Вы здесь

Веселые истории наших читателей


Дед Янук и Мурчуня

В соседней с нами деревне, поблизости, живет, а точнее сказать, доживает свой век дед Янук. Дети его давно выросли и убежали в город, жена лет шесть назад умерла, после чего достаточно исправное ранее дедово хозяйство постепенно стало сокращаться и наконец сократилось до одного кота, который тоже умер от старости. «Значит, и мне пора», — решил хозяин.

Прощальное настроение его еще более обострилось, когда в этом году к весне он попал в больницу.

После нее дети хотели забрать деда в город, но тот решительно возразил: мол, дома и гроб готов (сам сделал после внезапной смерти жены), и на кладбище близко: можно заехать на знакомой подводе и бесплатно, а не на «бусе» за бешеные деньги...

Была и еще одна причина, ради которой он стремился домой и о которой, конечно же, умолчал, чтобы дети не подумали, что отец впал в детство.

Дело в том, что накануне у него появился новый коток, причем с очень извилистой судьбой. Родился он где-то в городе, и первые хозяева, видимо, любили его — приучили к лотку, — но потом по какой-то причине выгнали...

И только ли они, потому что Таня, внучка Януковой соседки Любы, подобрала котенка совсем похудевшим и грязным: принесла домой, покормила, «поселила» в красивой коробке.
А вечером пришли с работы родители и устроили грандиозный скандал: взвинченная мать угрожала даже выбросить приблуду, но Таня заплакала так, что бедолагу в выходные отец увез в деревню, где коты, конечно же, больше нужны.

Таким образом котенок снова сменил «прописку», причем не в последний раз, так как, когда сын уехал, баба Люба, зная, как скорбит Янук по старому коту, решила сделать доброе дело — принести ему нового, молодого.

Так и зажили они вдвоем — дед Янук и Мурчуня (ведь старый больно уж хорошо засыпал под муркатанне кота), который рос понемногу на привезенных детьми молоке и ливерке. Если же какая-то из колбас не понравилась, дед в автолавке покупал сухой кошачий корм, а Мурчуня за это приносил в дом пойманную мышь и с благодарностью клал ее у дедушкиных ног.

Надо сказать, что ноги эти у деда болели, и стоило старику прилечь и вытянуть их, как кот укладывался сверху, и дед через час как будто чувствовал облегчение.

Но это — когда Мур был дома, так как перед зимой он все-таки исчез. «Наверное, загулял», — подумал был дед, которого как раз тогда же «схватил аппендицит», он загремел в больницу — первый раз в жизни... Чудом выжил, без аппендикса, с новым словом «перитонит» вернулся в родной дом, сел на скамейку и тут же на колени ему вскочил кот: вцепился когтями в куртку, стал лизать небритое дедово лицо и бить головой в нос...

Радость кота была очень большая! Да и дед растрогался чуть не до слез. После этого он иногда стал угощать Мурчуню сметаной, а то и кусочком мяса, не гнал больше со стола и с кровати, от чего кот чувствовал себя настоящим хозяином— это минимум.

...В начале мая дедов сосед Юзик в автолавке взял бутылку водки, пригласил Янука отметить рождение внука.

Выпивали они вдвоем, неспешно, с маленьких рюмок — вспоминали старину. Потом Янук прицепился домой спать.

Кот, казалось, нагрел ему место?.. Но как только дед наклонился, чтобы достать из-под него одеяло, Мур грозно осклабился.

— Ты что — с ума сошел: не хочешь, чтобы я здесь лег? — удивился хозяин и снова потянулся за одеялом.

Кот грозно зашипел, бросился на деда и даже поцарапал ему руку.

— Вот черт, — подумал Янук, — пьяных даже кот не любит.

Пришлось постелить себе на диване в зале.

Наутро дед встал, напился холодной воды, налил коту молока (того почему-то не было, хотя до сих пор каждое утро терся о ноги), поставил на плиту чайник, отрезал ливерки... Даже позвал...

Мурчуня не шел.

Пришлось самому ковылять в спальню.

На его кровати, у стены, «кот»... кормил четверых котят.

А. Полоз, Вилейский район


Такое Кино

Картинка это где-то с восьмидесятых годов прошлого века, с тех самых пор, когда шефы активно помогали деревне.

Значит, группа женщин из нашего райцентра, нарядившись в куртки-плащи-резиновые сапоги и взяв с собой ножи, а то и специальные сечки (небольшие такие топорики, чтобы отсекать ботву), на заказном автобусе выехала в колхоз на уборку свеклы. Работа это, конечно же, не из приятных, а тут еще и погода... Нет, дождь не лил, он даже не шел, он — моросил и тем самым с утра мочил землю, ту свеклу и — соответственно — женские руки , сапоги, одежду...

Но вот наконец рабочий день закончен: усталые, замерзшие женщины едут в город, домой — спят и видят, как сейчас сбросят с себя все мокрое- грязное, как оденутся в чистое, домашнее, как будут отогреваться, но...

Правду говорят, не все то сбывается, на что человек надеется: заказной автобус с женщинами, проехав несколько верст, остановился. «Авария впереди», — сказал водитель, да и сами пассажирки видели, что дорогу им перекрыл огромный автомобиль MАN с иностранными номерами. Водитель, как выглядело, хотел миновать очередное место ремонта и что-то там не рассчитал, так задние колеса фуры занесло в кювет.

Выбраться оттуда «своими силами» у иностранца не удалось.

