Вы здесь

Что происходит в Мьянме?


Ситуация в Мьянме остается в центре внимания мирового сообщества. В конце августа правительственные войска начали полномасштабную операцию в одном из штатов против боевиков движения «Армия спасения Аракан рохинджа» (ARSA). Его руководство страны считает террористической организацией. Действия властей стали ответом на нападение боевиков на полицейские посты и военную базу. В ходе столкновений уже погибли более 400 человек. Количество мусульман-рохинджа, спасающихся от насилия в Мьянме и ищущих убежища в соседней Бангладеш, по разным оценкам, превысило 370 тысяч. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш выразил свою обеспокоенность Совету Безопасности, предложив различные шаги для прекращения насилия. Относительно необходимости урегулирования ситуации высказались лидеры ряда государств. В отдельных странах с мусульманским населением произошли митинги в поддержку рохинджа. А вот государственный советник и министр иностранных дел Мьянмы Аун Сан Су Чжи, которая фактически является политическим лидером страны, заявила о «массовой дезинформации» вокруг событий в республике. Что же происходит в этой стране?


7 провинций и 7 штатов

Преимущественно населенная буддистами Мьянма только недавно избавилась от диктаторской власти военных, которые правили страной с 1962 года. Страну десятилетиями терзают разнообразные межнациональные, политические, криминальные и религиозные конфликты. Это запутанное противостояние десятков сторон, в котором сошлись партизанские и подпольные движения, военно-политические силы, которые оказывают влияние из Китая, Индии, Таиланда, сепаратистские движения национальных меньшинств и преступные группировки, которые контролируют производство и сбыт опиума и наркотиков, которые производятся из него, — значительная часть территории Мьянмы находится в пределах знаменитого «золотого треугольника».

Республика Союз Мьянма, как сейчас официально называется это государство, состоит из семи провинций, населенных собственно бирманцами, «бама», и семи национальных штатов, ни один из которых в реальности никогда не признавал власти центрального правительства. Населяют их народы и разнообразные местные политические и уголовные объединения, которые всегда вели против столицы и против друг друга свои гражданские войны. Правда, в последнее время со всеми штатами формально достигнуто соглашение о прекращении огня. Уходя из Мьянмы, которая тогда называлась Британской Бирмой, в 40-е годы XX века британская колониальная администрация пообещала предоставить независимость почти всем национальным окраинам, что отчасти и стало причиной последующих конфликтов, поскольку сделано этого не было.

В числе государств, которые не состоялись, и национальный штат Ракхайн или Аракан — узкая полоса земли на бирманском побережье Бенгальского залива, на крайнем западе граничит с Бангладеш. Именно Ракхайн и является родиной полуторамиллионного мусульманского народа рохинджа — по их собственному мнению. Власти же Мьянмы так не считают, называя весь это этнос «незаконными мигрантами», а также «исламскими боевиками», которых поддерживают международные террористические сети и «некоторые мусульманские монархии Персидского залива». Вооруженный конфликт с рохинджа обострился 9 октября 2016 года, а затем еще сильнее — в этом году 25 августа, когда бойцы местной малочисленной вооруженной группировки «Армия спасения Аракан рохинджа», которая действительно провозглашает исламистские лозунги, напали сразу на 30 армейских объектов и полицейских участков, убив 15 человек в качестве «акта мести» за преследование своих соотечественников. В ответ началась военная «акция возмездия», которую международные правозащитные организации называют геноцидом всего мусульманского населения штата Ракхайн, где ислам исповедуют, кстати, не только рохинджа. Как утверждают СМИ, по подозрению в «терроризме» арестованы сотни людей, в том числе 82-летний старик и 13-летний подросток. Официальные власти по состоянию на 1 сентября заявили о примерно 400 уничтоженных «повстанцах» и только 17 «случайно погибших» мирных жителях. Однако мирные рохинджа, сумевшие по джунглям и рекам переправиться в Бангладеш и другие государства региона, рассказывают о тысячах убитых односельчанах, уничтожении и поджоге их деревень, зверствах, пытках и групповых изнасилованиях, которые массово совершаются солдатами и полицейскими в их родных краях. 

