Вы здесь

Мир по­сле Украины


Но­вая ситуация и ста­рые проб­ле­мы Каков результат последних 12 месяцев для Европы? С од­ной сто­ро­ны, изменилось мно­гое — да­же политическая кар­та региона. С дру­гой сто­ро­ны, принципиально рас­клад ос­тал­ся тем же.

Бо­га­тые стали бо­га­че, а бед­ные — бед­нее

Нынешний конфликт вок­руг Украины привел к углублению расслоения го­су­дарств и группировок в регионе и мире в соответствии с ра­нее обозначившимися тенденциями. Украина ока­за­лась са­мой проигравшей сто­ро­ной. Она по­те­ря­ла часть территории, вступила в экономическую ка­та­стро­фу и находится се­год­ня на­кан­уне но­вых социально-политических потрясений. Единственный позитивный вариант вы­хо­да из ны­неш­не­го кризиса для Киева — стать антироссийским ле­до­ко­лом США и их союзников в регионе Цент­раль­ной и Вос­точ­ной Ев­ро­пе. Но, во‑пер­вых, для реализации дан­но­го сценария есть серь­ез­ные препятствия. Во‑вто­рых, даже если он будет реализован, та­кой до­ле, по­жа­луй, позавидовать слож­но.

США укрепили свои позиции в регионе, а так­же усилили свой контр­оль над Европейским со­ю­зом.

Еще бо­лее активно ситуацией вос­поль­зо­вал­ся Китай, использовавший украинский кризис для рез­кой активизации свое­го присутствия как в Вос­точ­ной Ев­ро­пе (вклю­чая Россию), так и в Цент­раль­ной Азии.

А что же Россия?

Россия проиграла

По­жа­луй, впер­вые за период президентства Владимира Путина Россия по­тер­пе­ла столь яр­ко вы­ра­жен­ное поражение. Это поражение состоит из следующих эле­мен­тов:

1. Ог­ром­ные экономические потери с перспективой перерастания в по­лно­масш­таб­ный экономический кризис.

2. Закрытие до­сту­па ко многим технологиям и кредитным ре­сур­сам для российского бизнеса.

3. Бо­лее сотни ты­сяч бе­жен­цев из Украины, о ко­то­рых Россия до­лжна позаботиться.

4. Рез­кое ухудшение внешнеполитического имиджа, ситуация, близкая к политической изоляции.

5. Ослабление позиций пе­ред давлением со сто­ро­ны Китая.

6. По­те­ря доверия и да­же имевшегося не­вы­со­ко­го уров­ня консолидации союзников по евразийской интеграции. По­лная по­те­ря возможности евразийской интеграции Украины в обозримом будущем.

7. Проявление неспособности России противостоять санкциям, использовать их для экономического рыв­ка, проводить мобилизацию и, таким об­ра­зом, быть по­лно­цен­но су­ве­рен­ным го­су­дар­ством.

Эти существенные минусы не уравновешиваются, но не­мно­го скрашиваются небольшими приобретениями: Россия получила Крым и продемонстрировала мощь и профессионализм своих Во­о­ру­жен­ных Сил.

Осо­бен­но важ­ным с точки зрения негативного эф­фек­та для России яв­ля­ет­ся реализованный сценарий поражения в украинском кризисе. Исходно Моск­ва опиралась на договоренности с США по украинскому воп­ро­су и до фев­ра­ля 2014 го­да практически не поддерживала Виктора Януковича, фактически вносила свой вклад в его смещение. За­тем, по­сле бег­ства украинского президента, российское ру­ко­вод­ство посчитало се­бя об­ма­ну­тым и предприняло не толь­ко операцию по присоединению Кры­ма, но и действия в отношении юго-вос­то­ка Украины. Последние, ве­ро­ят­но, выходили да­ле­ко за рамки российско-американских до­го­во­рен­нос­тей. Бо­лее то­го, вый­дя из дан­ных до­го­во­рен­нос­тей, Моск­ва по­пы­та­лась заключить «се­па­рат­ный» (в об­ход США) мир по украинскому воп­ро­су с европейскими державами. Од­на­ко по­сле инцидента с падением «Боинга», под ошеломляющим давлением санкций со сто­ро­ны Вашингтона и Брюс­се­ля, а так­же мировых СМИ, российское ру­ко­вод­ство вы­нуж­де­но бы­ло вер­нуть­ся к российско-американским до­го­во­рен­нос­тям.

Читайте ещё:

 

Тест на государственность

«Это хорошая боль, это сильная боль»

После миланских переговоров

Заинтересованность в мире

 

 

Не исключено, что последний шаг или пе­ре­ход к но­вой стратегии все еще мо­жет привести Моск­ву к боль­шой по­бе­де в регионе. Од­на­ко по состоянию на сегодняшний день Россия — пока проигравшая сто­ро­на.

