Вы тут

Почему травлю ни в коем случае нельзя рассматривать как школу жизни?


«Буллинг — не та проблема, которую можно решить раз и навсегда, это больше похоже на сорняк, его нужно регулярно пропалывать, одновременно заботясь о саде и прививая здоровые ростки», — такую мысль высказала в одном из своих интервью известный российский психолог Людмила Петрановская.


С этим социальным явлением давно пытаются бороться во всем мире, а первая программа по борьбе с буллингом и его последствиями появилась в Норвегии еще в 1980-е годы. Такой была реакция Министерства образования на трагическое происшествие — суицид трех подростков, которые столкнулись с издевательствами в школе. В 1991 году была проведена оценка эффективности программы, которая показала факт снижения гонений на 50 процентов.

В 2009 году в Финляндии запустили анти-буллинговую программу KіVa, направленную на свидетелей травли. В ее основе — управление эмоциями, развитие высокого уровня эмпатии (сочувствия) среди школьников и умение разрешать конфликты мирно. Эту программу взяли на вооружение в Италии, Бельгии, Нидерландах, странах Латинской Америки, Эстонии и других государствах.

Во многих европейских странах стали традиционными антибуллинговые марафоны и недели. Отмечаются День толерантности, День разноцветных носков, когда дети приходят в разных носках и рассказывают друг другу о том, чем они отличаются. Это не какие-то одноразовые акции, а постоянная работа.

Не изобретать велосипед

В новом учебном году и в белорусских школах начнут целенаправленно работать на предотвращение психического и физического насилия. Белорусская модель является результатом научно-исследовательской работы по адаптации хорватской модели «Безопасная и поддерживающая среда в школах», которую провел Белорусский государственный педагогический университет имени М. Танка в партнерстве с ЮНИСЕФ и при финансовой поддержке фонда «Польская помощь» при Министерстве иностранных дел Республики Польша. В рамках экспериментальной деятельности будет внедряться модель «Дружественная образовательная среда в учреждениях общего среднего образования», а площадкой для апробации станут 26 школ в разных регионах нашей страны.

— Аргументом в поддержку внедрения национальной модели являются обращения, поступающие в министерство в результате конфликтных ситуаций, — рассказал во время ее онлайн-презентации заместитель министра образования Александр КАДЛУБАЙ. — По ряду случаев создавались рабочие группы и комиссии, в которых принимали участие педагоги-психологи Республиканского центра психологической помощи. По итогам их работы было определено, что одной из причин конфликтов является именно буллинг. С октября по май на базе Центра реализовывалась учебная программа для региональных педагогов-психологов, психологов учреждений образования по оказанию помощи в кризисных ситуациях, в том числе буллинга. Обучение прошли 125 специалистов.

— Сегодняшние подростки завтра станут взрослыми людьми, — подчеркивает представитель ЮНИСЕФ в Беларуси Рашед Мустафа Сарвар, — и те модели поведения, которые им заложили в детстве, которые они видели вокруг себя, станут их поведением во взрослой жизни. Идея проекта заключается в том, чтобы люди выросли физически и психологически здоровыми. Решать проблему нужно системно, используя инструменты медиации и восстановительного правосудия. Также очень важно участие общества, чтобы избежать стигматизации тех детей, которые стали агрессорами или жертвами буллинга. Важный компонент — партнерство педагогов, детей и родителей. Не нужно изобретать велосипед, стоит просто перенять успешный опыт, в нашем случае — опыт Хорватии..

Мотивация агрессоров

Как рассказала профессор психологии из этой страны Ясенка Преград, у них, прежде чем начать внедрять антибуллинговую программу в школах, запустили мощную информационную кампанию, чтобы заручиться поддержкой общественности: на улицах устанавливались билборды с надписями вроде: «Грубое слово ранит сильнее, чем пощечина», «Последний в очереди, первый в синяках», «Стадион без грубости, школы без насилия» и т.д., использовались средства массовой информации. Просветительская программа позволила привлечь менторов и начать сбор средств. Можно было позвонить на определенный номер, чтобы с твоего телефона списали средства в пользу компании. Сначала антибуллинговая модель опробовалась на базе трех школ, а затем уже их опыт масштабировали на другие. Детей и педагогов учили, как решать конфликты ненасильственными действиями. Быстро выяснилось, что свидетели буллинга просто пасовали перед буллерами, уверенные в том, что те имеют силу. Уже через три года реализации компании уровень буллинга в хорватских школах снизился вдвое.

