Вы здесь

Житель Ханты-Мансийска повторил путь на фронт деда из Чаусского района


Мы чествуем ветеранов войны, создаем мемориальные комплексы в честь защитников и освободителей, склоняем головы в минуты молчания, возлагаем цветы к обелискам — это наш долг и общая память. Потомки тех, кто отдал свои жизни за мирное небо, едут за сотни километров до памятников и обелисков, чтобы прочитать на них родное имя. Хуже, если этого имени на граните нет и место захоронения близкого человека неизвестно. Их, пропавших без вести, сегодня тысячи... Поэтому так радуются поисковики, когда получается установить личность еще одного человека. Сегодняшний герой также официально еще не вернулся с войны. Но его внук поставил цель сделать все, чтобы восстановить его память.

Евгений родился более чем через 20 лет после того, как его дед, Павел Гаряев, пропал без вести в хаосе 41-го. Но остались его письма, в которых столько любви и тепла, что хватило бы не на одну семью. За несколько месяцев разлуки он успел написать их почти два десятка. Последнее датировано 13 июля 1941 года, после тонкая ниточка между солдатом и его домом разорвалась. Дальше — тишина...


Па­вел Га­ря­ев.

Письма с фронта

На пожелтевших и истлевших от времени страницах последние несколько месяцев жизни Павла Гаряева. Он был призван в армию в мае 1941 года и черную дату, 22 июня, встретил в Гороховецких военно-полевых лагерях. Оттуда их часть сначала направили в Горький (ныне Нижний Новгород), а потом на фронт...

Некоторые письма даже после музейной реставрации нельзя прочитать — только отдельные фразы. Но их достаточно, чтобы понять, как «сын, муж, брат и отец» любит своих близких. Особенно «жинку» Екатерину, с которой, обещает, когда только вернется, «жить очень хорошо». Вспоминает, как им было хорошо вместе, просит чаще писать. «Получишь письмо, станет радостно, что у меня есть жинка», — пишет он. А в конце трогательно-детское с привкусом горечи: «Целую 999 раз и еще один раз... Да нет вас...»

В 41-м Павлу Гораеву было всего 20 лет — тот самый возраст, когда жизнь только начинается. В его письмах по дороге на фронт много искренних признаний и невысказанной грусти. «Жаль, что так мало с тобой пожили, — обращается он к любимой. — Как вспомню, как жили с тобой, сердце болит: какой же я несчастливый родился. Эта собака Гитлер задумал войну. Этот час нужно раздавить, смять в труху...» В последнем письме бойца, считай, уже с передовой, переплелись страх, обреченность, надежда. Он пишет о бесконечных немецких бомбежках, горячих боях, переживает за близких и очень по ним скучает. «Так хочется на вас посмотреть, как вы живете дома. Не знаю, увижу вас или нет...» И просит —ждать ...

Нижний Новгород — Смоленск — Чаусы

Евгений Зайцев преодолел не одну тысячу километров, чтобы засвидетельствовать свое уважение к деду. Его следы он искал в военкоматах, архивах, на известных каждому, кто чтит память героев Великой Отечественной войны, сайтах АБД «Мемориал» и «Память народа». Во многом помогли письма с фронта.

— Моя мать получила их десять лет назад, — говорит собеседник. — Их ей передала женщина, которая тоже любила моего деда и долго ждала его с войны. Письма были завернуты в газету — потрепанные, середина рассыпалась, но для матери они были дорогие как единственная память об отце. Она не сразу решилась мне их отдать. А уже в музее мне помогли вернуть эти послания к жизни.

В семье Евгения Зайцева к памяти дедов-фронтовиков отношения трепетные.

— У нас с женой на войне воевали семь человек, а вернулся только один, мой прадед. Дядя жены похоронен в Будапеште, брат моего деда Павла в Каунасе, дед Степан по отцовской линии под Ленинградом. Ко всем ездили, и даже не раз. Только до Киева не доехали пока. И в ближайшее время вряд ли получится.

