23 сентября, воскресенье

Вы здесь

Андрей Равков: Я не мечтал быть генералом


Министр обороны — о сложном пути к генеральским погонам, перспективах развития белорусской армии и мирном небе над головой

Как удается сохранять военный нейтралитет, а также каким видится дальнейшее строительство и развитие армии, накануне Дня защитников Отечества и Вооруженных Сил Республики Беларусь корреспонденту «Звязды» рассказал министр обороны генерал-лейтенант Андрей РАВКОВ.


Фото Владимира Блинова.

— Андрей Алексеевич, белорусская армия и газета «Звязда» — почти ровесники: свой вековой юбилей общественно-политическое издание отметило в августе. В отношении Вооруженных Сил, что стоит за этой красивой цифрой, которой измеряется не одна эпоха?

— Это серьезная дата осмысленного исторического периода. Созданная в 1918 году Рабоче-Крестьянская Красная Армия в тех очень сложных, возможно, жестоких, условиях начала XX века по большому счету защитила и сохранила белорусов. В 1939 году она же объединяла Беларусь в единое государство. А когда началась «холодная война», и бывшие союзники стали главными врагами, ее преемница, Советская Армия, выдержала паритет и не допустила ядерной войны.

В состав Советской Армии входил и Краснознаменный Белорусский военный округ, имевший многочисленные традиции, всегда испытывал новые виды вооружения, принимал активное участие во всех масштабных учениях Советского Союза и стран Варшавского договора. События прошлых лет, которые произошли с решающей ролью тогдашних Вооруженных Сил, позволили нам иметь суверенное государство, мир над головой и стабильность, которые сегодня являются самыми главными ценностями белорусского народа. Но мир не становится спокойнее: в более чем 400 точках происходят конфликты с применением оружия. Поэтому перед поколением, которое сейчас служит в Вооруженных Силах, стоит не менее важная задача — продолжая традиции предшественников, безупречно обеспечивать военную безопасность своей страны.

— Белорусская армия развивается быстрыми темпами. На вооружение поступает новая техника, в том числе отечественного производства, модернизируется то, что есть. Это «гонка вооружений» или такая позиция — лучше кормить свою армию, чем чужую?

— Говорить о том, что мы включаемся в «гонку вооружений», которая наблюдается между теми же США и Россией, НАТО и Россией, я не могу. Да, мы перевооружаем армию, но по мере возможностей и нужды: что стратегически необходимо сейчас. Потенциальный противник еще подумает, стоит ли ему связываться с государством, в котором есть то, что может на него серьезно подействовать. Реактивная система залпового огня «Полонез», которую мы приняли на вооружение, является весомым аргументом при выполнении боевых задач. Хорошо понимая, что кто-то вряд ли нарушит наши границы на танке, развиваем системы разведки воздушного противника и противовоздушной обороны. Приобретаем радиолокационные станции отечественного производства «Роса-РБ» i «Восток-Д», российские «Противник-Г», «Сопка» и «Подлет», получили от Российской Федерации четыре дивизиона «С-300», пополняем свой арсенал новыми зенитно-ракетными комплексами «Тор-М2», которые считаются лучшими в своем классе. В этом году закупим пятую батарею, которая войдет в состав сформированного зенитно-ракетного полка. Мы говорим о том, что необходимо иметь мобильный высокоподготовленный компонент Вооруженных Сил, который мог бы мгновенно выполнить задачу, поэтому развиваем силы немедленного реагирования, в том числе силы специальных операций. Для того чтобы повысить огневую мощь последних, приобрели систему 2Б23 «Нона», что к маю позволит сформировать в десантных бригадах два дивизиона. Силы немедленного реагирования, механизированные и танковые батальоны — здесь мы идем по направлению защиты личного состава: это современные бронежилеты, шлемы, другие элементы экипировки. В танковых войсках модернизируем танки до уровня БМ-3, для сил специальных операций — БТР-70, идем по пути производства и принятия на вооружение наших легкобронированных автомобилей типа «Кайман» и «V-1». Мы уже приобрели восемь самолетов «Як-130», заключили контракт на поставку еще четырех, а также 12 самолетов «Су-30СМ». Это многофункциональный самолет (и штурмовик, и истребитель, и бомбардировщик), который показал себя с самой лучшей стороны во время боевых действий в Сирии. Некоторые критики говорят, что он дорогой. Можно приобрести другой, но он будет выполнять одну функцию, а нам нужно три. Понятно, лишних денег нет, но в финансировании белорусской армии отказывать нельзя. В каком объеме — будем оценивать обстановку.

