Вы здесь

Как сохраняется наследие Якуба Коласа в его семье


В прошлом году общественность страны широко отметила 135-летие со дня рождения классика белорусской литературы Якуба Коласа. Несмотря на то, что прошло много различных мероприятий, посвященных Якубу Коласу, тему нельзя считать исчерпанной. Ежедневную работу по сохранению наследия великого писателя ведут члены его семьи: записывают и хранят воспоминания, исследуют архивы, готовят выставки, доклады и статьи, участвуют во встречах в стране и за рубежом. Как сохраняется наследие классика в его семье, в памяти новых поколений, мы расспросили у его сына Михаила Константиновича Мицкевича и внучки, Марии Михайловны.


Михаил Мицкевич: «Я — «виновник» написания трех поэм»

92-летний Михаил Константинович, несмотря на солидный возраст, имеет прекрасную память — события и даты из собственной и отцовской жизни помнит ярко, о чем и рассказывает с блестящим чувством юмора. Известный ученый, он 55 лет проработал в физико-техническом институте Академии наук, разработал научные основы технологии изготовления таких сложных деталей, как штампы, после — оригинальную технологию изготовления фасонного деревообрабатывающего инструмента и другие.

— В 1949 году я окончил политехнический институт и меня направили в физико-технический институт Академии наук. А там только столы, стулья, выпрямитель и несколько измерительных приборов. Ни станков, ни какого другого оборудования, — вспоминает Михаил Константинович. — Академии было запрещено приобретать станки, а как без них технологию разрабатывать? В таких условиях мы и начинали свою работу. Тем не менее на заводе БАТЭ выпустили более 70 станков, которые мы разработали вместе с конструкторами предприятия. Пять лет я был секретарем комиссии по защите докторских диссертаций. Восемь лет проработал в экспертном совете Высшей аттестационной комиссии. Через мои руки прошло много работ. Когда-то в юности удивил отца отзыв. Я ему сказал, что прочитал интересную книгу Дюма, а он говорит: «Сынок, это пустая литература, там нет ничего для души!». Когда он был в составе комитета по сталинским премиям, ему присылали большую стопку произведений, я наблюдал, как он пролистывает все, что-то прочтет полностью, а на другую вещь скажет: это фальшь, читать не буду. Я удивлялся, по каким признакам он оценивает такие работы. А ему помогал огромный опыт! И вот когда я сам сотни рефератов перечитал, уже было просто определить, что ценное, а что — нет. Приходилось делать замечания и по два-три раза отправлять диссертантов дорабатывать выводы. Зато после этого диссертация была как конфетка.

— На заслуженном отдыхе вы осуществили ряд проектов по сохранению наследия отца, в частности напечатали несколько книг...

— Да, когда оставил Академию наук, меня пригласили на работу в музей Якуба Коласа. Я сделал более сотни выступлений в школах, гимназиях, университетах, военных частях, часто брал с собой поэта и литературоведа, автора замечательной книги «Приглашение в музей» Ивана Курбеко. Свою книгу «Пад бацькоўскім дахам» я выпустил пораньше. И включил в нее письмо о состоянии белорусского языка, которое Колас писал в ЦК партии. До этого он лишь однажды был напечатан в «Лиме» — в 60-х годах. Позже я встретил Геннадия Буравкина. Он книгу похвалил, а из-за того, что я опубликовал это письмо, создал прекрасную поэму «Развітанне». Потом я написал воспоминания о своем брате Юрку под названием «Слова пра Юрку, Коласава сына». Печатались они в журнале «Полымя», когда его редактировал Николай Метлицкий. Ему так понравились воспоминания, что он по этому поводу написал поэму «Апалены золак», мы вместе выпустили эту книгу. Вот так я стал «виновником» трех поэм: «Міхасёвы прыгоды», которую написал отец, а также «Развітанне» Геннадия Буравкина и «Апалены золак» Николая Метлицкого.

Потом я подготовил книгу «Якуб Колас. У думках, у сэрцы, у песнях», где собрал и поместил воспоминания, которые смог найти. Там, кстати, много моих фотографий: фотография — одно из моих больших увлечений.

