22 сентября, суббота

Вы здесь

Белорусские ученые об особенностях и сложности выращивания льна


Уникальным и известным на весь мир белорусский лен делают отечественные ученые. Именно благодаря их усилиям наши сорта льна-долгунца превосходят по урожайности все зарубежные аналоги и обеспечивают ее на уровне более 18 ц/га условного льноволокна. Иностранные сорта очень часто попросту не могут адаптироваться к переменчивым условиям белорусской погоды, что негативно влияет на качество тресты. При этом белорусские хозяйства парадоксально продолжают активно закупать и выращивать иностранные сорта. Почему так происходит, корреспондент газеты «Звязда» узнал у директора Института льна Ивана ГОЛУБА. В разговоре всплыли и болевые точки отрасли.


Устойчивые сорта

Благодаря Институту льна, который находится в местечке Устье в Оршанском районе, Витебская область, белорусские сорта продолжают развиваться и показывать впечатляющие результаты. Сегодня достижения в селекции делают нашу страну одним из крупнейших производителей льняной тресты. По словам Ивана Голуба, с открытием института средняя урожайность льна в Беларуси увеличилось в 2,5 раза, до 10 ц/га.

Институт является самой крупной организацией, занимающейся льном не только в научном, но и в производственном плане. В его распоряжении находится более 300 га площадей, на которых выращивается лен-долгунец. Кроме того, здесь занимаются выведением новых сортов, семеноводством. Сегодня в институте выращивают семь новых сортов: «Ласка», «Грант», «Лада», «Веста», «Рубин», «Дукат», «Мечта», «Маяк» – ранние, средние и поздние – для нужд каждой области.

На площадях организации в прошлом году удалось получить более 1,65 тысячи тонн тресты (54 ц/га). Такая урожайность отечественных сортов интересует российских производителей льна, которые готовы закупать его в большом количестве.

«Нам непонятна ситуация, когда белорусские хозяйства закупают иностранные сорта, если они не показывают наилучший результат. Кроме того, наши сорта дешевле. Так, цена первой репродукции семян французской селекции – 3 евро за килограмм. Наша семена в три раза дешевле. Засеять гектар французским льном обойдется в 375 евро, нашим — около 120 евро », – Иван Голуб не скрывает своего удивления. Тем более о лучшем качестве иностранного льна говорить не приходится: по словам ученого, еще ни один зарубежный сорт не смог превзойти полностью наши отечественные, где бы они ни испытывались.

«Например, в 2010 году в испытаниях на Дубровенском льнозаводе, на Витебщине, мы превзошли французскую технологию и их сорт. Буквально два года назад мы проводили подобные испытания на Пружанском льнозаводе, в Брестской области. Там наш лен сорта «Грант» ни в чем не уступил зарубежным аналогам, а по урожайности даже превзошел их», – рассказал Иван Голуб.

Белорусские сорта более адаптированы к местным условиям и лучше выдерживают любые местные климатические изменения. При этом в институте их постоянно совершенствуют, чтобы семена были устойчивы к вредителям и неблагоприятному климату, и развивают новые.

«При надлежащей агротехнике наши сорта способны даже в не самых лучших климатических условиях обеспечивать не менее 5 тонн тресты с гектара. Если бы по стране такую урожайность имели все хозяйства, то у нас не было бы никаких проблем с обеспечением льноволокна», – добавил ученый.

Волокно и экспорт

Сегодня мощности белорусских льнозаводов позволяют перерабатывать около 180 тысяч тонн тресты. Однако ведущий научный сотрудник Института льна Валерий Кожановский отмечает, что, к сожалению, такой объем сырья не поставляется. Нужное количество льна просто не сеют: засевается только 47 тысяч гектаров, а надо — 56 тысяч га...

«Получается, что даже в самые лучшие годы в стране собирают 140, максимум – 150 тысяч тонн тресты. При этом на выходе очень мало длинного волокна. Проблема в том, что лен убирают не вовремя и изначально высаживают не на тех почвах, на которых нужно», – добавляет ученый.

Льняное волокно считается длинным, когда длина стебля составляет не менее 85 см. Из такого волокна получается качественная льняная ткань, которая ценится в мире и отправляется на экспорт.