— Во время заседания Совета безопасности глава государства отметил, что сегодня важно не только модернизировать Вооруженные Силы, а и приспосабливать их к возможным боевым действиям...  

— Процесс строительства и развития Вооруженных Сил бесконечен. Спасибо Главе государства, что лично участвует в нем, особенно это касается вопросов перевооружения и модернизации. Вооруженные Силы — это ведь не только организм, который постоянно развивается и чего-то достигает. Мы должны действовать в условиях тех вызовов и угроз, которые существуют на данный момент. Если сегодня есть вероятность гибридной войны (размытых боевых действий), то уже сейчас мы должны быть к ней готовыми.

— Учитывая нестабильную обстановку в мире, как нам удается оставаться своеобразным островом безопасности по крайней мере в Европе?

— В каком еще постсоветском государстве, кроме Беларуси, за время своей независимости не было потрясений со стрельбой, войной и всем другим? Это тоже своего рода достижение. И Президента нашей страны, и Вооруженных Сил, и всего белорусского народа, который настолько натерпелся за свою историю, что мир на нашей земле возводит к высшей ценности.

— Военные, которые служат не первый год, честно признаются: того, что происходит в развитии армейской инфраструктуры в последнее время, не видели за всю службу...

— Хозяйство у нас довольно большое: в Вооруженных Силах 312 «организмов» — соединений, объединений, воинских частей, подразделений, учреждений, организаций. И у каждого есть свое имущество: начиная от пяти-шести зданий, заканчивая военными городками с сотнями построек. Конечно, все это надо поддерживать в надлежащем виде. И в этом нам помогает Государственная программа обустройства военных городков, куда включены четыре армейских «организма»: 19-я и 120-я механизированные бригады, обустройство которых мы уже завершили, продолжится благоустройство 72-го объединенного учебного центра и Военной академии. Есть необходимость продлить эту программу еще на пять лет. Обычный солдат после выполнения служебных задач хочет помыться, сходить в баню, отдохнуть. Возможно, в эконом-варианте, но мы максимально стараемся эти условия создать. Что касается офицеров, прапорщиков и военнослужащих по контракту, которые живут в военных городках, они нуждаются в крыше над головой. В прошлом году мы ввели в строй два жилых дома на 290 квартир. Благодаря руководству Витебской области удалось провести ремонт в 70-квартирном доме в военном городке Заслоново, который стоял законсервированным много лет. Сейчас там живут Офицерские семьи. В этом году в разной стадии постройки находятся четыре жилищно-строительных потребительских кооператива на 990 квартир для военнослужащих. Возводится военный городок в Островце, куда мы передислоцируем зенитно-ракетный полк из Барановичей. На человека, который носит погоны, возложена задача переносить трудности военной службы, все остальное мы должны ему обеспечить.

Фото Сергея Никоновича.

— Андрей Алексеевич, не будем скрывать: в армии сегодня больших денег не заработаешь, да и защита Родины ни в какие времена не была делом прибыли. Тем не менее, предусмотрены ли определенные материальные поощрения для тех, кто хочет связать свою жизнь с армией?

— Главной мотивацией пойти служить для моего поколения был патриотизм. Нынешнее поколение более прагматичное, а это не очень хорошо для Родины. Офицеры идут в армию добровольно. Даже суворовское училище у нас дает «свободный» диплом: хочет юноша стать историком — поступает в БГУ, хочет носить погоны — в Военную академию или в вузы других силовых структур, даже за пределами нашей страны. Солдат же срочной службы попадает в армию не по своей воле: согласно Конституции, это его святая обязанность. В то время, пока он получает военно-учетную специальность, которая пригодится тогда, когда он будет обязан стать на защиту страны, гражданский человек воспитывает детей, своей деятельностью приносит государству пользу, платит налог. Кажется, и первый прав, и второй, но как мотивировать солдата? Не первый год мы занимаемся этой проблемой. Человек, который отслужил срочную службу, должен иметь определенные привилегии: при поступлении в учебные заведения, при получении комнаты в общежитии, при поступлении на государственную службу по сравнению с лицами, которые не были в армии.

— Офицерская служба привлекает многих, но не каждому по силам. Кто повлиял лично на ваш профессиональный выбор?