В 20-томном собрании сочинений Якуба Коласа есть и поэма «На шляхах волі». Раньше она ни разу не выходила отдельно. Это очень интересная поэма размером с «Новую землю». Колас писал ее на протяжении всей жизни с большими перерывами и хотел закончить еще тремя разделами. Однако фактически она закончена. И звучит как мощное антивоенное произведение. Ее можно рассматривать как роман: там и история любви, и большой охват героев. И я осуществил свой замысел: в издательстве «Мастацкая літаратура» поэма «На шляхах волі» напечатана отдельно. Надеюсь, что будет издана книга «Сымон-музыка», это моя давняя мечта, в следующей редакции: четыре главы из третьего варианта, более разработанного, чем предыдущие. А финал — с первого. Для театральной постановки это чудо! В финале там фантастическая сцена на кладбище! Также предполагается включить туда фрагменты, выброшенные под давлением цензуры. Кстати, как-то к нам приезжали писатели из Санкт-Петербурга, мы подарили «Сымона-музыку», они очень заинтересовались и переложили поэму на русский язык.

Кроме этого, я рекомендовал Виктору Шнипу (главный редактор издательства «Мастацкая літаратура». — Авт.) издать книгу Адама Мицкевича и Константина Мицкевича «Пан Тадеуш» и «Новая земля» в одном томе. У Адама Мицкевича речь идет также о Беларуси, о той же земле, только на полтора века раньше, чем в «Новой земле». Это очень ценное сочетание для того, чтобы представлять, что было в Беларуси. Тем более что поэмы перекликаются по многим вопросам... Вот то основное в литературном плане, что мне удалось совершить. Наверное, можно было сделать немного больше. Но у меня было много и своих увлечений: кроме фотографии, я заядлый охотник, рыбак, грибник.

— Михаил Константинович, кроме масштабной литературной работы, вы занимались и сохранением памяти отца в музее Якуба Коласа, передали много его собственных фотографий и вещей...

— Да, передал не только собственные, но и те фотографии, что нашел у родственников, других людей, они сделаны в 20-30-е годы прошлого века. В Марьиной Горке, например, Александр Пранович как-то решил сделать при художественном музее, где собраны картины пуховичан, экспозицию «Колас на Пуховиччине». Я отдал туда много фотографий, вещей Коласа. А художники оформили рисунками. Получилась очень красивая комнатка. Написал и текст экскурсоводу. Всем советовал бы при удобном случае посетить этот музей.

Мария Мицкевич: от Якуба Коласа до Янки Мавра

Продолжает дело отца по сохранению наследия деда и старшая внучка Якуба Коласа Мария Михайловна Мицкевич. Она много лет работала преподавателем высшей математики, а на заслуженном отдыхе ведет исследовательскую работу по творчеству Якуба Коласа, а также своего второго дедушки, писателя Янки Мавра.

— Почти каждый год я принимаю участие в конференциях «Каласавіны». Когда готовлю доклад, стараюсь найти что-то новое, неизвестные ранее интересные факты о Коласе. Например, пару лет назад в Латвии мне удалось найти неизвестный автограф Коласа в музее Андрея Упита. Когда Колас поздравил его с юбилеем, подарил книжку и оставил в ней автограф. И когда другие были напечатаны, а этот до сих пор оставался неизвестным. Такое маленькое открытие. В общем приходится иногда бывать в Латвии, не раз я выступала в знаменитой Рижской белорусской основной школе имени Янки Купалы. Совсем недавно директора гимназии принимали в Минске. Я несколько раз выступала перед школьниками с лекциями как по творчеству как Якуба Коласа, так и Янки Мавра. Ведь Мавр родился в Латвии, и мне самой было интересно наладить такую ​​связь с белорусами, которые живут там, а также с культурно-просветительскими учреждениями. Я провела большую работу, подобрала много интересных документов и составила выставку «Колас и Мавр: по жизни вместе». Сначала она экспонировалась в академической библиотеке латвийского университета, потом — в Рижской белорусской основной школе. И по договоренности с посольством я решила эту выставку подарить школе.

Однажды мне позвонили из объединения белорусов мира «Бацькаўшчына» и рассказали о женщине из Грузии, у которой сохранилась книга с автографом Коласа. Мы встретились, выяснилось, что ее дед учился вместе с Коласом в учительской семинарии. Она, кстати, подарила эту книгу музею. Василина, моя дочь, написала статью про эту семью, нашу встречу, книгу и найденный автограф.

