Вы здесь

Свято-Покровский храм в Барановичах украшают мозаики из Серебряного века


Свято-Покровский храм в Барановичах украшают мозаики по эскизам мастеров Серебряного века. Произведения мирового искусства привлекают туристов не только громкими именами авторов (среди которых сам Виктор Васнецов!), но и печальной историей.


На мозаичном образе святителя Алексия, митрополита Московского, можно рассмотреть самые мелкие детали облачения.

СОХРАНИТЕ И ХРАНИМЫ БУДЕТЕ

Полдень, будний день. В соборе Покрова Пресвятой Богородицы почти никого, и я могу себе позволить вплотную подойти к двум образам — святителя Алексия, митрополита Московского, и преподобного Иосифа Волоцкого. Нет, не для того, чтобы приложиться, а чтобы поближе рассмотреть тысячи блестящих кусочков, из которых они собраны. Глаза отказываются верить, что это мозаики, а не писанные иконы. До того все искусно и точно выпол-
нено: складки одежды, страницы книги, перо для письма и даже морщины на ликах. Провожу рукой и чувствую мозаичный набор. Лет сто назад кто-то мог сделать то же самое, только не в Барановичах, а в Петербурге. Именно там, в именитой мастерской Фроловых, создавались 16 мозаичных панно для собора Александра Невского в Варшаве.

— История нашего храма неразрывно связана с этим храмом, некогда украшавшим польскую столицу. Большой и богато оформленный, он был самым высоким зданием в городе на рубеже ХІХ—ХХ веков, — рассказывает протодиакон Покровского храма Андрей ГОРБУНОВ.

На строительство и отделку варшавского собора не жалели ни сил, ни средств. Привлекли лучших мастеров своего времени — архитекторов, художников, искусствоведов. В больших количествах использовали драгоценные камни и металлы, а император лично передал яшмовые колонны для внутреннего убранства.

Правда, судьба у собора была незавидной.

— Варшавский собор возводили шесть лет, еще двенадцать оформляли внутри и снаружи, а через пятнадцать на его месте камня на камне не оставили. После окончания Первой мировой войны польские власти спешили избавиться «от символа русского господства». Впрочем, дебаты по этому вопросу тянулись несколько лет. Одни утверждали, что собор нужно оставить таким, какой он есть, поскольку разрушение — это крайне дорого. Другие настаивали на сносе. В местной прессе так и писали: «В архитектурном плане собор мерзкий, особенно в верхней его части», — цитирует батюшка. — Два года поляки разрушали православную святыню: понадобилось пятнадцать тысяч взрывов и сумма, равная трети той, что потратили на возведение храма. Интересно, что праведный Иоанн Кронштадтский, жертвуя деньги на строительство, предвидел печальную судьбу собора.

Появление Покровского храма в Барановичах тоже сопровождали весьма печальные обстоятельства. Возвели его на месте деревянной церкви в честь Смоленской иконы Божией Матери, которая сгорела весной 1921-го прямо на первый день Пасхи. Уже на следующее утро приняли решение восстанавливать утраченную святыню: собрали комитет по строительству и планировали возвести еще один деревянный храм. Однако приступить к задуманному удалось лишь спустя два года: после заключения Рижского мирного договора в Западной Беларуси (куда вошли и Барановичи) переформировывались ведомства, составлялись новые образцы документов. Утвердить проект в то время было непросто. Плюс ко всему новые власти запретили строительство зданий из дерева для проведения общественных мероприятий. И хотя это означало, что будущий каменный храм может превратиться в долгострой, духовенство и городские власти рискнули и приступили к благому делу.

Одну из ключевых ролей в возведении новой святыни Барановичей сыграл председатель комитета по строительству Алексей Назаревский. Его выбрали сенатором польского сейма. Выезжая по рабочим делам в Варшаву, он попутно лоббировал и вопросы строительства Свято-Покровского собора. Добрым словом до сих пор вспоминают в Покровском соборе и митрополита Варшавского и всея Польши Дионисия (Валединского). Он помогал деньгами и поспособствовал тому, чтобы в будущий храм перевезли церковную утварь и уцелевшие фрагменты мозаик из разрушенного собора в польской столице.

— Правда, части иконостасов, киоты, иконы и прочее добро сгорело буквально через пару недель после транспортировки. Доподлинно известно, что сарайчик, где все это хранилось, умышленно подожгли, — делится отец Андрей. — Хорошо, что мозаики были спрятаны в другом месте!

Появление Покровского собора в Барановичах в 20-е годы, довольно беспокойные для религии, можно назвать чудом.

— В 1924-м в Варшаве начали разрушать Александро-Невский собор. У нас в этом же году пошла закладка фундамента. Причем ведущим инженером храма был католик по вероисповеданию И. В. Стаковский, согласившийся работать совершенно бесплатно. В 1931-м, когда в советской Москве уничтожали храм Христа Спасителя, наш собор освятили, — поясняет батюшка.

СТЕКЛЫШКО К СТЕКЛЫШКУ

Кроме двух упомянутых мозаичных образов, храм украшают еще пять панно. Мы стоим с отцом Андреем в самом центре собора, я пытаюсь найти их глазами среди писаных икон.

— А посмотрите вверх направо, — подсказывает священник. — Увидите «Богоматерь с ангельскими чинами». Слева — «Деисус». Правда, если присмотреться, то можно заметить, что эти мозаики собирались по частям. Во время монтировки недостающие фрагменты буквально дорисовывали по бетону.