Между прочим, по всем буллинг-исследованиям, не меньшую, а может, еще и более значительную роль играют так называемые свидетели буллинга, то есть люди, которые не травят сами, но при этом присутствуют. Свидетели — центральное звено, влияющее на раздувание буллинга, потому что агрессоры (буллеры) на самом деле действуют с мотивацией получения социального одобрения, повышения своего социального статуса, а это невозможно без поддержки окружающих.

Свидетели и жертвы

— Еще на первом этапе реализации проекта, когда мы выходили в школы для апробации его практической части, стало понятно, что ни родители, ни педагоги, ни сами ученики не обладают необходимыми знаниями о формах насилия и не знают, как реагировать в ситуации буллинга в школьной среде, — рассказала начальник Республиканского центра психологической помощи Института психологии БГПУ Ольга МАТЮХОВА. — Они путали такие понятия, как конфликт и буллинг. Более того, дети не могут отличить издевательство от шутки. Когда одноклассники замыкают кого-то в раздевалке, как это расценивать: как издевательство или как шутку? Дети считают такие действия шуткой, но шутка — это когда смешно всем.

Как практик могу сказать, что из общего количества обращений в наш центр буллинг, кибербуллинг и конфликты занимают ведущую позицию, поэтому школа должна стать площадкой для превентивных мероприятий. В основу нашей модели положены общечеловеческие ценности, а в фокусе внимания находятся потребности наших учеников. Обеспечить в школе безопасную психологическую среду — это задача взрослых, и абсолютно недопустимо транслировать мысль, что буллинг — это школа жизни. К сожалению, некоторые педагоги проявляют толерантность к насильственным действиям в коммуникации между детьми, аргументируя это тем, что нужно учиться решать проблемы самостоятельно. А если мы не реагируем, значит, мы одобряем. Травля, направленная на одного из учеников, влияет не только на жертву, но и на обидчиков, и на свидетелей, и может привести к трагическим событиям.

Архиважна роль педагогов

Как правило, все начинается с оскорблений, а дальше агрессоры нащупывают почву: могут бойкотировать, игнорировать, исключать из игр, портить вещи, подкладывать что-нибудь и потом говорить, что «он (она) украл (украла) наши вещи». Причины всегда разные. Раньше считалось, что травля начинается, когда приходит ученик, который резко отличается от всей остальной группы и та, чтобы сохранить свою целостность, начинает его выгонять. Но травить могут и активных и общительных детей. Проблема не в конкретном ученике, а в том, что так вести себя с одноклассниками считается допустимым. Главное — как будет относиться к этому учитель: остановит он или нет? Потому что если детей никто не останавливает, то они думают: «Все нормально, мы ничего плохого не делаем».

В любой ситуации многое зависит от конкретного педагога: кто-то реагирует и знает, как себя вести, а кто-то не знает или не имеет авторитета у учеников. Между прочим, учителя должны отличать ситуации, когда дети просто из-за чего-то не поладили, от буллинга.

— Мотивация к участию в программе у учеников напрямую зависит от включенности в нее администрации и классных руководителей, — подчеркивает заведующий кафедрой психологии образования Института психологии БГПУ, кандидат психологических наук, доцент Алла МУЗЫЧЕНКО. — На пути к безопасной школе будет семь шагов — семь этапов реализации нашей программы: от информирования участников образовательного процесса о насилии, создания экосистемы ценностей в школьном коллективе, определения правил поведения, внедрения ненасильственных методов исправления ошибки (имеется в виду метод восстановления ценностей) до расширения возможностей дружественной среды и создания системы дифференцированной помощи учащимся. Надеемся, что внедрение модели будет способствовать формированию у учащихся школ взаимного уважения, вовлечению в процесс профилактики насилия родителей, учителей и представителей местных органов власти. Работе с родителями отводится очень важная роль, ведь если в школе внедряются одни ценности, а в семье — другие, то, даже несмотря на авторитет педагога, добиться ожидаемого эффекта будет проблематично.

