Вы здесь

Как мог выглядеть Минск? Знает белорусский архив


Как застраивались Минск или Жодино, как пусто было в Мирском замке, каким был план латвийского города Люцин в 1748 году, фотографии Бориса Кита с Василем Быковым, Петра Машерова с архитекторами, Александра Рубанова с Владимиром Коваленком, физиков и лириков — почти двести тысяч единиц хранения находится в фондах Белорусского государственного архива научно-технической документации. В мае архив, который отражает в том числе общественный, идеологический и культурный контексты, отметил свое пятидесятилетие. А на днях открылся восстановленный стадион «Динамо», реконструкция которого не состоялась бы без проектной информации, что составляет основу фондов БДАНТД и является главным пособием по истории архитектуры Беларуси. Мы встретились с заведующим отделом информации и использования документов архива Святославом Кулинком и расспросили, что еще ценного содержат фонды.


Белорусские архитекторы во главе с Владимиром Королем представляют генеральный план восстановления и развития Минска.

— Определение «архив научно-технической документации» звучит немного протокольно, так и не скажешь, что он, как у вас написано, «отражает развитие науки, архитектуры и культуры». Объясните, какое отношение ваш архив имеет к таким глобальным понятиям?

— Создание архива в 1968 году было очень своевременным, потому что позволило поставить на учет, сохранить и в итоге использовать огромный корпус очень специфической, именно научно-технической документации. Это проектная документация, отражающая градостроительство, озеленение, проекты наиболее значимых зданий не только Минска, но и всей страны. Дом правительства, Театр оперы и балета, Академия наук, Национальная библиотека, как старая так и новая, памятники архитектуры вроде Мирского и Несвижского замков, культовое зодчество, представленное костелами и церквями, — документы на все эти объекты хранятся у нас и составляют, наверное, наиболее важную часть национального архивного фонда, связанного с архитектурой. Помимо этого, наш архив включает в себя научно-исследовательские разработки, патентную и конструкторскую документацию, предоставленную белорусскими брендами вроде МАЗа, БелАЗа, МТЗ. Здесь можно найти эскизы и чертежи наших первых автомобилей.

— Насколько я знаю, не последнее место в архиве занимают документы личного происхождения.

— Это уникальная часть архивного фонда республики вообще — личные документы народных архитекторов СССР Георгия Заборского, Владимира Короля, Иосифа Лангбарда и других. Они интересны в том числе большим пластом нереализованных проектов, участвовавших в архитектурных конкурсах, но по каким-то причинам не прошедших отбор. На них интересно увидеть, каким бы мог быть Минск.

— Эти личные фонды — что они из себя вообще представляют?

— Сюда могут входить свидетельства о рождении, дипломы, грамоты, награды, различные автобиографические справки. Если речь об архитекторах, — эскизные проекты, воспоминания о работе, дневники, переписка, фотографии, которые помимо работы отражают семейную жизнь, путешествия, посещение каких-то форумов и мероприятий. В фонде Сергея Филимонова хранятся изображения, которые архитектор делал во время путешествия в Киев и Львов в 1950-х годах. Это очень интересует наших коллег из Украины, потому что на рисунках отражены определенные архитектурные формы. Ценной для нас является фотография Бориса Кита с Василем Быковым. Если коснуться сферы науки, в фонде известного физика Александра Рубанова, который стоял у истоков мировой голографии, есть фотография с космонавтом Владимиром Коваленком. Есть общая фотография Петра Машерова с белорусскими архитекторами, которые с поля боя во время Великой Отечественной войны были вызваны в Центральный штаб партизанского движения в Москву. Или фото, на котором самые известные белорусские архитекторы в 1946 году докладывают о генеральном плане восстановления и развития Минска Пантелеймону Пономаренко, решение которого позволило городу в принципе быть.

— Понятно, что архив — это не вещь в себе. Для чего в основном используются документы из ваших фондов?

— Очевидно, хранение ради самого хранения бессмысленно, документы должны жить, а живут они только тогда, когда кем-то используются либо публикуются. Во-первых, специфика нашего фонда в его прикладном характере. Сегодня ни одно исследование, реконструкция или ремонт наиболее важных объектов не происходит без обращения в наш архив.

Вариант застройки центральной части Минска.

— Реставрация, например, Мирского замка также базировалась на ваших документах?

— Да, сотрудники замкового комплекса приехали к нам и отобрали очень много документации, здесь были и интересные фотографии, где замок в состоянии запустения... Только что завершенное восстановление стадиона «Динамо» тоже произошло благодаря сохраненным в нашем архиве документам. Мы и сами работаем над выходом наших фондов в свет, проводим выставки, участвуем в конференциях: например, к 950-летию Минска мы показали тот самый генеральный план восстановления и развития города 1946 года. После войны Минск был разрушен настолько, что стоял вопрос, отстраивать его или создавать рядом новый город. Во многом этот генеральный план определил, что, во-первых, Минску — быть, а во-вторых, каким ему быть. Столица, какой мы видим ее сегодня, — красивая, просторная, зеленая, — во многом была заложена в генеральном плане. Помимо того, что принадлежит истории Беларуси, в нашем архиве хранится много документов по истории науки, архитектуры и техники более чем двадцати стран, в том числе таких экзотических, как Монголия.