Главное украшение храма прячется в алтарной части. Это изображение Богородицы с Младенцем когда-то было лишь небольшим фрагментом огромной композиции «О тебе радуется, Благодатная, всякая тварь». Кстати, эскиз к ней хранится в Третьяковской галерее. Оно и понятно: автор — знаменитый Виктор Васнецов.

Еще два восстановленных панно можно увидеть с улицы. На южной стороне — довольно интересная композиция «Спаситель с донатором». На мозаике Леонтий Бенуа (архитектор собора Александра Невского) преподносит свой проект Христу, а тот в ответ указывает на притчу о талантах в Евангелии. Тут же изображены Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге и храм Христа Спасителя в Москве. Тем самым подчеркивается, что все они по ценности стоят в одном ряду. С северной стороны — мозаика «Собор Архистратига Михаила». В панно на улице отсутствующие фрагменты не дорисованы. Поэтому создается впечатление, что они пострадали больше. Но мы видим их именно в том состоянии, в котором они прибыли в Барановичи в 1920-х годах.

В чем же ценность мозаик? Во-первых, эскизы к ним делали лучшие художники своего времени — Николай Бруни, Виктор Васнецов, Виктор Думитрашко, Николай Кошелев. Во-вторых, собирались панно в легендарной мастерской Фроловых, откуда вышли непревзойденные мозаичисты, чьи работы высоко ценятся во всем мире. Над мозаиками собора в Варшаве работал Владимир Фролов. Смотришь на его работы издалека — видишь будто писаную картину, подходишь ближе — восхищаешься палитрой оттенков смальты, разнообразием форм стеклянных кусочков и безукоризненностью исполнения.

— Видите разноцветные кружочки? Это не разукрашенные стекла, как думают многие. Мозаичисты делали их так: брали стеклянную трубочку, внутрь вставляли белый стержень, а полость, которая между ними образовывалась, заливалась серой смальтой. Когда все это застывало, нарезали тонкими пластинами. Фантастика! — не скрывает восхищения священник.

НЕ ВСЕ ТО ЗОЛОТО

— Пришла как-то к нам дамочка, взглянула на мозаики и аж хлопнула в ладоши от нахлынувших эмоций: «Батюшки! Так это ж золото!» — рассказывает отец Андрей с улыбкой. — Если присмотреться к образам митрополита Алексия и Иосифа Волоцкого, то действительно можно увидеть парочку «черных дыр». Кто-то пытался обогатиться за счет церкви. Но варваров ожидало разочарование: вместо золотых слитков они получили смальту, покрытую тончайшим слоем сусального золота. Драгоценного металла там — тысячные доли грамма.

В годы атеизма именитые искусствоведы, посещавшие Барановичи, без стеснения заявляли местному духовенству: «Ваш храм столько не стоит, сколько каждая их этих мозаик по отдельности». Но даже при таком отношении все прекрасно понимали, что шедевры находятся именно там, где и должны быть, — в церкви. Благодаря им в 1953 году храм был взят под охрану государства.

Настоятель Покровского собора Александр ДЗИЧКОВСКИЙ называет мозаики «душой храма». Хотя и признается, что красота требует определенных жертв: даже чтобы провести воду или поменять окна, нужно согласовывать каждый шаг на уровне Министерства культуры.

Любопытно, что варшавское наследие Барановичей не ограничивается одними мозаиками.

— Иконостас у нас тоже из Польши. Только не из Александро-Невского собора, а из домовой церкви, которая находилась в замке Сигизмунда. Он сохранился практически в идеальном состоянии, — говорит отец Андрей, приглашая подойти поближе и рассмотреть царские врата во всей красе.

Если далеко не все прихожане в курсе, что на службах стоят под шедеврами, то духовенство Покровского собора к истории мозаик всегда проявляло живой интерес. Отец Владимир, например, во время учебы в духовной семинарии писал по мозаичному искусству бакалаврскую работу, а его дочь продолжила исследования в рамках школьных научных конференций. У отца Андрея в прошлом году вышла книга по истории православных храмов Барановичей. Сведения пришлось собирать по крупицам в архивах Беларуси, Польши и России, перелопатить не один десяток книг по истории искусств и перечитать сотни старых газет.

— Васнецова знают как автора «Богатырей» и «Аленушки». А он, между прочим, изучал все изображения Богородицы, какие только смог найти. Ему хотелось создать образ, который был бы наиболее близок к идеалу, — рассказывает отец Андрей. — Впрочем, одних слов для описания красоты, созданной сотню лет назад великими мастерами, недостаточно. Нужно ехать и смотреть.

Анна КУРАК

Фото из архивов Свято-Покровского храма

Минск — Барановичи — Минск.

Название в газете: Шедевры под куполом

Выбор редакции

Общество

Корреспонденты «Звязды» посетили «Волчьи норы»

Корреспонденты «Звязды» посетили «Волчьи норы»

Там отбывают наказание мужчины, впервые осужденные за незаконный оборот наркотиков.

Экономика

Частный бизнес выбирает Смиловичи

Частный бизнес выбирает Смиловичи

В этом убедилась корреспондент, посетив поселок.  

Спорт

Александра Герасименя: У каждого свой рецепт успеха

Александра Герасименя: У каждого свой рецепт успеха

Александра Герасименя — настоящий боец, а еще — заботливая мать и жена. И просто трудолюбивый человек, который не знает преград.