Не удавалось это и трактористу, который взял машину на буксир: трос его аж трещал от натуги, передние колеса «Белоруса», можно сказать, отрывались от земли, но фура оставалась, где была.

— Мы здесь до вечера будем стоять, — признала одна из женщин.

— Надо помочь, — предложила другая.

— Чем? — простонал автобус.

— Да хвороста нарубить, под колеса набросать. Мы с мужем всегда так делаем, когда «сядем» на своем «жигули»... Айда, девушки!

Дважды их призывать, слава богу, не пришлось: взяв свои секачи-ножи, они смело вышли из автобуса — двинулись в сторону водителя.

Иностранец, увидев с десяток перепачканных и «вооруженных» ножами женщин, побледнел от страха (посчитал, наверное, что фуру идут грабить... А может, и его прикончат)...

— Нет! Пожалуйста, нет! Только не это! — стал просить он по-английски.

К счастью, среди «уборщиц» свеклы нашлась одна, которая хорошо знала этот язык. Она и объяснила водителю (тот из Голландии был), что — конкретно — они собираются делать... А потом — еще и показала: то есть, вместе с подругами стала срубать и подносить жерди, хворост, который тракторист подкладывал под колеса фуры.

Предлагали женщины и, что называется, плечи подставить — подтолкнуть ту фуру, но водитель снова залепетал свое «Nо! Nо!.. Сinеmа... Сinеmа».

— И действительно — кино, хотя и без немцев, — расхохотались женщины. — поперлись, видишь, на бедного парня — группой, с ножами...

— Так мы же хотели как лучше.

— Да, хотели... А человек — чуть от страха не умер.

...С третьей или четвертой попытки тот иностранный автомобиль взобрался на дорогу. Водитель повел его в одну сторону, женщины в автобусе поехали в другую. Ни усталости, ни плохого настроения в «экипажах» как не бывало.

Александр Матошко, д. Янковичи, Россонский район


Гостинец для внука

...Баба Тома с утра возилась в огороде, когда туда пришел ее внучек Санек. Жил он совсем недалеко, у своей деревенской бабушки, а к вот этой, городской (дом ей от свекрови достался), приходил разве что погостить.

— Ну вот и у тебя сорняков наросло, — с грустью заметил тогда, — ты тоже прополкой занята. А я хотел в шашки сыграть...

«Значит, не с кем ребенку, раз ко мне пришел», — пожалела мальчика бабушка, разгибая спину. И уже вслух добавила:

— Ну так пойдем, сыграем, я как раз отдохнуть собиралась...

И в это время, по правде говоря, что-то собрать бы себе на обед, быстренько съесть и снова в гряды, но...

Что ты будешь делать: села с Сашкой играть в шашки, «разговоры разговаривать».

— Ты любишь сосиски? — спросил у бабушки внук и, не дожидаясь ответа, добавил: — А я-то очень... Ел бы и ел их! Хотя каждую минуту.

— Я отварю тебе, — вызвалась бабушка.

— А зачем? — удивился мальчик. — Мне и так вкусно будет.

Хозяйка метнулась к холодильнику, принесла сосиску: для начала — одну (мальчик съел), потом еще одну, но, переставляя шашки, тему не сменил: по-прежнему говорил о сосисках. Баба Тома принесло ему еще две, а затем сосредоточилась на игре: вид сделала, что разговоров не слышит.

Нет, скрягой она не была. Но на этот раз приехала в деревню на четыре дня и, чтобы не тратить время на готовку обедов, взяла с собой тех самых сосисок. Рассчитывала, что сегодня, в первый день, две штуки отварить с картофелем, во второй — поджарить с яйцами, на третий — сварить супчик ...

Половины сосисок уже не было, магазина в деревне тоже...

С час проиграв с внуком в шашки, баба Тома поднялась с дивана, привстал и Санька, при этом из кармана у него на пол выпала сосиска.

— Это я с собой, — признался мальчик и стал рассказывать, как они с другом любят пикники: набирают хлеба, вареных яиц, сосисок и потом едят — на природе, по-взрослому...

«А ведь и правда, подрос мой внук, — признала бабушка, — а я все конфеты, все сладости ему... Как маленькому... Следующий раз нужно много сосисок купить. И внук будет рад, и мне поститься не придется.

Татьяна Чекед, г. Гомель

Рубрику ведет Валентина ДОВНАР

Оставить комментарий

Выбор редакции

Общество

Упростит ли «Электронная школа» жизнь педагогам?

Упростит ли «Электронная школа» жизнь педагогам?

И как это отразится на качестве знаний?  

Калейдоскоп

Чем удивила Белорусская неделя моды

Чем удивила Белорусская неделя моды

Познакомиться с новинками от белорусских дизайнеров можно было на неделе моды, которая проходила в Минске с 7 до 11 ноября.

Общество

Как социальная реклама меняет отношение к бездомным животным

Как социальная реклама меняет отношение к бездомным животным

«Не бросай меня на даче», «Я тоже хочу встретить Новый год дома» — такие трогательные слова видели жители Москвы на билбордах с социальной рекламой о бездомных животных. 

Культура

«Лістапад» назвал победителей — все возвращается на круги своя

«Лістапад» назвал победителей — все возвращается на круги своя

Наряду с сладостным упоением кино на «Лістападзе» всегда идет интрига — что и кого международные составы жюри назовут лучшими и с какими формулировками.