Вы здесь

Марат Гаджиев: Не хотелось бы видеть в литературе «приглаженные» факты


О Марате Гаджиеве можно рассказать многое. Как главный библиотекарь Национальной библиотеки Республики Дагестан, директор общественной организации «Кавказский дом переводов», он хорошо знает, каким бывает путь книги от автора к читателям. Как журналист он объездил практически всю страну, 10 лет путешествий стали основой книги «Соль» — путевых заметок о людях и местах. Помимо литературного, есть у Марата и художественный талант, так, в Беларусь мастер привез выставку картин на тутовой бумаге. На пороге XXV Минской международной книжной выставки-ярмарки мы встретились с Маратом Гаджиевым, а также с Саидом Наналаловым, журналистом и писателем.


— Расскажите, как выбирали графические работы для выставки в Минске? Почему именно через них появилась идея знакомить белорусского зрителя с кавказскими мотивами?

— Мне хотелось взять именно эти работы, потому что они связаны с теми литературными проектами, которые веду последние несколько лет. Например, альманах «Кавказский экспресс», к созданию которого подключился и Саид Наналалов, объединяет творчество самых разных авторов из Дагестана и из других респуб-лик. Эта литература буквально позволяет увидеть Дагестан глазами различных людей. Книга иллюстрирована фотографиями, потому что я считаю визуальное изображение очень важным для литературы: так читатель может полнее вообразить те образы, о которых говорит писатель. Можно сказать, что теперь мы на пороге того, чтобы зарегистрировать отдельное издательство, которое будет заниматься молодыми авторами и современной литературой. Хотелось бы видеть нашу работу как связующий мост между государственными и негосударственными писательскими союзами, общественными организациями и обычными людьми.

— Какие литературные направления сейчас интересны молодым дагестанским авторам? В каких жанрах они чаще работают?

— Среди наших молодых литераторов есть и фантасты, и люди, которые пишут фентези, бытовые сценки, — перечисляет Саид Наналалов. — Есть ребята, которые пытаются замахнуться на широкоплановый роман. Молодежь привлекает множество жанров и направлений, однако единого плотного литературного процесса пока не возникает, потому что нет объединяющей силы, которая бы давала перспективным авторам возможность печататься, стать заметными в больших городах. Наша задача сейчас — «вылавливать» талантливую молодежь и выводить ее к читателям на общероссийском уровне. Пока что для многих читателей Дагестан — это Рамсул Гамзатов и еще несколько имен, которые считаются классикой. В то же время среди молодых творцов только единицы смогли прорваться через литературный барьер. Мы хотим помочь этому процессу.

— По литературным произведениям мы часто создаем для себя «образ» страны, о которой читаем. Каким, на ваш взгляд, должен появится перед читателем «литературный Дагестан»?

— Мне бы не хотелось видеть в литературе «приглаженные» факты. Даже если писатель отображает негативные устои, он таким образом проговаривает проблемы, значит, пытается их осмыслить.

— Выставки, знакомство с произведениями литературы помогают больше узнать о другой стране. А насколько фестивали народного творчества способствуют соприкосновению культур?

— Государственные институты действительно выделяют средства, приглашают различные фольклорные коллективы, и из других стран в том числе. Однако мне всегда странно, почему не существует такой значительной поддержки у фестивалей книги. Танцы и песни — это на самом деле интересно, но ведь можно их совмещать с литературной жизнью. Что касается совместных фестивалей любого формата, то тут нужна поддержка от власти, потому что вывезти куда-то группу в одиночку затратно и хлопотно. Вчера мы были в Белорусском государственном университете культуры и искусств и заинтересовались возможностями. Вполне реально организовать совместный проект, например, провести мероприятие под открытым небом, в деревне, где сохранились особенности традиционной культуры. Сейчас молодежь привлекает этника. Но если никак не поддерживать этот культурный спрос, тяга ослабнет и для нового поколения родная страна останется безликой и бесцветной. Дагестан считается перекрестком культур, религий, традиций. Я знаю, что то же самое говорят о Беларуси, и потому всегда с любопытством узнаю о ней новые подробности. Было бы здорово познакомиться с устоями маленьких деревень.

— Почему так важно переводить книги на национальные языки?

— Когда-то греки перевели Библию, чтобы сделать ее понятной. Точно так же и с литературой сейчас. Не секрет, что некоторые национальные языки вымирают. Так что если говорить о гипотетическом будущем, когда не останется ни одного носителя языка, то информация сохранится только в книгах. Сейчас стоит изучать и описывать культуру, потому что эти знания исчезают, и потом будет трудно понять, как действовал ремесленник или почему на одежде были те или иные узоры...

— Я один из носителей кубачинского языка, — дополняет Саид Наналалов, — Нас во всем мире около 10 тысяч человек. Сейчас я занимаюсь выпуском кубачинско-русского словаря, но представить литературу на кубачинском языке мне трудно, потому что люди — носители языка — чаще пишут и говорят на общепринятом русском. Однако в горных деревнях все еще сохранился национальный язык как основной в общении. И чтобы горы не обезлюдели, нужна духовная почва, которая будет поддерживать жителей.

— Как происходит сейчас перевод на национальные языки? Хватает ли профессиональных переводчиков?

— Проблема с переводами сейчас очень большая, и хорошие переводчики нужны как воздух. Особенно ценны те люди, что могут работать с текстами напрямую, без подстрочника, иначе трудно сохранить первоначальный авторский посыл. Например, когда для дагестанских читателей переводили Франциска Скорину, то отдавали подстрочники нескольким переводчикам, а потом выбирали наиболее удачный вариант. Поэтому я считаю, что так же как должна существовать национальная литература, должен быть и процесс перевода. Особенно для молодых авторов, про которых мало кто слышал. Кстати, на волне интереса к традиционной культуре перевод может помочь с известностью. Например, одно дело, если автор на Кавказе пишет на русском языке — таких много. А вот если автор пишет на национальном языке и можно запросить перевод его произведений, то для некоторых читателей такая книга окажется привлекательнее.

— Можно ли считать авторский перевод альтернативой профессиональному?

— Как правило, такой перевод получается неудачным, потому что либо человек хорошо говорит на русском, и тогда ему тяжело доносить богатство образов на национальном языке, либо же наоборот. Во всяком случае, мне известны крайне редкие случаи, когда сам писатель создавал удачные переводы своего творчества. Магомет-Расул Расулов, например, хорошо мог писать и на русском, и на даргинском, и на кубачинском, но это, скорее, исключение из правила.

Рогнеда ЮРГЕЛЬ

Фото Евгения ПЕСЕЦКОГО

Оставить комментарий

Выбор редакции

Общество

Что могут регионы?

Что могут регионы?

Совет Республики продолжает выездные заседания в областях. Парламентарии посетили Гродненскую область.

Общество

Островец: как строится город энергетиков

Островец: как строится город энергетиков

Пуск первого энергоблока Белорусской АЭС планируется на конец 2019 года.

Экономика

Дачи и коттеджи: если сложно продать — то можно сдать

Дачи и коттеджи: если сложно продать — то можно сдать

Загородных домов на рынке так много, что их не покупают даже по себестоимости.