Однажды Евгению пришла идея по каждому из дедов сделать памятный альбом. О Павле Гаряеве получился самый скромный. До войны жил в деревне Майка (так местные для удобства называли свой поселок Первомайский) Называевского района Омской области, работал трактористом. Деревня была большая, а вот сегодня осталось всего несколько дворов. Старшие ее жители давно уже «переселились» на тамошнее кладбище. Там лежат и отец с матерью Павла Гаряева. Его отца, Григория, котороготакже в 42-м забрали на фронт, но ему посчастливилось вернуться. А вот своих сыновей Павла и Ивана он так и не дождался. Место захоронения Ивана известное, а вот Павла — нет.

Идея повторить путь Павла Гаряева на фронт и посмотреть на все его глазами пришла Евгению после знакомства с 33-летним поисковиком Алексеем Таракашкиным из Нижнего Новгорода. Молодой парень заразил его своей одержимостью. Алексей создал целый сайт про 160-ю Горьковского стрелковую дивизию и собирает информацию по каждому из ее участников.

Из писем бойца этой дивизии Павла Гаряева известно, какие населенные пункты он проезжал по дороге на фронт. И маршрут внука получился такой: Ханты-Мансийск — Москва — Нижний Новгород — Гороховец — снова Москва — Чаусы.

Здесь раньше вставала земля на дыбы...

Невольно вспомнился Владимир Высоцкий с его песнями о войне. Лучшие из них он, кстати, написал к фильмам по дилогии белорусского писателя Алеся Адамовича «Война под крышами» и «Сыновья уходят в бой». В том числе и о братских могилах. В Чаусском районе их больше сотни. Есть захоронение, где лежит одновременно две тысячи человек. Над ним сегодня растет лес. Говорят, там всегда необычно тихо, даже если вокруг бушует сильный ветер.

Светлана Шибут (внутри с книгой) сейчас на пенсии, но специально пришла в школу, чтобы провести экскурсию для российского гостя.

Мы едем по старой чаусской дороге. Заместитель командира Могилевского областного историко-патриотического поискового клуба «Виккру» Сергей Тагаев показывает Евгению Зайцеву места, где бойцы 160-й стрелковой дивизии держали оборону. За рулем авто еще один боец ​​отряда Виталий Дракин. Поисковая работа для них — смысл жизни. У каждого семья (или девушка), работа, но там, где дело касается памяти героев войны, они готовы пожертвовать всем, в том числе личным временем. Поисковик из Нижнего Новгорода Алексей Таракашкин подсказал Евгению Зайцеву координаты «знающего человека» в Могилеве — Николая Борисенко, вдохновителя и создателя клуба «Виккру». Они сотрудничают не один год, помогают друг другу. У Николая Борисенко есть книга «1941: пылающие берега Днепра и Сожа», где он посвятил боевому пути 160-й стрелковой дивизии целый раздел. Он не смог лично сопровождать гостя, за него это сделал не менее опытный поисковик Сергей Тагаев.

Раста, Горбовичи, Чаусы — возможно, это тот самый последний рубеж пулеметчика Павла Гаряева. Бойцы клуба «Виккру» не первый год работают на территории Чаусского района и хорошо знают, как щедро полита солдатской кровью здешняя земля. За последние несколько лет по их инициативе здесь появилось еще несколько мемориальных комплексов героям Великой Отечественной. Здесь установлен первый в стране памятник штрафникам, где лежат бойцы не менее 10 штрафных рот.

В школьном музее агрогородка Горбовичи много экспонатов, посвященных Великой Отечественной войне. Бывшая учительница истории, руководитель музея с 1986 г. Светлана Шибут вложила всю свою душу в данное учреждение. Вместе со школьниками неоднократно посещала места боевой славы, проводила экскурсии. Вообще, здешние учителя с учениками собрали такой богатый материал, что даже писатель Константин Симонов был поражен. Он прислал в подарок школе свою трилогию «Живые и мертвые» с дарственной подписью: «Педагогам и школьникам с большой благодарностью за помощь в поиске людей, о которых написана это книга».