— Как они попали в ваши фонды?

— В советское время здесь существовало много научно-исследовательских и проектных институтов, которые работали не только на территории Беларуси, но и по всему Советскому Союзу, а также в дружественных Советскому Союзу странах. В результате осталось много документов, наибольшее количество относится, конечно, к России и Украине. Значительная часть осталась в личных фондах, потому что наши архитекторы участвовали во всесоюзных конкурсах, проводившихся для проектов сооружений в других государствах. Например, в фонде Иосифа Лангбарда хранится большой объем его конкурсных проектов Санкт-Петербургских построек. Он же участвовал в конкурсе на создание памятника Христофору Колумбу в Доминиканской Республике. Здесь можно найти и документы по перспективе центральной застройки Киева 1930-1940-х годов: часть из проектов была одобрена, то есть видение архитектора Лангбарда нашло реальное отражение на улицах украинской столицы.

— Вы говорили, что вместе с генеральным планом восстановления и развития Минска существовали проекты, представляющие другие варианты облика города.

— Генеральный план был единственным, для помощи белорусским коллегам тогда приехала большая группа известнейших советских архитекторов — Алексей Щусев, Николай Колли, Владимир Семенов. Но существовало много вариантов застройки Центральной площади и Советской улицы. У нас хранится около двадцати конкурсных проектов разных авторов, и эскизы показывают, как все это могло бы выглядеть.

— Ваш архив включает в себя документы с 1748 года...

— Самые ранние документы — план города Люцина на сегодняшней территории Латвии, план города Велижа и план Динабургского форштадта. Эти документы касаются небелорусских территорий, но они единичные, уникальные. Из интересного еще планы губернского города Минска начала ХХ века, это если говорить уже о периоде Российской Империи. Здесь особый интерес представляют названия улиц города. К сожалению, основная масса документов относится к послевоенному времени, но все еще наиболее интересные из них хранятся в личных фондах, например, в фонде Бориса Кита — здесь и его молодость в Беларуси, и период эмиграции.

— А за счет чего архив сегодня пополняется?

— Есть список организаций, которые являются источником комплектования, — это проектные и научно-исследовательские институты, конструкторские организации, промышленные предприятия. Каждый год они сдают нам определенное количество документации. Отдельную группу составляет управленческая документация, отражающая процесс жизнедеятельности организации.

— У вас указано, что 2835 документов из вашего архива — особо ценные. Что это за документы?

— Они разбросаны по разным фондам, в том числе по личным, — это переписка, фотографии и наиболее ценные проекты, например Главпочтамта или дворца Румянцевых и Паскевичей в Гомеле. Лет пять назад, что интересно, мы получили на хранение проект здания Национальной библиотеки, хотя обычно такие вещи передаются через двадцать пять лет с момента постройки. Вообще статус документов, насколько они могут считаться особо ценными, определяет специальная экспертно-методическая комиссия.

Эскизы 1970-х годов комплекса жилых домов и торгового центра на улице Немига.

— Получается, ни одно серьезное исследование по архитектуре страны не может обойтись без вашего архива. Насколько часто им пользуются с исследовательскими целями?

— Постоянно, причем идет тенденция на увеличение. Последние пять-шесть лет очень активно стали работать пользователи из-за рубежа. На Западе сейчас модно изучать все, что касается Советского Союза, в том числе архитектуру. К нам приезжает много исследователей из Франции, Германии, Великобритании, Чехии. Один, помню, занимался изучением домов правительства в различных постсоветских республиках. Кто-то интересовался типовым строительством и его особенностями.

— Как известно, архивы не всегда хранятся достаточно старательно, а некоторые уничтожаются целенаправленно. Вы можете объяснить, почему архив научно-технической документации чрезвычайно важно сохранить и передать будущему?

— Я объясню на примере. В Минске большое количество типовых построек, некоторые из них находятся в аварийном состоянии. К нам приезжают различные организации с целью исследования и реставрации, а если что-то не находят у нас (наш архив в меньшей степени направлен на типовую архитектуру), прибегают к организации-разработчику, где документы оказываются уничтоженными. Получается, в городе, например, сорок типовых построек в аварийном состоянии, а документов нет. С прикладной точки зрения значение наших документов очень большое, но это не все — помимо прочего мы также сохраняем историческую память, а это очень большое наследие.

Беседовала Ирена КОТЕЛОВИЧ

Выбор редакции

Спорт

Сегодня стартует один из старейших турниров Европы

Сегодня стартует один из старейших турниров Европы

111-й чемпионат Европы по фигурному катанию начинается на «Минск-Арене» женскими выступлениями одиночек.

Общество

Какой некачественный товар можно встретить в магазинах?

Какой некачественный товар можно встретить в магазинах?

 Вот вы, например, знаете, какие светодиодные лампочки не соответствуют техническим регламентам по безопасности? 

Общество

Система оплаты труда бюджетников станет проще

Система оплаты труда бюджетников станет проще

Это предусмотрено Указом Президента от 18 января 2019 года № 27 «Об оплате труда работников бюджетных организаций».

Общество

В Чаусах создана система по поддержке людей и человеческих связей

В Чаусах создана система по поддержке людей и человеческих связей

Забота о людях преклонного возраста приобретает в нашем обществе особое значение.