— Моя мать. Я с самого детства увлекался оружием, даже конструировал самодельное. Однажды, убираясь в комнате, мама услышала по радио, что в Минское суворовское военное училище проводится набор. Она настолько заразилась этой идеей, что спросила, не хочу ли я попробовать туда поступить. Я согласился. Так и попал из деревенской школы в столицу. Сначала было трудно. Городские мальчики были более шустрые, подготовленные, но уже вторую четверть я закончил на «отлично». За то, что стал военным, благодарен своей маме. Отец долгое время не мог с этим смириться. У него была мечта, чтобы сын работал ветврачом, причем главным в районе. Получилось не по его... Когда я учился на командно-штабном факультете Военной академии, где-то за три месяца до своей смерти он сказал: «Сынок, я так тобой горжусь...»

— Андрей Алексеевич, вы никогда не скрывали, что родились в деревне. В какой семье появился на свет будущий генерал?

— В самой обычной, крестьянской. Мое детство прошло на Витебщине, в деревне Ревяки, что в Бешенковичком районе. Поселение небольшое — всего семь домов, сейчас восемь: на малой родине остался мой брат. Теперь со своей семьей там один живет: остальные, мы их называем дачниками (на самом деле, это дети односельчан), бывают наездами. Жизнь в деревне было непростая, в постоянной работе: как летом поработаешь — так будешь себя чувствовать и зимой. В общем, деревенская жизнь закаляет человека. И эта закалка во всех сложных ситуациях мне помогала. Когда учился в академии, а потом служил в Заслоново, на малой родине бывал чаще, постоянно была работа: то покосить, то перепахать землю, то нарубить дров... Сейчас же в связи со своей загруженностью хорошо, если и раз в полгода заеду. Да и, кроме брата, больше не к кому: мать живет со мной.

— Не прогадала она, отдав вас в суворовское училище?

— Проведенные там годы в любом случае не были тщетными. Училище воспитывает дисциплину: это выполнение приказов, соблюдение распорядка дня. Во все времена в суворовском училище уделялось большое внимание спорту. Конечно же, это дружба: таких взаимоотношений, как там, я больше нигде не встречал. Были надежные товарищи и в военном училище, но в суворовском мы жили одной семьей. На офицеров-воспитателей в звании капитана или майора смотрели, как на глубоко взрослых людей. Майор Юрий Задорожный, командир нашего взвода, был для нас авторитетом. Командир роты вообще был недосягаем, а начальника училища мы наблюдали, может, раз в полгода. Нынешние суворовцы, кажется, даже Министра обороны видят чаще. Суворовское училище — это школа, которую надо развивать и совершенствовать: там воспитывают патриотов своей страны.

— А задумывались, что если бы вы в свое время не закончили Суворовское, то путь к генеральским погонам был бы как минимум сложнее? 

— Я не мечтал быть генералом. В советское время это звание вообще казалось недостижимым. Путь генерала — всегда сложный. Я хорошо понимал, через что нужно пройти, какие должности сменить, чтобы носить генеральские погоны. Чем выше должность, большая ответственность и меньшее внимание семье. Это те трудности армейской службы, которые мы гипотетически воспринимаем, когда становимся военнослужащим.

— Неблагодарное это дело — делать прогнозы, но какими видите Вооруженные Силы хотя бы через три года?

— К этому времени мы завершим выполнение Плана строительства и развития Вооруженных Сил и будем иметь ту армию, которую предполагали. Это будет сильный компонент сил немедленного реагирования, полностью оснащенные и снабженные всем необходимым силы специальных операций, серьезная радиолокационная составляющая, которая позволит нам в полном объеме вести разведку воздушного противника, а также те люди, которые будут защищать свою страну через три года. А мир, безопасность и спокойствие на белорусской земле под руководством своего Президента мы обеспечим. Это даже не вызывает сомнений!

Вероника КАНЮТА

Оставить комментарий

Выбор редакции

В мире

Как спастись от тайфуна?

Как спастись от тайфуна?

Более 60 человек погибли на Филиппинах из-за тайфуна «Мангхут», еще почти 50 пропали без вести.

Общество

Кому и чем поможет ТЦСОН

Кому и чем поможет ТЦСОН

От помощи на дому пожилым и до создания кризисных комнат для жертв домашнего насилия.

Общество

В Беларуси предлагается создать 15-18 областей

В Беларуси предлагается создать 15-18 областей

И повышать эффективность работы местных органов власти.