Толерантность к насилию

Проект будет реализовываться при участии менторов — внештатных участников образовательного процесса. У такой позиции есть преимущества, заключающиеся в доверительном взаимодействии с работниками, детьми и родителями, поскольку ментор не включен непосредственно в систему субординации и профессиональных отношений внутри школы и имеет возможность сохранять свежий взгляд на привычные для коллектива явления.

Как заметила Алла Музыченко, «мы столкнулись с тем, что в школьных коллективах есть привыкание к неблагоприятным ситуациям, но насилие границ не знает, и если только его допустит, он обязательно перейдет все границы».

Некоторые компоненты модели тестировались в ряде столичных школ в первом полугодии этого года, правда, пандемия и здесь внесла определенные коррективы. Много мероприятий пришлось перевести в онлайн.

Во время анонимного анкетирования для выяснения риска буллинга учащимся, в частности, предлагалось ответить на следующие вопросы. Бывают ли в школе ситуации агрессии, травли кого-то, унижения? Со стороны кого? С кем можно обсудить эту проблему? Кто поймет? Что происходит в школе с тем, кто жестко обходится с другими? Если случится так, что тебя станут унижать, к кому ты обратишься? Если увидишь, что над школьником издеваются, что сделаешь? Если обратишься за помощью, тебе на самом деле помогут? Анализ ответов показал, что есть в школах проблемы и с безопасностью, и с разобщенностью, и с равноправием в коллективах (возможностью свободно выражаться в любых ситуациях). Есть и дети, которые становятся объектами для издевательств и насмешек.

— Несмотря на то, что проблема буллинга сегодня находится в центре внимания СМИ и информации по этой проблеме будто бы достаточно, мы заметили, что неумение педагогов и родителей отличать конфликтные ситуации от буллинга влечет определенные последствия, — констатирует один из менторов программы, психолог Республиканского центра психологической помощи Ильяна МАТВИЕНКО. — Взрослые уверены, что дети должны сами научиться решать конфликтные ситуации, и это на самом деле так. Но и буллинг они рассматривают часто как обычный конфликт, а в этой ситуации детям требуется помощь взрослых. И наоборот, взрослые вмешиваются в конфликт, лишая таким образом ребенка возможности самому найти способы его решения.

Общаясь со школьниками, мы также заметили, что фон для обсуждения проблемы буллинга в разных возрастных группах не совпадает: так, для учеников пятых-шестых классов очень яркими были вопросы дружбы и безопасности, а старшеклассники проецировали тему на свое развитие, будущее и даже профессиональную самореализацию. В одном из классов учащиеся даже инициировали дискуссию на тему, каким руководителем может стать человек, который взял на себя роль агрессора и буллит сегодня других. Будет ли вообще успешным человек с агрессивной моделью поведения?

Ильяна Матвиенко подчеркивает, что преимущество национальной антибуллинговой модели — в ее профилактической направленности: она помогает поддерживать благоприятную среду в школьных коллективах и не давать развиться негативным тенденциям. Кстати, как показали результаты проведенного анкетирования, 46,2 процента опрошенных учащихся оценивают психологический климат в своем классе как благоприятный. Примерно столько же учащихся сообщили, что равнодушно относятся к психологическому климату в коллективе, вопрос отношений в классе для них не приоритетен. А 7,6 процента оценивают психологический климат как неблагоприятный.

Надежда НИКОЛАЕВА

Фото из открытых источников

Загаловак у газеце: Сем крокаў да школы, свабоднай ад гвалту

Выбар рэдакцыі

Грамадства

Медыцынскі агляд у віцебскіх газавікоў ажыццяўляе... робат

Медыцынскі агляд у віцебскіх газавікоў ажыццяўляе... робат

А наведвальнiкаў крамы кансультуе выява спецыялiста.

Грамадства

Не трапіць у рабства анлайн. Як у краіне змагаюцца з гандлем людзьмі

Не трапіць у рабства анлайн. Як у краіне змагаюцца з гандлем людзьмі

З 2000 года ў Беларусі выяўлена 4421 злачынства, звязанае з гандлем людзьмі.