Вы здесь

Марат Гаджиев: Не хотелось бы видеть в литературе «приглаженные» факты


О Марате Гаджиеве можно рассказать многое. Как главный библиотекарь Национальной библиотеки Республики Дагестан, директор общественной организации «Кавказский дом переводов», он хорошо знает, каким бывает путь книги от автора к читателям. Как журналист он объездил практически всю страну, 10 лет путешествий стали основой книги «Соль» — путевых заметок о людях и местах. Помимо литературного, есть у Марата и художественный талант, так, в Беларусь мастер привез выставку картин на тутовой бумаге. На пороге XXV Минской международной книжной выставки-ярмарки мы встретились с Маратом Гаджиевым, а также с Саидом Наналаловым, журналистом и писателем.


— Расскажите, как выбирали графические работы для выставки в Минске? Почему именно через них появилась идея знакомить белорусского зрителя с кавказскими мотивами?

— Мне хотелось взять именно эти работы, потому что они связаны с теми литературными проектами, которые веду последние несколько лет. Например, альманах «Кавказский экспресс», к созданию которого подключился и Саид Наналалов, объединяет творчество самых разных авторов из Дагестана и из других респуб-лик. Эта литература буквально позволяет увидеть Дагестан глазами различных людей. Книга иллюстрирована фотографиями, потому что я считаю визуальное изображение очень важным для литературы: так читатель может полнее вообразить те образы, о которых говорит писатель. Можно сказать, что теперь мы на пороге того, чтобы зарегистрировать отдельное издательство, которое будет заниматься молодыми авторами и современной литературой. Хотелось бы видеть нашу работу как связующий мост между государственными и негосударственными писательскими союзами, общественными организациями и обычными людьми.

— Какие литературные направления сейчас интересны молодым дагестанским авторам? В каких жанрах они чаще работают?

— Среди наших молодых литераторов есть и фантасты, и люди, которые пишут фентези, бытовые сценки, — перечисляет Саид Наналалов. — Есть ребята, которые пытаются замахнуться на широкоплановый роман. Молодежь привлекает множество жанров и направлений, однако единого плотного литературного процесса пока не возникает, потому что нет объединяющей силы, которая бы давала перспективным авторам возможность печататься, стать заметными в больших городах. Наша задача сейчас — «вылавливать» талантливую молодежь и выводить ее к читателям на общероссийском уровне. Пока что для многих читателей Дагестан — это Рамсул Гамзатов и еще несколько имен, которые считаются классикой. В то же время среди молодых творцов только единицы смогли прорваться через литературный барьер. Мы хотим помочь этому процессу.

— По литературным произведениям мы часто создаем для себя «образ» страны, о которой читаем. Каким, на ваш взгляд, должен появится перед читателем «литературный Дагестан»?

— Мне бы не хотелось видеть в литературе «приглаженные» факты. Даже если писатель отображает негативные устои, он таким образом проговаривает проблемы, значит, пытается их осмыслить.

— Выставки, знакомство с произведениями литературы помогают больше узнать о другой стране. А насколько фестивали народного творчества способствуют соприкосновению культур?

— Государственные институты действительно выделяют средства, приглашают различные фольклорные коллективы, и из других стран в том числе. Однако мне всегда странно, почему не существует такой значительной поддержки у фестивалей книги. Танцы и песни — это на самом деле интересно, но ведь можно их совмещать с литературной жизнью. Что касается совместных фестивалей любого формата, то тут нужна поддержка от власти, потому что вывезти куда-то группу в одиночку затратно и хлопотно. Вчера мы были в Белорусском государственном университете культуры и искусств и заинтересовались возможностями. Вполне реально организовать совместный проект, например, провести мероприятие под открытым небом, в деревне, где сохранились особенности традиционной культуры. Сейчас молодежь привлекает этника. Но если никак не поддерживать этот культурный спрос, тяга ослабнет и для нового поколения родная страна останется безликой и бесцветной. Дагестан считается перекрестком культур, религий, традиций. Я знаю, что то же самое говорят о Беларуси, и потому всегда с любопытством узнаю о ней новые подробности. Было бы здорово познакомиться с устоями маленьких деревень.