Память о героях сохраняет Чаусский историко-краеведческий музей. Большая часть его военных экспонатов — это то, что найдено на местах боев. Только в июле и начале августа 1941 года более 9 тысяч бойцов и командиров 160-й дивизии сложили головы на чаусской земле. Во время своих летних вахт поисковики находят на территории района что-то новое времен войны. И музейная экспозиция ежегодно пополняется.

— Меня переполняют чувства, информацию, что я получил, еще предстоит переработать, — Евгений Зайцев не скрывает своих эмоций от такого глубокого экскурса в военное прошлое. — Я, конечно, знал, что деда не найти, но от того, что я побывал на том месте, где он ходил, посмотрел его глазами на эту местность, мне стало легче. В этом году моей матери исполнится 80 лет, она передвигается с трудом, сюда она точно не доедет. Для нее будет большой радостью увидеть снимки с мест, где воевал ее отец. А вот я, возможно, приеду еще раз. Мне кажется, что я очень близко подошел к тому месту, где пропал без вести мой дед. И я очень благодарен Николаю Борисенко, Сергею Тагаеву, всем остальным «виккрувцем», которые мне помогали, за их уважение и содействие. В очередной раз убедился, что белорусы — это наши братья. Когда ехал сюда, не знал, с кем буду встречаться, куда обращаться. Но мне все время везло на хороших людей.

На железнодорожном вокзале Чаус память воинов 160-й стрелковой дивизии увековечена в памятнике. Пока Евгений фотографирует знаковое место, вдали приближается поезд, который едет со стороны Кричева. Время на секунду преломляется, и вместо снега внезапно появляется июльская зелень, а из окна вагона машет нам рукой совсем еще молодой парень в гимнастерке...

Николай Борисенко, командир Могилевского областного историко-патриотического поискового клуба «Виккру»:

— Судьба этой дивизии трагическая. Первый ее батальон прибыл на железнодорожную станцию ​​Чаус 10 июля 1941-го, когда немцы уже форсировали Днепр и находились в 15 километрах от Горбович. Подразделения дивизии прибывали в Чаусы еще до 14 июля, а 15-го они были уже захвачены врагом. Эшелоны, между тем, продолжали идти, но грузились на ближних к Чаусам станциях — в Веремейках, Кричеве. Красноармейцев 160-й дивизии на позиции направляло вышестоящее командование, причем даже не того корпуса, в который она входила. Эти позиции были весьма условны, сплошной защиты не существовало, солдаты с ходу вступали в бой. Дивизия так и не смогла собраться вместе. Когда прибыл штаб дивизии, он не знал, где ее батальоны, полки. Немцы пробили дорогу и пошли на Смоленск, а наши позиции оставались в стороне. Солдаты сидели в окопах и траншеях и думали, что держат оборону. А немцам главное было двигаться вперед. После 17 июля штаб 20-го стрелкового корпуса, которому подчинялась 160-я дивизия, направился вдоль Прони в сторону деревни Александровка-2. В оборонительных боях погибли командир корпуса генерал Степан Еремин и его заместитель. Штабные документы до сих пор лежат закопанные где-то в районе Пропойска (сегодняшнего Славгорода). Мы их ищем, но пока безрезультатно.

Нелли ЗИГУЛЯ

Фото Сергея ТАГАЕВА

Выбор редакции

Общество

На Поставщине прошел инклюзивный фестиваль

На Поставщине прошел инклюзивный фестиваль

Для детей с ограниченными возможностями «Особенные, как все».

Культура

Алесь Бодак: ... Вся палитра белорусской литературы

Алесь Бодак: ... Вся палитра белорусской литературы

Мы встретились с директором издательства «Мастацкая літаратура» Алесем Бадаком, чтобы поговорить о ближайших и, возможно, более далеких перспективах.

Общество

35 зарубежных студентов учат русский язык, чтобы чаще приезжать в Беларусь

35 зарубежных студентов учат русский язык, чтобы чаще приезжать в Беларусь

Их жизнь выходит далеко за рамки одних лишь занятий.