Вы тут

Михаил Баранчик. Такие простые мгновенья


Молитва

Господи, спасибо, что рождён,
И рождён, наверное, в рубахе.
Ведь страной своей не пригвождён
Ни к столбу позорному, ни к плахе.

Господи, спасибо, что живу,
Что таким Твоею волей создан –
Часто вижу неба синеву
И могу рукой потрогать звёзды.

Господи, спасибо, что иду,
Пусть и в никуда – своей дорогой.
Господи, спасибо за беду
И за счастье – хоть его немного.

Господи, спасибо за стихи,
Что приходят и зимой, и летом.
Господи, прости мои грехи –
То, что возомнил себя поэтом.

Господи, спасибо за любовь,
Что разлита в жизненном пространстве,
Что ещё влюбляюсь вновь и вновь –
Хоть, конечно, счастье в постоянстве.

Господи, спасибо за мечту,
И за то, что ярко солнце светит,
Что послал Ты мне когда-то ту,
Ставшею единственной на свете.

Господи, спасибо за друзей,
И за то, что их не так-то много.
Не беда, что нет средь них ферзей –
Но зато у нас одна дорога.

Господи, спасибо за пути,
Пусть, конечно, неисповедимы.
За неверье, Господи, прости,
Глупого седого пилигрима...
 

 

Поэтам...

У победы есть вкус – и у каждого свой Аустерлиц.
И у славы есть запах – но только не мёда из бочек..
Сколько надо, скажи, исписать бесполезных страниц,
Что б оставить потомкам в наследство хоть несколько строчек?

Кто-то пишет роман – а выходит всего лишь глава.
А крылатый Пегас вырождается в старую клячу...
Кто поведал бы мне – ну откуда берутся слова,
От которых на небе и Боги, и Демоны плачут?

Можно кислым вином наполнять дорогие мехи.
Можно в рифму и гимн написать для властей на потребу...
Кто бы мне объяснил, как приходят простые стихи –
Эти несколько строф, Человеком рождённых и Небом?..

Не купить вдохновенье – но свыше коль послан талант,
На спокойную жизнь променять лучше даже не пробуй...
Этот груз (коль он есть) – ты на плечи взвали, как Атлант.
И неси. И гори. И стихи проверяй высшей пробой.
 

 

 

Стихи о Минске

 

Проспектов яркие витрины
Уж не влекут меня давно.
Вернуться б к улочкам пустынным,
В то чёрно-белое кино.

Где молодая Осмоловка,

Почти предместье Долгий Брод.
Ещё не рынок Комаровка –
А лишь район среди болот.

И озорные комсомолки
Встают под заводской гудок
На новом Тракторном посёлке
С названием СоцГородок.

И нету «коренного сдвига»
В переустройстве городов:
Ещё не тронута Немига,
Уручье в зелени садов.

И тонет в неге Маяковка –
Уже не тракт. Ещё не тракт...
И дремлет местная массовка
Под затянувшийся антракт.

Наверно, это всё пустое,
И той страны на карте нет...
Десятилетия застоя,
Наивных – но счастливых лет...

И я спокойно засыпаю –
Как-будто не было разлук,
Под песню старого трамвая,
Что мчит меня в Зелёный Луг.

***

Проснуться бы утром в деревне,
Чтоб рядом мурлыкала кошка,
Чтоб иней лежал на деревьях,
Чтоб галки стучались в окошко.

Чтоб звёздную россыпь над крышей
Пил месяц большими глотками.
И можно подпрыгнуть повыше –
И звёзды потрогать руками.

Чтоб в печке трещали поленья,
В подполе шуршала бы мышка,
На полках скучает варенье –
Когда уже явится Мишка?

И воет метель за порогом,
И пахнет в печи пирогами.
И бабушка скажет не строго:
– Куда ты с такими руками?

Но всё же достанет варенье
И даже не станет ругаться...
Такие простые мгновенья –
А вот повторить не удастся...

Всё скрыли туман, паутина.
И нет уже старого дома.
И всё же вот эта картина
Как прежде до боли знакома:

Вот рядом – любимая книжка,
И кружка горячего чая...
Как в детстве. И пусть не мальчишка –
А всё же по детству скучаю.

