Вы здесь

Степан Некрашевич. Руплівец мовы


Он организовал в Одессе тридцать белорусских школ, стал автором первого "Букваря" Советской Беларуси, инициатором создания и первым руководителем Инбелкульта​

Учитель, солдат на передовой Первой мировой, одержимый национальной идеей эсер — идейный противник большевиков, сотрудник Наркомата просвещения Советской Беларуси, инициатор и первый руководитель Института белорусской культуры, вице-президент Национальной академии наук, директор Института языкознания, ссыльный, лишенный всех званий и регалий, осужденный и расстрелянный "враг народа", реабилитированный и восстановленный в должности академика... Его биография так похожа на биографии других героев нашей рубрики. А вот это — именно о нем, Степане Некрашевиче: талантливый филолог, во многом благодаря которому белорусский язык с устного "мужицкого" превратился в язык народа отдельной республики — с правилами, словарями, терминологией...


Учитель идет на войну

Степан Михайлович Некрашевич родился в апреле 1883 года в деревне Даниловка тогдашнего Бобруйского уезда (ныне Светлогорский район Гомельской области). В своей автобиографии он писал, что происходит из крестьян, но современные ученые "раскопали" его шляхетские корни. Доктор исторических наук Эммануил Иоффе в своей статье "Первый председатель Инбелкульта" приводит даже документы, свидетельствующие о принадлежности к дворянству родного дяди Некрашевича Григория Федоровича. Соответственно, отец нашего героя, Михаил Федорович, вряд ли мог писаться крестьянином. Впрочем, разницы в том большой нет: шальные события первых десятилетий ХХ века перемешали и перемесили судьбы сотен тысяч людей независимо от их социальной принадлежности.

Так было и с Некрашевичем. Получил прочное учительское образование — сначала учился дома у "директора", потом в учительской семинарии в Паневежисе, в Виленском учительском институте. Работал по специальности — учил детей. Так было бы, наверное, и дальше, но война, которая началась, внесла свои коррективы: сельского учителя мобилизовали и направили служить на Румынский фронт.

Революция — сначала Февральская, застала его там, в окопах. Солдаты избрали образованного сослуживца в армейский комитет 6-й армии. А с сентября 1917 года Некрашевич, как сам отмечал в автобиографии, был "чиновником военного времени", но, добавим, — с национальным уклоном: уже тогда организовал белорусскую военную конференцию в Одессе.

После Октября 1917 года под руководством Некрашевича (который на то время был членом Белорусской Социалистической Громады) образовался и действовал "Белорусский национальный комиссариат в Одессе". Логика была понятна: в южном городе находилось много белорусских беженцев и солдат... В октябре 1918 года "Дзянніца" сообщала, что благодаря усилиям Некрашевича в Одессе в начале учебного года открыто "30 начальных белорусских школ и белорусская смешанная гимназия в составе первых четырех классов".

В Одессе он учился в Высшем международном институте, заведовал белорусской секцией при губернском отделе народного образования. Сказать, что был лоялен к большевикам в то время, нельзя, скорее наоборот. После распада БСГ в 1918 присоединился к Белорусской партии эсеров, стал одним из ее руководителей. Эммануил Иоффе приводит еще один интересный неоднозначный факт из тогдашнего периода жизни Некрашевича: "13 января 1919 года Председатель расположенного в Одессе "Белорусского национального центра" Степан Некрашевич обратился к командующему войсками Антанты на юге России генералу Бертело с меморандумом о создании Западной Белорусской армии [], которая имеет целью борьбу с большевиками. Некрашевич обещал создать из беженцев, прибывших из Беларуси, военный контингент численностью до 40 тысяч человек. Но замысел не осуществился"...

Политик подался в науку

Весной 1920 года Некрашевич переезжает в Минск (на то время, как и большая часть территории Беларуси, занятый поляками). Работает в составе Белорусского национального комитета, отстаивает права крестьян, у которых польские солдаты забирают последнее. В борьбе с оккупантами большевики и эсеры нашли точки соприкосновения, но не надолго. После освобождения Минска летом 1920 года партия эсеров озвучила свои требования, но большевики их не приняли. Тогда эсеры отказались признавать декларацию о независимости ССРБ...

Странные были времена. Уже в конце 1920 года недавно убежденный эсер Некрашевич, который хотел собрать армию против большевиков, оказывается на посту в Наркомате просвещения БССР, которой управляют большевики. Как такое могло случиться? "Случай по тем временам был скорее типичный, — объясняет кандидат исторических наук, заведующий отделом новейшей истории Института истории НАН Сергей Третьяк. — Вспомним, что Жилунович пришел из левого крыла "громадовцев", Игнатовский — из тех же эсеров. В то время большевики еще терпимо относились к инакомыслящим, а в случае с белорусской республикой ощущался острый недостаток именно национальных кадров, поэтому привлечение к работе на почве национального просвещения Некрашевича, имевшего определенный удачный опыт в этом деле, совсем не выглядит странным".

