметней на вербе

Нетерпенье котиков.

 

Перевод с белорусского автора.

Выбар рэдакцыі

Культура

Як  мастак Май Данцыг ствараў свае карціны

Як мастак Май Данцыг ствараў свае карціны

Наватар, «шасцідзясятнік», ваяўнічы аптыміст — гэта ўсё пра яго.

Грамадства

Як ператварыць звычайны ўрок беларускай літаратуры у творчую майстэрню?

Як ператварыць звычайны ўрок беларускай літаратуры у творчую майстэрню?

Настаўнікі ўпэўнены: ці будуць вучні чытаць, у многім залежыць ад іх саміх. 

Эканоміка

Петришенко: Называть ЕАЭС экономическим союзом сегодня можно только авансом

Петришенко: Называть ЕАЭС экономическим союзом сегодня можно только авансом

Однако наша страна надеется, что это временные трудности.

Грамадства

Апублікаваны поўны тэкст Канцэпцыі інфармацыйнай бяспекі Беларусі

Апублікаваны поўны тэкст Канцэпцыі інфармацыйнай бяспекі Беларусі

Дзяржаўным органам і іншым арганізацыям даручана кіравацца палажэннямі канцэпцыі ў практычнай дзейнасці.