23 сентября, среда

Вы здесь

Под что приспосабливали остатки религиозных сооружений


Минск, переживший множество войн и разрушений, очевидно, сумел сохранить лишь малую часть своих храмов. Среди них были как скромные деревянные постройки, так и масштабные сооружения, украшенные работами лучших мастеров своего времени. Как церкви, возведенные на деньги, собранные всем миром, так и оплаченные щедрой рукой меценатов. И все же многие из них не исчезли бесследно: помещения были переоборудованы под другие цели, а вполне целые фундаменты и подвалы законсервированы и спрятаны под толщей земли.


Униатская церковь Святого Духа, восстановленая как Детская филармония.

За восстановление выплачено... столетия назад

Именно так, например, случилось с доминиканским монастырским комплексом, в который входил Костел Святого Фомы Аквинского. Его строительство началось в 1600 году, однако продвигалось медленно. Через четыре года из-под Москвы с крупной «добычей» возвращалось домой рыцарство Речи Посполитой. Воины-шляхтичи решили помочь в строительстве храма, поэтому сами придумали сбор — определенную сумму за каждого коня, который входил в городские ворота, благодаря чему налог получил название «копытковый».

По первоначальному назначению храм действовал до восстания 1830 года, после чего был переделан под православную церковь. Спустя десятилетие здания монастыря приспособили под католическую семинарию. Однако очередное восстание 1863 года поставило точку в его истории в качестве культового сооружения. В разное время оно использовалось как военный двор и пожарное депо. Удивительно, но с приходом советской власти комплекс не пострадал, а, наоборот, был взят под охрану государства. Это, разумеется, не спасло его в годы войны: здание было повреждено, а поскольку имело статус архитектурно-исторической ценности, Германия выплатила контрибуции на его восстановление. Но оно не просто не было отреставрировано — в 1950 году костел взорвали.

Причиной стал новый план Центральной площади, на которой должны были возвести гигантский памятник Сталину. Скульптура действительно появилась, но вскоре ее постигла та же участь, что и костел: в период развенчание культа личности она исчезла с пьедестала всего за одну ночь. Тогда говорили «как сквозь землю провалилась». И такая версия действительно существует. Скульптуру, на которой только пуговицы по размеру напоминали канализационный люк, было очень сложно транспортировать. Так что, возможно, ее действительно где-то закопали.

Если эта теория хотя бы отдаленно имеет отношение к истине, то под землей фигура находится не в одиночестве. Возвращаясь к костелу: само здание разрушили, а вот фундамент и длительные лабиринты оставили нетронутыми. И поговаривают, что они даже заселены. Во время одной из войн доминиканцы снесли все свои сокровища в подвал, заперли их, оставив внутри на страже одного из монахов. Его обещали выпустить, когда закончится вражеское нападение. Однако все носители ордена погибли и выпустить его уже было некому. Монах умер от голода, но душа его стен родного монастыря не оставила. Очевидцы утверждали, что видели фигуру в темном плаще, которая держала в руках свечу. Вот только капал с нее не воск, а кровь... Правда, «показания» свидетелей расходятся во всем кроме этого факта: кто-то под накидкой видел благородного старика, кто-то — красивого юношу, а кто-то — голый череп. В легенду можно и не верить, но во время раскопок под храмом действительно нашли массовую могилу трехсотлетней давности.

Единственное, что сохранилось от костела Фомы Аквинского кроме подвалов, — крест, который был установлен на центральном фасаде. Сейчас он хранится на Кальварии. Кстати, разрушаться собор не хотел совсем. Колокольню растягивали тракторами, причем на землю она упала все равно целой — ее пришлось разбивать молотками.

И все же надежды на восстановление собора есть. Во-первых, разработан современный проект реконструкции, во-вторых, такой исход предсказал его последний настоятель Рыбчинский. Перед очередным нападением врагов он приказал спрятать все сокровища и сказал, что монастырь будет уничтожен, но потом восстановлен, потому что доминиканцы за это заплатили. Кстати, именно этот орден «придумал» индульгенцию и инквизицию, которой, к счастью, на наших землях не было.

Здания бывших иезуитских школы и костела.

Иезуитская школа под маской конструктивизма

Еще один орден, получивший на территории Беларуси даже более широкое распространение, — иезуитский. Его представителей часто сравнивали с маленькой армией: среди братьев царит строгая дисциплина, управляет ими генерал, который подчиняется непосредственно только Папе Римскому. Кроме миссионерской деятельности иезуиты всегда активно занимались образованием: их школы считались одними из лучших в Европе. А еще именно они открыли первое коллекторское агентство.

В Минске представители ордена появились в середине XVII века, а строительство школы завершилось в 1 699 году. Кстати, это здание и сейчас можно увидеть в центре Минска, хотя по стилю оно больше напоминает созданные в эпоху конструктивизма, — сейчас здесь расположен Республиканский музыкальный колледж. Кстати, иезуиты принимали в школу всех, не обращая внимания на конфессию, причем обучение было бесплатное. Вносить деньги нужно было только за проживание.