Именно Некрашевичу принадлежит идея создания исследовательского учреждения, которое будет изучать культурные ценности и достояния белорусского народа. В январе 1921 года на собрании, созванном Наркомпросом, Степан Некрашевич зачитал доклад, в котором он предложил создать "соответствующую лабораторию". "Это учреждение при самой широкой поддержке нашей социалистической власти должно сплотить вокруг себя все белорусские силы, где бы они ни находились, использовать их по прямому их назначению и быть ответственным за культурное дело на Беларуси", — цитирует Эммануил Иоффе выдержки из этого доклада.

Инбелкульт создали только через год, но идея Некрашевича начала реализовываться в виде Научно-терминологической комиссии Наркомата просвещения, задачей которой была разработка белорусской научной терминологии разных сфер жизни. В состав комиссии входили гуманитарная, природоведческая и математическая секции. Членами комиссии были Янка Купала, Якуб Колас и, конечно, Степан Некрашевич. За совсем короткое время секции комиссии обработали более двух тысяч терминов. В январе 1922 года на базе Научно-терминологической комиссии был основан Институт белорусской культуры — первое многоотраслевое научно-исследовательское учреждение республики. Ее задачей было организовать планомерное изучение этнографии, языка, литературы, искусства, истории, географии, природы, экономики, социально-общественного движения, а также объединять и координировать всю научно-исследовательскую работу в БССР. Председателем института назначили Степана Михайловича Некрашевича.

Результатом работы этого учреждения стало, прежде всего, издание учебников — во многих дисциплинах здесь пришлось начинать практически с нуля. А еще Институт открывал белорусов как отдельный народ и самим белорусам, и их соседям. Интересный факт об эффективной деятельности этого учреждения приводит Эммануил Иоффе: "В связи с предполагаемым в 1924 г. открытием сельскохозяйственной выставки в Москве руководство Инбелкульта в 1923 году направило в Червенский и Бобруйский районы этнографические экспедиции, которые собрали около 340 экспонатов материальной и духовной культуры (ткани, пояса, вышивка, народные музыкальные инструменты и др.) и сделали много фотографий. Белорусский этнографический отдел на выставке получил наивысшую премию"...

Лингвист меняет правописание

И все же главным делом жизни Степана Некрашевича был белорусский язык, которому он старался придать все атрибуты государственного языка самостоятельной республики. Можно ли сегодня сказать, что Степан Некрашевич был родоначальником современного белорусского языкознания? "Это не совсем так, — отвечает кандидат филологических наук, директор Института языкознания НАН Игорь Копылов. — Основателем, а тем самым и родоначальником современного белорусского языкознания является Ефим Карский, который впервые описал систему белорусского языка, показал его связь с другими славянскими языками и определил его национальную специфику. Заслуга Степана Некрашевича в том, что он продолжил традиции Карского и развил их на новом уровне. Он принимал активное участие в обработке белорусской научной терминологии по разным отраслям знаний, в подготовке лексикографических трудов ("Белорусско-российского словаря", "Российско-белорусского словаря"), которые сыграли важную роль в становлении и нормализации лексического состава белорусского литературного языка. Ему принадлежит концепция составления словаря живого белорусского языка, который характеризовался всеми признаками действительного академического лексикона (обосновал временные рамки издания, источники отбора слов, очертил структуру словарной статьи). Задуманный академический словарь базировался прежде всего на том живом лексическом материале, который использовался в общении людей. Кроме того, в него предполагали включить обозначительные средства фольклорно-этнографических источников, лексику из произведений художественной литературы и других изданий. Поскольку базой словаря живого белорусского языка должны были стать лексические достояния тогдашних белорусских говоров, то на первом этапе создания национального словаря академик Некрашевич считал необходимым подготовить словари диалектов. Некрашевич стоял у истоков создания серии региональных, или краевых, как тогда их называли, словарей".

Словарь живого белорусского языка должен был стать главным результатом научной деятельности Степана Некрашевича. Работая в 1925-1926 годах под руководством Ефима Карского в Ленинграде, куда его направили для повышения лингвистической квалификации, он одновременно работал над этим проектом. К сбору лексического материала, благодаря призыву Некрашевича на Первом съезде краеведов, присоединилась вся республика: слова и выражения присылали студенты, учителя, ученики. Это могло стать бы фундаментальной работой: было зафиксировано 382 047 слов. Но к 1929 году удалось издать лишь несколько диалектных словарей, потом работа была прекращена, а все наработки сгорели в пламени Великой Отечественной...

Занимался Степан Некрашевич не только "академическими" вопросами языка, но и первоначальной образованностью белорусов. Именно он был автором первого послереволюционного "Лемантара", который впервые вышел в свет в 1922 году и выдержал шесть изданий. Он был соавтором хрестоматии для детей "Роднае слова", пособия для ликвидации неграмотности среди взрослых "Наша сіла — ніва ды машына".