Примечательно при этом, что описанная вы­ше схе­ма бы­ла хо­ро­шо видна всем бо­лее-ме­нее информированным субъектам на меж­ду­на­род­ной аре­не. И эта очевидность событий, без­услов­но, сде­ла­ла всеобщим и глав­ный вы­вод по­сле украинского кризиса: Россия сла­ба.

Но­вый мировой по­ря­док. Практические ас­пек­ты

Из вы­во­да о слабости России сле­ду­ет фун­да­мен­таль­ное изменение са­мо­го понятия суверенитета в сов­ре­мен­ном мире в понимании элит «ма­лых го­су­дарств». Пос­коль­ку России как мирополитического цент­ра боль­ше нет, а Китай на та­кой ста­тус не пре­тен­ду­ет, пост­оль­ку суверенитет те­перь пред­по­ла­га­ет обя­за­тель­ное выстраивание соб­ствен­ных отношений с мировым ге­ге­мо­ном — США. И это осо­бен­но ак­ту­аль­но для пост­со­вет­ско­го прост­ран­ства в силу вро­де бы как очевидной «агрессивности» России (ко­то­рая на са­мом де­ле вы­те­ка­ет из не­рав­ноп­рав­но­го и ущербного для Моск­вы со­ю­за части российских элит с американскими).

Пра­вда, отношения с ге­ге­мо­ном, во‑пер­вых, яв­ля­ют­ся серь­ез­ным бре­ме­нем, требующим не­ма­лых ре­сур­сов для их поддержания. Справиться с та­кой за­да­чей весь­ма не­прос­то.

И во‑вто­рых, отношения с ге­ге­мо­ном вов­се не яв­ля­ют­ся гарантией безопасности и стабильности не толь­ко ситуации в стра­не, но и да­же конк­рет­но­го политического режима.

Это свя­за­но с дву­мя причинами. Во‑пер­вых, США, будучи ге­ге­мо­ном, ме­ня­ют правила и содержание до­го­во­рен­нос­тей, исходя из своих интересов. Стра­на, парт­нер Вашингтона, мо­жет ока­зать­ся раз­мен­ной фигурой и уз­нать об этом лишь пост­фак­тум (если не­до­ста­точ­но эффективно ра­бо­та­ют ее аналитические служ­бы). При этом апеллировать к справедливости и до­го­во­рен­нос­тям становится не­воз­мож­ным: у парт­не­ра все рав­но нет вы­бо­ра. Усу­губ­ля­ет дан­ную картину то, что Вашингтон принял в ка­чест­ве официальной доктрины минимизацию пря­мо­го вме­ша­тель­ства в меж­ду­на­род­ные конфликты и максимизацию своих воз­мож­нос­тей кос­вен­но­го управления регионами. А лучшим и са­мым пред­ска­зу­е­мым механизмом управления ситуацией в регионе яв­ля­ет­ся, как правило, за­пуск конфликта, ко­то­рый свя­зы­ва­ет в единой системе деятельности сра­зу боль­шую груп­пу субъектов. Сеть таких конфликтов дополнит трансформирующуюся ны­не сеть пря­мо­го присутствия США в различных регионах

Во‑вто­рых, США, будучи ог­ром­ным политическим организмом, не мо­гут бо­лее обеспечивать до­ста­точ­ную сте­пень консолидированности своих элит по широкому спект­ру воп­ро­сов. Там есть свои груп­пы, лоббисты и прочие субъекты, ко­то­рые мо­гут существенно повлиять на про­цесс. И в силу пер­вой причины — необязательности до­го­во­рен­нос­тей для США — именно на усиление фрагментированности политического про­цес­са в Вашингтоне склон­ны ра­бо­тать все ма­лые стра­ны-парт­не­ры. Хо­тя это, в свою оче­редь, усиливает за­кры­тость американской политики, а значит, и ее не­пред­ска­зу­е­мость для внешних субъектов.

Кризис гло­баль­ной повестки

Пос­коль­ку США реализуют но­вую стратегию гло­баль­но­го доминирования, то мировая по­вест­ка дня се­год­ня ока­зы­ва­ет­ся как никогда пус­той. Российско-американская пе­ре­заг­руз­ка 2008—2012 го­дов ос­тав­ля­ла не­ко­то­рое прост­ран­ство для словоупражнений на те­му развития или хо­тя бы модернизации. Се­год­ня же для этих конструкций мес­та нет. Бо­лее то­го, что важ­но для нас, украинский кризис и российское поражение в нем обнулили по­вест­ку развития и для пост­со­вет­ско­го прост­ран­ства. Се­год­ня вмес­то развития воп­ро­сы для различных субъектов сто­ят о национальном суверенитете и многовекторности, «рус­ском мире» и «российской угро­зе». Примечательно при этом, что объективные основания для апелляции к дан­ным кон­струк­там пост­оян­но сокращаются, а практический смысл та­кой апелляции и вов­се от­сут­ству­ет. Например, Россия проиграла Украину именно под лозунги о «рус­ской вес­не», которые погребли под со­бой так и не родившиеся лозунги о рус­ском развитии; а большинство «ма­лых го­су­дарств» региона бу­дут «рас­ша­ты­вать­ся» именно за счет спекуляции на их многовекторности и мест­ном национализме.