В то время здание было одним из самых представительных в городе, поэтому в нем останавливались многие уважаемые посетители. Забавно, что во время русско-шведской войны здесь по очереди побывали и Петр Первый, и Карл Двенадцатый. А после разделов Речи Посполитой, когда эти земли отошли к Российской империи, красивое здание переоборудовали под губернаторский дом. Во время своего пребывания в Минске в 1821—1822 годах именно здесь расположился генерал-губернатор Муравьев — про это нам говорит памятная доска, на которой, кстати, изображен факел. Считается, что это символизирует принадлежность Муравьева к масонской ложе, которая в Минске носила название «Северный факел». Здание, где проходили собрания, сохранилось: теперь в нем Музей истории театральной и музыкальной культуры.

Бывший иезуитский костел также продолжает свое существование, только возвысился в чине — стал кафедральным. Его строили около 35 лет и освятили в честь Иисуса, Марии и Святой Варвары — эта святая очень почитаема католиками, к тому же на польском престоле была правицельница с этим именем. В советское время храм ждали годы тяжелых испытаний, если сравнивать с человеком, — моральных, но не физических. Снесли башни, а вот фасад не тронули — его просто закрыли фальшивым. Внутри помещение разделили на четыре части и оборудовали спортивный клуб. В дальнейшем, благодаря сохранившемуся фасада, костел было достаточно легко восстановить.

Проект восстановления доминиканского костела Фомы Аквинского.

Филармония с тайными ходами

В столице можно отыскать следы не только католических орденов, но и униатского. Далеко от доминиканцев и иезуитов отходить не надо: бывший монастырский комплекс базыльянцев располагался на территории нынешней площади Свободы, и, к счастью, его часть уцелела до наших дней. Строили монастырь в середине XVII века, когда было понятно, что назревает война с Московией. Поэтому его возвели в форме замкнутого четырехугольника. Мужские и женские корпуса были соединены подземным ходом. Не стоит думать лишнего — все в целях безопасности. Кроме этого, подземные ходы вели к Немиге и Свислочи.

Уже после запрета унии в 1839 году помещения были приспособлены под светскую и церковную гимназии. На надстроенных этажах расположились присутственные месте. Здесь же находился суд, где судили в том числе и Якуба Коласа.

Униатский храм, который первоначально был украшен снаружи яркими фресками на темы жития святых, переделали под православный. С этим местом связана одна из трагических страниц судьбы Минска.

В 1905-м состоялось провозглашение Манифеста о свободах. Кстати, до сих пор, если, например, кто-то хотел из православия перейти в другую религию, на его на три года заводили судебное дело, а также изымали имущество. Конечно, ослабление жестких законов могло вызвать только одну реакцию — радость. Жители города собрались на Привокзальной площади, чтобы отметить это событие. Однако сбор был воспринят как митинг, потому что тогдашний губернатор Курлов отдал приказ расстреливать толпу: погибло 100 человек, 30 получили увечья.

Город был возмущен, а сторонники революционных взглядов и вообще решили расправиться с губернатором. Вызвались Иван Пулихов и Александра Измайлович, которая, кстати, происходила из генеральской семьи. Для исполнения «приговора» был выбран день похорон жертв. Отпевание происходило как раз в том самом бывшем униатским храме. Когда толпа двинулась к выходу, Пулихов выстрелил, но промахнулся, тогда Измайлович бросила бомбу, но также безуспешно. Присутствующие пришли в себя довольно быстро: девушку били так, что у нее лопнули барабанные перепонки. Позже ее выслали в Сибирь. А вот Пулихова ждала более суровая кара: его вскоре повесили. В знак солидарности с наказанным заключенные Пищаловского замка вывесили на окна черные тряпки.

Собор был закрыт в 1930 году, а еще через шесть лет его взорвали. Несмотря на тщательную подготовку, проводить операцию пришлось в несколько этапов, а завалы расчищали еще два года. Впоследствии на этом месте были и передвижной зоопарк, и бакалея, и даже пивной ларек. Но в 2011 году храм был восстановлен на своем же фундаменте в виде, близком к первоначальному. Правда, с другими функциями: сейчас здесь располагается Детская филармония.

Дарья КОСКО

kаskо@zvіаzdа.bу

Выбор редакции

Общество

Марина Мулявина: После развода родители оставались близкими людьми

Марина Мулявина: После развода родители оставались близкими людьми

Дочь главного «песняра» рассказала о семейных традициях.

Спорт

Андрей Лиховицкий: Ответственность, сосредоточенность и любовь

Андрей Лиховицкий: Ответственность, сосредоточенность и любовь

Андрей Лиховицкий — пример того, что географические границы спорта не помеха. Почему?