Вы здесь

Представители разных поколений о традициях празднования Нового года


Новый год — праздник, который у всех без исключения вызывает ностальгию. Представители разных поколений рассказали, какие традиции празднования Нового года запомнились им с детства.


Наталья Казанкова в образе Ольги Лариной.

50-е: бал-маскарад, фокстрот, винегрет

Лунинчанка Наталья Казанкова держит в руках томик с чеховским рассказами. На обложке указан год издания — 1954, а на форзаце каллиграфический запись, сделанная рукой директора: «Первая премия за лучший костюм на новогоднем вечере 1955 г. Волынец Н., уч. 7 «Б» класса».

— Дебютный «выход в свет» я ждала не меньше, чем Наташа Ростова из «Войны и мира». Школьный бал-маскарад был главным городским событием на Новый год. Участие в нем могли принимать только старшеклассники, — вспоминает Наталья Ивановна.

И все же первые новогодние воспоминания женщины связанные с послевоенным временем.

— Мать говорила нам с братом: «Будете хорошо себя вести — Дед Мороз принесет елку». Праздничной ночью, когда мы засыпали, родители тихонько вносили в дом дерево и украшали его. Мама-рукодельница с энтузиазмом мастерила игрушки своими руками. Из старых польских журналов вырезала красивые личики, а из ткани и ваты делала «тельца» балерин, принцесс и сказочных героев. На колючие ветки вешали также маленькие яблочки, конфеты, печенье, посыпанное сахаром, самодельные гирлянды — орехи, завернутые в фольгу. Венчала это все неповторимая блестящая звезда, которую придумал и сконструировал мой дядя — учитель черчения. Утром мы, босые, вбегали в комнату и не могли наглядеться на зеленую красавицу! В воздухе витало непередаваемое ощущение счастья с ароматом сосны. Правда, однажды родительский сюрприз не удался. Будучи школьницей, я дождалась заветной ночи и встретила маму с папой на пороге, когда они тащили в дом дерево: «Ага! Вот какой Дед Мороз нам елку приносит!» Мама тогда, кажется, расстроилась больше меня.

Предпраздничными декабрьскими вечерами в компании подруг Натальи Ивановны была традиция: собираться у каждой по очереди на сладкий стол. Родители готовили сладости, а девушки устраивали домашние концерты.

— А новогоднюю ночь мы проводили... в школе! Начиналось все в девять вечера и продолжалось до часа-двух. Никаких закусок или шампанского не было и в помине, — рассказывает лунинчанка. — Зато танцы были обязательно парами — танго, вальс, фокстрот... Не умеешь? Будешь стоять весь вечер у стенки. А каждый из нас хотел почувствовать себя сказочным героем в эту ночь. Конечно, водили и хороводы, играли в ручеек. В течение вечера работала праздничная почта.

В двенадцать часов музыка стихала и зал замирал. С волнением мы слушали по радио бой курантов и обращение-поздравление ко всему советскому народу. После слово брала директор школы. Она всегда говорила что-то проникновенное, много чего желала и искренне благодарила. Я и сейчас с особой теплотой вспоминаю эти слова. После официальной части начиналось костюмированное шествие вокруг елки. Строгое жюри оценивало не только костюм, но и его подачу.

Мама Натальи Ивановны имела очень тонкий вкус и золотые руки.

— Я кружилась вокруг праздничной елки в образах Красной Шапочки, Царевны-лягушки, Золушки, Ольги Лариной. Одни только маски из кружев до костюмов были настоящими произведениями искусства!

После бала все приходили домой уставшие и сразу же ложились спать. Семейным праздником в Лунинце в 50-х оставалось Рождество. В церковь не ходили, но собирались на ужин 6 января после восхода первой звезды. «12 блюд, среди которых кутья, мой любимый винегрет, картофельные котлеты под невероятным соусом из сушеных грибов»,— оживляет в памяти вкусные воспоминания женщина.

— Сейчас многие лунинчане не представляют себе Новый год без елки на площади Ленина в центре города. Но до середины 50-х на этом месте был базар. Елку ставили на перекрестке улиц 17 сентября и Красной. Дом моей подруги Аллы был как раз напротив. Она обычно дышала на заиндевевшее окно, чтобы стекло оттаяло и можно было любоваться блестящим великолепием в темноте.

70-е: открытки, снежные забавы, «доёдывание»

Минчанка Екатерина Верова провела свое детство в районе Немиги.

— Зимы тогда были по-настоящему снежные и морозные. Белый, искрящийся Минск так и заманивал выйти на улицу. Вместе с отцом мы катались с горок напротив Троицкого предместья, катались в сугробах возле Дворца спорта. Никаких ярмарок с шашлыками и концертов самодеятельности там не было. Мы наслаждались простыми вещами, — делится женщина. — Под елку мама клала «кулек» — хрустящий целлофановый пакет, забитый конфетами. Родители на работе тоже получали сладкие презенты от профкома. Правда, они на две трети состояли из леденцов. Мать же подходила к отбору со вкусом и размахом: еще с октября начинала ходить по магазинам в поисках шоколадного дефицита — суфле, грильяжа, «Мишек на Севере». Самое смешное, что каждый из детей в семье стремился скорее съесть свои конфетные запасы. Иначе пришлось бы делиться ими с остальными.

Второй обязательный пункт предпраздничной программы — отправление открыток родственникам по всему СССР.