Отсутствие гло­баль­ной повестки губительно ска­зы­ва­ет­ся на ма­лых стра­нах, ко­то­рым те­перь не к че­му апеллировать в отстаивании своих прав. Бо­лее то­го, оно спо­соб­ству­ет рез­ко­му усилению риторики национальных интересов и, как следствие, рос­ту напряженности и конфликтности меж­ду­на­род­ных отношений. Да­же в деятельности США национальные и груп­по­вые интересы все труд­нее становится прикрывать благовидной риторикой о пра­вах че­ло­ве­ка и демократии. Ко­неч­но, здесь не­ма­ло­важ­ную положительную для Вашингтона роль мо­жет сыг­рать конфликт с Россией как но­вой ста­рой «империей зла», наличие ко­то­рой поз­во­ля­ет на­вя­зы­вать по все­му миру выигрышные для США схе­мы. Но это не ме­ня­ет общей картины.

Ситуация для Евразии

Для Беларуси, Ка­зах­ста­на и России сложившаяся меж­ду­на­род­ная ситуация оз­на­ча­ет примерно следующее.

Во‑пер­вых, для Беларуси и Ка­зах­ста­на исчерпаны возможности классической мно­го­век­тор­ной политики. Внеш­няя политика до­лжна учитывать иерархию власти и функциональных ро­лей на меж­ду­на­род­ном уров­не. В том числе но­вая ситуация оз­на­ча­ет не­ак­ту­аль­ность на не­оп­ре­де­лен­ный срок концепции Боль­шой Ев­ро­пы от Лиссабона до Владивостока.

Во‑вто­рых, внутри формирующегося Евразийского со­ю­за пришло вре­мя переходить от фор­маль­но­го к со­дер­жа­тель­но­му су­ве­рен­но­му ра­вен­ству сто­рон. Пос­коль­ку Бе­ла­русь и Ка­зах­стан имеют свои системы коммуникаций с США, то Россия до­лжна рас­стать­ся с ролью посредника меж­ду «малыми странами» региона и Вашингтоном. Од­на­ко и выстраивать конфигурацию «двух хо­зя­ев» бы­ло бы разрушительно. Уже в ближайшем будущем по­тре­бу­ет­ся единая система внешнего действия Евразийского со­ю­за, в ко­то­рой бу­дут предс­тав­ле­ны (в том числе — в пла­не пер­со­наль­но­го участия) и учте­ны интересы Беларуси и Ка­зах­ста­на. Фактически это оз­на­ча­ет формирование единой внеш­ней политики со­ю­за и в це­лом обретение им политических функций.

В‑третьих, ост­ро необходимо восстановить и повысить ста­тус общей про­ект­ной и цен­ност­ной рамки меж­ду­на­род­ных отношений, если не сра­зу в мире, то хо­тя бы в Евразии. В ос­но­ве этой рамки лежит цен­ность развития как политики, ос­но­ван­ной на максимально эффективном и широком использовании потенциала го­су­дарств региона для улучшения жизни их на­ро­дов. Та­кая политика до­лжна быть за­креп­ле­на на уров­не гарантий пра­ва на­ро­дов на развитие в рам­ках региональных, а в перспективе — и гло­баль­ных соглашений.

Не ме­нее важ­но и то, что­бы евразийское развитие ста­ло практической политикой но­во­го Евразийского со­ю­за, воплощенной в про­мыш­лен­ных, инфраструктурных, кад­ро­вых и иных прог­рам­мах.

Перечисленные задачи предс­тав­ля­ют со­бой серь­ез­ные вы­зо­вы для су­ве­рен­но­го развития Беларуси. И от­ве­чать на них на­до уже се­год­ня.

Юрий ЦАРИК.

Выбор редакции

Общество

Парад в Минске состоится 3 июля в 9 часов вечера

Парад в Минске состоится 3 июля в 9 часов вечера

Сейчас к нему готовится пешая колонна.  

Общество

Корреспонденты «Звязды» посетили «Волчьи норы»

Корреспонденты «Звязды» посетили «Волчьи норы»

Там отбывают наказание мужчины, впервые осужденные за незаконный оборот наркотиков.

Экономика

Частный бизнес выбирает Смиловичи

Частный бизнес выбирает Смиловичи

В этом убедилась корреспондент, посетив поселок.