Новые игроки

Мьянма, крупнейшее по площади (678 тыс. кв. км) континентальное государство Юго-Восточной Азии, которая находится на пересечении стратегических интересов региональных «полюсов силы» — Китая, Индии и АСЕАН, остается заложницей застарелого конфликта с мусульманским меньшинством. По мнению экспертов, эта страна — сложный конгломерат народностей, но всех их объединяет общая бирманская история и государственность. Рохинджа выпадают из этой системы сообществ, и именно в этом зерно конфликта, в результате которого гибнут и мусульмане, и буддисты. Существует несколько исторических теорий, которые по-разному объясняют появление рохинджа в Мьянме. Сами представители этого народа считают себя коренным населением штата Ракхайн, отчасти потомками арабов, колонизировавшими побережье Индийского океана в Средневековье. И действительно, в языке рохинджа много заимствований из санскрита, арабского, персидского и даже португальского языков. Однако местные буддисты и власти Мьянмы утверждают, что на самом деле рохинджа — это этнические бенгальцы-мусульмане, когда-то переселенные на восток британскими колониальными властями с территории нынешней Бангладеш в качестве дешевой рабочей силы, а также беженцы оттуда во время войны за независимость этой территории от Пакистана в 1971 году.

Некоторые ученые напоминают также, что взаимную ненависть между буддистами и мусульманами в этой части Мьянмы особенно подогрели события Второй мировой войны, когда Британская Бирма была захвачена Японией. Мусульмане-рохинджа остались на стороне британцев и начали партизанскую борьбу. Местные же буддисты в штате Ракхайн поддержали японских оккупантов, которые пообещали предоставить стране независимость, и начали массово вступать в «Национальную армию Бирмы», которая воевала на стороне Токио. Во главе этой армии стоял генерал Аун Сан, один из основателей Коммунистической партии Бирмы, — отец Аун Сан Су Чжи, которая сейчас возглавляет страну. 

Возможно, рохинджа в такой ситуации и оставили бы страну, однако «родная» Бангладеш просто не в состоянии принять такое количество переселенцев. Почему? Поскольку является одной из самых бедных и перенаселенных стран мира — в государстве площадью 147,5 тыс. кв. км (напомню, для сравнения, что площадь Беларуси составляет 207,6 тыс. кв. км) живет около 170 миллионов человек. Лагеря беженцев там переполнены. Недавно бангладешские чиновники вернулись к старой идее — поселить их на почти необитаемом и фактически неконтролируемом острове Тенгар Чар, имеющий дурную славу убежища пиратов и контрабандистов, где нет никакой инфраструктуры. Сейчас, в сезон дождей, остров почти полностью скрыт под водой. Это вызвало возмущение правозащитников и ряда мировых политиков. Есть «раскладка» и по другим соседним странам. Так, в Малайзии уже находятся не менее 120 тысяч беженцев из Мьянмы. 40 тысяч рохинджа планируют выслать власти Индии, несмотря на то, что ООН признала часть из них беженцами. Представитель индийского правительства заявил, что все рохинджа находятся в стране нелегально. ООН подчеркивает, что международное право запрещает высылать беженцев в страну, где им может угрожать опасность. Однако правительство Индии говорит, что страна не подписала конвенцию о статусе беженцев и все нелегальные иммигранты будут депортированы.

По разным оценкам, до миллиона рохинджа до сих пор остаются на территории Мьянмы. Лишенные гражданских прав, трудовых возможностей, проживая в беднейшем штате страны, они еще более радикализируются. «Армия спасения Аракан рохинджа« (другое название — «Аракан аль-Якин» или «движение веры») впервые заявила о себе в октябре 2016 года, когда ее боевики совершили нападение на полицейские участки, убив девятерых сотрудников. Группировка утверждает, что ее цель — «построение демократического исламского государства для народа рохинджа, защита этнического меньшинства рохинджа от репрессий со стороны мьянманских властей». А те в свою очередь утверждают, что это террористическая организация, чьи лидеры получили подготовку в тренировочных лагерях за рубежом. По данным «Международной антикризисной группы», ее лидером является Ата Улла, представитель народности рохинджа, родившийся в Пакистане, но выросший в Саудовской Аравии, где получил религиозное образование в Мекке, и до сих пор поддерживает тесные связи с этой страной. Однако представитель «Армии спасения Аракан рохинджа» в интервью изданию Asia Times заявил, что у нее нет связей с джихадистскими группировками, ее членами являются молодые мужчины народности рохинджа, расстроенные тем, как стало развиваться ситуация после столкновений 2012 года. Тогда во время вспышки межрелигиозного насилия между буддистским населением штата и, как полагают, мусульманами-рохинджа более 100 тысяч мусульман оказались без крова, десятки тысяч мусульман-рохинджа до сих пор находятся во временных лагерях, откуда им не разрешают выезжать. Причиной конфликта стало изнасилование и убийство молодой девушки из буддийской семьи.