«В стране вырабатывается около 40 тысяч тонн волокна. Более половины идет на экспорт. Однако поставлять у нас получается преимущественно короткое волокно. Основным потребителем является Китай, который сегодня закупает столько, сколько мы предлагаем. У них населения постоянно растет, увеличивается спрос на зерновые культуры и приходится сокращать посевные площади под лен», – рассказывает Иван Голуб.

Конечно, ткань из белорусского льна – наш своеобразный бренд, она будет востребована как экспортный товар не только в Китае. При условии, что будем работать над улучшением качества волокна, говорит ученый.

Теряем при уборке

Один из факторов, который влияет на качество волокна, наличие в парке современных машин.

«Того, что у нас в распоряжении, нам почти хватает. Однако хочется более современную технику. Сегодня подготовка семян идет старыми машинами 70-х годов. Мы даже шутим, что 27 лет уже нет ГДР, а мы все работаем на машинах, которые оттуда привезли. Также, нам сегодня необходима самоходная льнотеребилка. А пока справляемся с тем что есть», – говорит директор института.

На качество волокна влияет и то, когда убирают лен. Ученый отметил, что в стране далеко не все хозяйства придерживаются оптимальных сроков уборки.

«Как правило, в наших условиях лен надо заготавливать до 15 сентября. Однако даже в прошлом году некоторые предприятия убирали его только в ноябре. А это очень негативно влияет на волокно», – отметил Иван Голуб.

 

По его словам, примерно 50% заготовленной тресты в прошлом году убиралось после 14 сентября. «Чтобы вовремя собирать тресту, должно быть достаточное количество исправной техники. Также нужны сегодня и подготовленные кадры, квалифицированные механизаторы, которых не хватает. Сегодня мы многое теряем при уборке», – добавил глава института.

В Институте льна провели расчеты, согласно которым, чтобы выращивать 180 тысяч тонн тресты и получать 55 тысяч тонн волокна, нужно довести посевные площади до 56 тысяч га. На 1000 посевных площадей нужны три исправные самоходные теребилки, около шести прицепных льнокомбайнов. Заводы тогда стабильно закроют свои потребности, и отпадет необходимость в импорте.

Денежный вопрос

Одна из важных проблем, которая затормаживает полноценное развитие льноводства, – неплатежи со стороны льнозаводов. Некоторые из них не платят производителям тресты около пяти лет.

«Сегодня приходится ждать денежных расчетов годами. А это ухудшает положение дел в отрасли. Когда мы начинали, в 2001 году было 1250 хозяйств, которые сеяли лен. Сегодня их чуть более 50. Многие из них более 100 га льна сегодня уже не сеют. Из-за проблем со взаимными расчетами хозяйств, занимающихся льном, может еще уменьшат», – рассказал ученый.

Иван Голуб при этом отметил, что проблем по расчетам в селекционной части нет. Государство своевременно выплачивает деньги за создание научных проектов. Внедрение научных разработок остается приоритетным направлением работы.

«Четыре года назад мы создали сорт «Грант», и сегодня в стране он занимает более 10 тысяч га. Нам дается два года на создание сорта. У нас есть многолетние наработки, и мы укладываемся в этот срок», – пояснил глава института.

По мнению ученых, льноводство в стране будет продолжать развиваться на высоком уровне. Будут создаваться новые сорта, внедряться новые технологии. Однако в сфере по-прежнему остаются болевые точки, из-за которых теряются качество и урожайность льнопродукции. И эти точки нужно исцелять, чтобы труд и усилия не прошли даром.

Илья КРЫЖЕВИЧ

Фото Павла КОЛОБНЕВА

Название в газете: Чыя радасць ты, лянок?

Оставить комментарий

Выбор редакции

В мире

Как спастись от тайфуна?

Как спастись от тайфуна?

Более 60 человек погибли на Филиппинах из-за тайфуна «Мангхут», еще почти 50 пропали без вести.

Общество

Кому и чем поможет ТЦСОН

Кому и чем поможет ТЦСОН

От помощи на дому пожилым и до создания кризисных комнат для жертв домашнего насилия.

Общество

В Беларуси предлагается создать 15-18 областей

В Беларуси предлагается создать 15-18 областей

И повышать эффективность работы местных органов власти.