Нельзя здесь не упомянуть и о роли ученого в реформе правописания белорусского языка, которая в конце концов вылилась в "наркомовку". Разговоры о том, что правописание нужно упрощать, велись в языковедческих кругах уже в середине 20-х, и тот же Бронислав Тарашкевич предлагал отказаться от мягкого знака после мягких согласных (об этом в интервью газете "Звязда" рассказывал когда-то академик Александр Подлужный). А какую позицию занимал Некрашевич? "На Академической конференции по реформе белорусского правописания и азбуки, которая состоялась в 1926 году, Некрашевич выступил с содокладом по реформе белорусского правописания, в котором предложил отклонить проект правописания братьев Лесиков и поддержать основные правила БраниславаТарашкевича, уточнить и дополнить некоторые из них, рассказывает Игорь Копылов. — Постановления конференции 1926 года не были осуществлены. Поэтому в 1927 году создали новую орфографическую комиссию во главе с Некрашевичем, которая после двух лет работы в 1929 году опубликовала проект правописной реформы. Многие его положения были положены в основу проекта, на базе которого СНК БССР в 1933 году принял известное постановление "Об изменениях и упрощении белорусского правописания"...

После создания на базе Инбелкульта Национальной академии наук Степан Некрашевич стал ее вице-президентом и первым директором Института языкознания. "Он зарекомендовал себя как отличный организатор науки, который сумел собрать в учреждении талантливых ученых, фактически ставших основателями новых научных направлений в белорусском языкознании", — говорит его сегодняшний преемник.

Академик становится "врагом народа"

20 октября 1929 года было опубликовано постановление СНК БССР, предписывающее "освободить академика Ластовского Вацлава Устиновича от обязанностей Несменного Секретаря Белорусской Академии наук и академика Некрашевича Степана Михайловича от обязанностей Вице-Президента Белорусской Академии наук". Повод был по тому времени "убойный": "допущено печатание в изданиях Академии наук ряда работ отдельных авторов, которые проводят в этих работах взгляды, совершенно несовместимые с политикой Советской власти, а временами и взгляды, враждебные Советской власти".

Бывшие академики, еще, наверное, не осознавая, что просто так все не закончится, летом 1930-го отправились в экспедицию в Томск, изучать язык и быт белорусов Сибири. Там прямо на пароходе "Тобольск" их и арестовали — во всю раскручивалось дело "Союза освобождения Беларуси», а как же без таких замечательных "фигурантов"? После почти года заключения им наконец вынесли приговор. Некрашевича приговорили к пяти годам ссылки в городе Сарапул в Удмуртии, где он работал сначала плановиком-экономистом артели инвалидов, а затем бухгалтером зернозаготовительной конторы.

Надо ли говорить, что живым в 1937-м его не оставили? Сначала продлили ссылку на два года, после судили по новой и в декабре 1937 года расстреляли.

***

Реабилитировали Степана Некрашевича по второму приговору в 1957 году. Реабилитации по приговору 1931-го пришлось ждать еще более тридцати лет. И уже посмертно — еще один удивительный факт его биографии: в звании академика возобновили в 1978 году, когда о репрессиях и их жертвах вообще говорить было не принято. "Это произошло под влиянием академического сообщества, которое было поддержано авторитетом Петра Машерова, — объясняет Сергей Третьяк. — Наработками Некрашевича пользовались всегда, поэтому для ученых было делом чести вернуть академику его незаслуженно отнятое звание".

"Наработки Степана Михайловича Некрашевича актуальны и сегодня, — говорит Игорь Копылов. — Это естественно, потому что без преемственности не может быть серьезной науки. При выработке стандартов и установлении норм в отношении терминов и сегодня ученые-терминологи часто обращаются к научно- терминологической комиссии Инбелкульта. Теоретические основы, разработанные Некрашевичем в области лексикографии, интересуют и сегодня составителей переводных и диалектных словарей. Остается до сегодняшнего дня нереализованной идея Некрашевича о создании словаря живого белорусского языка, остается актуальной концепция, предложенная ученым".

Его именем сегодня названа улица в микрорайоне Брилевичи. Но лучшим памятником Некрашевичу действительно стал бы созданный научным и общественным сообществом словарь Живого белорусского языка. Пока он еще живой.

Елена ЛЕВКОВИЧ

Выбор редакции

Общество

Как в Беларуси трансплантируют органы

Как в Беларуси трансплантируют органы

И почему к нам на операции едут иностранцы.  

Общество

Парад в Минске состоится 3 июля в 9 часов вечера

Парад в Минске состоится 3 июля в 9 часов вечера

Сейчас к нему готовится пешая колонна.  

Общество

Корреспонденты «Звязды» посетили «Волчьи норы»

Корреспонденты «Звязды» посетили «Волчьи норы»

Там отбывают наказание мужчины, впервые осужденные за незаконный оборот наркотиков.

Экономика

Частный бизнес выбирает Смиловичи

Частный бизнес выбирает Смиловичи

В этом убедилась корреспондент, посетив поселок.