— Почему так важно переводить книги на национальные языки?

— Когда-то греки перевели Библию, чтобы сделать ее понятной. Точно так же и с литературой сейчас. Не секрет, что некоторые национальные языки вымирают. Так что если говорить о гипотетическом будущем, когда не останется ни одного носителя языка, то информация сохранится только в книгах. Сейчас стоит изучать и описывать культуру, потому что эти знания исчезают, и потом будет трудно понять, как действовал ремесленник или почему на одежде были те или иные узоры...

— Я один из носителей кубачинского языка, — дополняет Саид Наналалов, — Нас во всем мире около 10 тысяч человек. Сейчас я занимаюсь выпуском кубачинско-русского словаря, но представить литературу на кубачинском языке мне трудно, потому что люди — носители языка — чаще пишут и говорят на общепринятом русском. Однако в горных деревнях все еще сохранился национальный язык как основной в общении. И чтобы горы не обезлюдели, нужна духовная почва, которая будет поддерживать жителей.

— Как происходит сейчас перевод на национальные языки? Хватает ли профессиональных переводчиков?

— Проблема с переводами сейчас очень большая, и хорошие переводчики нужны как воздух. Особенно ценны те люди, что могут работать с текстами напрямую, без подстрочника, иначе трудно сохранить первоначальный авторский посыл. Например, когда для дагестанских читателей переводили Франциска Скорину, то отдавали подстрочники нескольким переводчикам, а потом выбирали наиболее удачный вариант. Поэтому я считаю, что так же как должна существовать национальная литература, должен быть и процесс перевода. Особенно для молодых авторов, про которых мало кто слышал. Кстати, на волне интереса к традиционной культуре перевод может помочь с известностью. Например, одно дело, если автор на Кавказе пишет на русском языке — таких много. А вот если автор пишет на национальном языке и можно запросить перевод его произведений, то для некоторых читателей такая книга окажется привлекательнее.

— Можно ли считать авторский перевод альтернативой профессиональному?

— Как правило, такой перевод получается неудачным, потому что либо человек хорошо говорит на русском, и тогда ему тяжело доносить богатство образов на национальном языке, либо же наоборот. Во всяком случае, мне известны крайне редкие случаи, когда сам писатель создавал удачные переводы своего творчества. Магомет-Расул Расулов, например, хорошо мог писать и на русском, и на даргинском, и на кубачинском, но это, скорее, исключение из правила.

Рогнеда ЮРГЕЛЬ

Фото Евгения ПЕСЕЦКОГО

Выбор редакции

Общество

Житель Жодино Геннадий Пузанкевич доехал на велосипеде из Беларуси до Владивостока

Житель Жодино Геннадий Пузанкевич доехал на велосипеде из Беларуси до Владивостока

Он каждый день старался преодолевать не менее ста километров.

Общество

Как «Звязда» нарушителей отдыха с милицией искала

Как «Звязда» нарушителей отдыха с милицией искала

Последними теплыми деньками многие минчане стараются воспользоваться по полной и по возможности отдохнуть на природе, пусть и в пределах города.

Культура

Певец Александр Гелах: Как только поступил, стал искать работу

Певец Александр Гелах: Как только поступил, стал искать работу

Молодой тенор, который пришел в Национальный академический Большой театр Беларуси в 2015-м, обратил на себя внимание любителей оперы сразу.

Общество

Как работает участковый инспектор в деревне, откуда ровно два года назад пропал 10-летний Максим Мархалюк

Как работает участковый инспектор в деревне, откуда ровно два года назад пропал 10-летний Максим Мархалюк

В майора милиции Андрея Болбата не самый простой участок. Здесь и заповедники, и чащи, и дикие болота...