Поскольку я тесно дружу с белорусской эмиграцией, несколько лет работаю над темой исследования «Колас в эмиграционной печати». Собираю те материалы, которые печатались о Коласе, чтобы появилось представление, каким он был для тех, кто покинул родину, но сердцем остался белорусом. В музее Якуба Коласа уже проводилась выставка «Колас в эмиграционной печати», которую я подготовила, где было много интересных материалов из газет, журналов, выходивших за пределами Беларуси. Продолжаю собирать их и поныне.

— Часть ваших исследований посвящена брату Якуба Коласа Михаилу Мицкевичу...

— В прошлом году исполнилось 120 лет со дня его рождения. Это младший брат, который после выехал в эмиграцию, жил в США. О нем я написала несколько статей, сделала выставку. Личность Михаила Мицкевича интересна тем, что Колас с детства его воспитывал. У Якуба Коласа было четыре брата, четыре сестры, но только Михаил окончил учительскую семинарию, пробовал свои силы в литературном творчестве, он известен под псевдонимом Антон Галина. Когда умер отец, Якуб Колас работал в Пинковичах на Полесье. И забрал к себе двух младших братьев, Юзика и Михаила, чтобы матери было легче. Сам их учил, воспитывал.

— В кругу ваших исследовательских интересов и второй ваш дедушка, писатель Янка Мавр...

— Действительно, сейчас активно этим занимаюсь. Скоро будет 135 лет со дня его рождения. Я была составителем книги «Янка Мавр», вышедшей в 2016 году в «Беларускім кнігазборы». А предисловие к ней написала моя дочь Василина. Первую книгу воспоминаний о Янке Мавре я отдала в издательство «Мастацкая літаратура», она скоро увидит свет. Работая в архивах, нашла много неопубликованных материалов. Поэтому готовлю вторую книгу, которая будет называться «Недетский Мавр». Его все знают как детского писателя, но он работал в «ЛіМе», его публицистика печаталась в «Вожыке». В архиве я нашла неопубликованный роман «Дзяўчына-маці» о минском гетто. История о девушке, которая спасла ребенка из гетто и растила, как своего. В журнале «Полымя» к 135-летию Янки Мавра выйдет этот роман. Есть и его басни, статьи о литературе, литературной критике, детской литературе — все это войдет в книгу «Недетский Мавр».

— В издательском доме «Звязда» выходила книга воспоминаний «Долгая дорога от дома Янки Мавра к дому Якуба Коласа»...

— Это воспоминания моей мамы Натальи Ивановны. Она уже тяжело болела, когда написала эту книгу. Если о Якубе Коласе немало воспоминаний, то про Янку Мавра их почти не было. Этим и ценна мамина работа. Я, кстати, в прошлом году подала ее на конкурс non-fiction литературы, и она вошла в шестерку лучших.

— Какие у вас ближайшие планы?

— В позапрошлом году делала доклад в библиотеке Франциска Скорины в Лондоне и там отсканировала рукописи Коласа, его автографы, и вот у меня есть замысел издать альбом этих рукописей. Кстати, именно там хранится и стихотворение «Антону Луцкевичу», которое долго не печаталось. Также собираюсь издать книгу произведений младшего брата Якуба Коласа, Михаила Мицкевича.

Елена КРАВЕЦ

Фото Анны ЗАНКОВИЧ

Оставить комментарий

Выбор редакции

Общество

Партизанские рукописи — бесценные свидетельства военного времени

Партизанские рукописи — бесценные свидетельства военного времени

Партизанские журналы — на самом деле уникальные информационные сборники, значение и важность которых понимали в том числе их создатели и читатели.  

Общество

Белорусские ученые представили более 300 разработок и технологий

Белорусские ученые представили более 300 разработок и технологий

На юбилейной выставке Национальной академии наук.  

Общество

На лечение и охоту. Что привлекает иностранцев в Беларуси?

На лечение и охоту. Что привлекает иностранцев в Беларуси?

Белорусские санатории перестали быть местом отдыха преимущественно пожилых людей. 

Общество

Птицы, люди, цитаты из классиков: кто, как и зачем раскрашивает города

Птицы, люди, цитаты из классиков: кто, как и зачем раскрашивает города

Корреспондент «Звязды» встретилась с художником Александром Благием.