— В мамином списке было не менее полусотни человек: братья, сестры, племянники. Для каждой семьи придумывался оригинальный текст поздравления. Открытки, кстати, тоже закупались еще с осени. В ответ, конечно, новогодние вести приходили пачками. Жаль, но бумажное наследие не сохранилось: что-то потеряли при переездах, что-то пошло на детские аппликации в школу.

Родители Екатерины Ивановны были из военного поколения, помнили о страшном голоде. Когда появилась возможность накрывать богатые столы, они пользовались ей по полной.

— Еды всегда готовили настолько много, что доедать приходилось еще долго. У нас даже понятие такое — «доёдывание». Причем делали это всей большой семьей: 1-го собирались на ужине у одной маминой сестры, 2-го — у другой, 3-го шли к отцовской родне.

Телевизор в семье Екатерины Ивановны появился еще в 60-х. Дети и взрослые с удовольствием смотрели «Голубой огонек». По мнению женщины, смысла и душевности в них было куда больше, чем сейчас. Ощущение, что Новый год — веха: «Пока на экране подводились итоги, оценивались успехи, строились планы для всей страны, мы делали то же самое, только в семейной перспективе».

— Самый веселый и бесшабашный Новый год в моей биографии случился на втором курсе университета зимой 1978. Почти всей группой мы собрались на четырехкомнатной квартиры в самом центре города. Чтобы праздник не превратился в обычную «объедаловку-выпиваловку», решили устроить юмористическое костюмированное представление. Заранее был прописан сценарий. Мне выпала самая почетная роль — Деда Мороза. Конечно, особого костюма в то время было не достать. В ход пошло мое новенькое, на заказ сшитое пальто — у него была шикарная ярко-красная подложка из шелка. Бороду делали из настоящей ваты, что продавалась в аптеке. Идея с переодеванием девушки в мужчину и наоборот была очень оригинальной. Поэтому и Снегурочкой стал главный в компании балагур-юморист.

90-е: деревня, трансформеры, мандарины

— Вопреки стереотипам мы в то время не голодали. Новогодние столы были накрыты вкусно и сытно. Дед Мороз всегда приносил подарки. С другой стороны, прекрасно помню, как я с родителями ходил перед Новым годом «за получкой». Дело в том, что в огромных очередях вперед пропускали людей с детьми. Но все равно приходилось стоять по 1,5—2 часа в ожидании, — вспоминает гомельчанин Владимир Савочкин.

Была в семье парня традиция — 31 декабря их с сестрой везли в гости к бабушке в деревню. Родители придумали легенду: будто если кто-то в доме есть, то Дед Мороз стесняется приходить. Поэтому, уезжая, обязательно оставляли открытой форточку — «должен же был Дед Мороз как-то в квартиру попасть».

— Идея отличная. Вместо того чтобы скучать в городской квартире, мы целый день проводили на свежем воздухе. В дом было не загнать: катались на санках, играли с деревенскими в снежки и лепили снежных баб. В это время мама с бабушкой могли спокойно готовить праздничный ужин. Правда, заботы добавлялось, когда мы возвращались домой — промокшие до нитки, с раскрасневшимися лицами, — рассказывает Владимир. — За стол садились часов в восемь-девять. Под просмотр советских фильмов сестра ела свой любимую салат с крабовыми палочками и кукурузой, а я — оливье. Картофель, жареная курица, клубничный компот. Кроме того, наше застолье никогда не обходилось без печеночного тортика. И хотя мандарины дефицитом не были, для меня они и по сей день остаются исключительно новогодним фруктом. Ем их только в ночь с 31-го на 1-е.

Парень вспоминает, как каждый год они с сестрой хотели дождаться таинственных двенадцати часов ночи, но засыпали еще до одиннадцати. Утром ехали в Гомель. Там ждало продолжение застолья и сюрпризы под елкой.

— Первым подарком, который мне запомнился, был игрушечный трактор. Ничего удивительного, учитывая, что родители работали на заводах, выпускавших сельхозтехнику. В школьном возрасте самыми желанными новогодними подарками стали машинки-трансформеры и пластиковые пистолеты...

Сегодня почти любой праздник — от юбилея и крестин до корпоратива и свадьбы — сопровождается фейерверками. Для детей 90-х огоньки в небе были редкостью. Услышав залпы, малые прилипали к окнам или выбегали на улицу, чтобы хоть на мгновение увидеть чудо пиротехники.

Единственный момент, когда Владимир почувствовал на себе «трудности» эпохи, — утренник в детском саду. Тогда парня одели в костюм снежинки, доставшийся в наследство от сестры. Но никакой неловкости не было. Кто сказал, что снежинками могут быть только девочки?

Анна КУРАК

Минск — Гомель — Лунинец — Минск

Выбор редакции

Общество

Память сердца. День вывода контингента советских войск из Афганистана

Память сердца. День вывода контингента советских войск из Афганистана

На мемориальном «Острове слез» пройдет традиционный митинг-реквием и встреча однополчан-афганцев

Как женщине оставаться женщиной? Знает Елена Делендик

Как женщине оставаться женщиной? Знает Елена Делендик

Елена Делендик — создательница «Школы очарования».

Общество

Игорь Задорожный: Мечтали, что у нас будет двое детей

Игорь Задорожный: Мечтали, что у нас будет двое детей

А теперь трое сыновей спрашивают, когда у них появится сестренка.