Между тем Международная антикризисная группа указывает в своем отчете о ситуации в штате Ракхайн в конце прошлого года: «Появление этой хорошо организованной и, видимо, хорошо финансируемой группировки полностью меняет ситуацию в том, что касается попыток властей Мьянмы справиться со сложными проблемами штата Ракхайн, которые включают в себя давнюю дискриминацию против мусульманского населения, отказ в правах и гражданстве». По сведениям властей, которые ссылались на информацию, полученную от местных жителей, еще за несколько месяцев до вспышки насилия посланники АRSA начали рекрутировать сотни молодых мужчин из мусульманских деревень, которые после проходили подготовку за рубежом. Сейчас доступ журналистов в эту провинцию очень ограничен, поэтому трудно подтвердить или опровергнуть конкретные цифры. Правозащитная организация «Хьюман Райтс Уоч», опираясь на спутниковые фотографии, заявляет, что волнения охватили по меньшей мере 10 районов.

Дочь генерала

Аун Сан Су Чжи, которая фактически возглавляет государство, долгие годы боролась за демократизацию в стране, где царил военный режим. Она — дочь генерала Аун Сана, основателя Бирмы. В 1947-м, накануне провозглашения независимости от Британии, Аун Сан, возглавлявший тогда переходную администрацию страны, был убит при попытке государственного переворота, когда его дочери было всего два года. Девочку воспитывала мать, которая сначала работала в правительстве, а потом стала дипломатом. Аун закончила колледж в Индии, потом получила степень бакалавра по политологии и экономике в Оксфорде, работала в ООН, переехала в Англию, защитила докторскую, родила двух сыновей.

Когда в 1988 году она поехала в Бирму навестить свою больную мать, в стране вспыхнули студенческие волнения, которые переросли в восстание против хунты. Аун присоединилась к повстанцам, 26 августа впервые в жизни выступила на митинге, а уже в сентябре стала учредителем и председателем собственной партии — «Национальной лиги за демократию». Вскоре произошел новый военный переворот, генерала-коммуниста сменил генерал-националист, Аун Сан Су Чжи не допустили к выборам и впервые поместили под домашний арест. Тем не менее, новая хунта провела выборы (первые за 30 лет), «Лига за демократию» набрала на них 59 процентов голосов и получила 80 процентов мест в парламенте. При таком раскладе Аун должна была стать премьер-министром. Военные власть не отдали, результаты выборов отменили, дочь генерала снова была арестована.

Она была под домашним арестом в 1991-м, когда ее сыновья-подростки принимали присужденную ей Нобелевскую премию. С 1995 по 2000 год, когда она была на свободе, военные особенно старались выжить ее из страны. В 2002-м ее снова освободили, а через год, после совершенного на нее же покушения, снова арестовали и тайно поместили в тюрьму, четыре месяца о ее судьбе ничего не было известно. Выступая на первом после своего освобождения митинга, она призвала не к свержению антинародного режима, а к национальному примирению. Осенью 2015 года «Национальная лига за демократию», которую возглавила 70-летняя Аун Сан Су Чжи, завоевала большинство голосов в обеих палатах парламента Мьянмы на первых в истории страны свободных выборах. Теперь она занимает пост госсоветника, который соответствует премьер-министру, позволяет работать во всех областях управления. По сути, она влияет на все решения в стране. Как полагают аналитики, Аун Сан Су Чжи вынуждена быть жесткой. «Дочь своего народа, она не может призвать бирманцев проявить снисхождение и позволить мусульманам-рохинджа беспрепятственно заселить земли в Аракан, — отметил "Коммерсанту" заведующий кафедрой Московского гуманитарного университета, директор центра Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании Института востоковедения РАН Дмитрий Мосяков. — Она понимает пределы своего либерализма и действует вполне прагматично — в унисон и с военными, и с различными политическими группами. Она вынуждена идти на определенные компромиссы». Это и будет определять развитие ситуации в Мьянме, которая потрясла мир.

Захар БУРАК 

burak@zvіazda.by

Название в газете: Неприкаянные рохинджа

Оставить комментарий

Выбор редакции

Общество

Упростит ли «Электронная школа» жизнь педагогам?

Упростит ли «Электронная школа» жизнь педагогам?

И как это отразится на качестве знаний?  

Калейдоскоп

Чем удивила Белорусская неделя моды

Чем удивила Белорусская неделя моды

Познакомиться с новинками от белорусских дизайнеров можно было на неделе моды, которая проходила в Минске с 7 до 11 ноября.

Общество

Как социальная реклама меняет отношение к бездомным животным

Как социальная реклама меняет отношение к бездомным животным

«Не бросай меня на даче», «Я тоже хочу встретить Новый год дома» — такие трогательные слова видели жители Москвы на билбордах с социальной рекламой о бездомных животных. 

Культура

«Лістапад» назвал победителей — все возвращается на круги своя

«Лістапад» назвал победителей — все возвращается на круги своя

Наряду с сладостным упоением кино на «Лістападзе» всегда идет интрига — что и кого международные составы жюри назовут лучшими и с какими формулировками.