 

 

Леса Принеманья

В хмуром ельнике всегда темно и сыро,
Глухо филины смеются вдоль дорожек,
Здесь находится почти изнанка мира –
Царство злобных комаров и Бабок-Ёжек.
Ну а ельник коль спускается к болоту -
Тут и птицы не поют. Как-будто вымер.
В эту чащу забираться неохота –
Это царство лишь лягушек и кикомор.

Но совсем иное дело лес сосновый.
Сосны медью отливают в солнца бликах.
Небосвод над ним жемчужно-бирюзовый,
На полянах сладко пахнет земляникой.
И совсем в нём не страшна лесная нечисть -
В том лесу она давно уж стала кроткой.
Если кто и попадётся мне навстречу –
Старичок–лесовичок с седой бородкой.

От берёзок тонкоствольных я пьянею.
От их света сам становишься безгрешным.
Березняк, конечно, царство Берендея,
Если кто в нём и живёт, то добрый леший.
Здесь прописано грибное королевство,
И полцарства разместилось ягод спелых.
Шелест листьев – словно песенка из детства,
Что когда-то нежно-нежно мама пела.

Бор дубовый мне напомнил Лукоморье –
Вот сейчас учёный кот с ветвей соскочит.
Здесь столетние дубы стоят в дозоре,
И, конечно, счастье путнику пророчат.
Ведь дубрава – это храм Лесного Духа,
Здесь от века пахнет счастьем и грибами,
Здесь живёт колдунья – древняя старуха,
И проезжих угощает пирогами.

И река давно связала, словно нитью,
Слева – сосны, ну а старый ельник справа.
И берёзы мне спешат навстречу выйти,
И ветвями с кручи машут мне дубравы.
Лес любой прекрасен при любой погоде.
Ну зачем же мне гонять за синей птицей?
Коль почувствую, что силы на исходе –
Я к нему приду живой воды напиться.

 

* * *
Вся в порезах душа от оставленных временем ран,
Пальцы, сбитые в кровь, бесполезно терзают гитару.
Кто-то ж должен тирану в лицо прокричать: – Ты тиран!
И сказать палачу: – Ты палач! Невзирая на кару.

Пусть ходить мне по свету придётся с разбитым лицом,
И шальная погоня давно наступает на пятки –
Кто-то должен всегда подлеца называть подлецом,
И предателю бросить в лицо кто-то должен перчатку.

Но откуда, скажи, в наше время возьмётся пророк,
Чтобы правду нести в этот мир, невзирая на лица?
Время сделало круг, и пора бы усвоить урок –
Лишь юродивый нынче у нас гордо ходит в провидцах.

Ложь под правду рядится всегда; только правда – одна.
Сколько их, правдолюбов, бесследно исчезли до срока...
Впрочем, было такое, наверно, во все времена –
Только шут может правду сказать, заменяя пророка.

Пусть пророку грозит то петля, то взведённый курок.
Только любит их Бог – он поможет дожить до рассвета.
А поэт – он и шут, он юродивый, он и пророк.
Ведь не зря же тираны всегда так боятся поэтов.

Я в пророки не лез. И поэтом, наверно, не стать...
Не любимец Богов, ласк от власти и даром не надо...
Я лишь шут. Скоморох. Но умею любить и мечтать.
А уменье летать – это просто за смелость награда.

Но – прервали полёт, и застыл я с распахнутым ртом.
Крик мой в глотке застрял – но ещё не поломаны крылья.
Бог меня не забыл – он меня бережёт на потом.
Это – отдых, друзья. Мне ещё далеко до бессилья.
 

Выбар рэдакцыі

Грамадства

Як пенсіянерка з Гомеля купіла набор каструль па цане патрыманай іншамаркі

Як пенсіянерка з Гомеля купіла набор каструль па цане патрыманай іншамаркі

Усё, як у казцы: прыгожая зала, музыка, пачастункі. Абаяльныя людзі распавядаюць аб правільным харчаванні і рэкламуюць свой тавар...

Грамадства

714 тысяч тон адходаў для перапрацоўкі сабралі летась беларусы

714 тысяч тон адходаў для перапрацоўкі сабралі летась беларусы

Гэта адходы шкла, паперы, пластыку, шын, батарэек, машыннага масла...

Грамадства

​Дзе прызначалі спатканні ў даваенным Мінску?

​Дзе прызначалі спатканні ў даваенным Мінску?

Атрымаць падказкі вам дапаможа экскурсія «Рамантыка мінскіх дворыкаў».