Вы здесь

Веселые истории наших читателей


Не хвали себя, пусть люди похвалят


...О прозвище этот новосел позаботился сразу. Чуть ли не с первых дней после переезда мы, соседи, стали слышать его гордое «Вот у меня!», «Вот у меня!»

Фото srbu.ru

У него — ну все было самое лучшее: куртка, зеркало, стиральная машина, стулья, обои, ножи, ботинки, мебель... Что уж говорить о нем самом, его жене и сыне?!

Казалось бы, ну и пусть: ты нажил (никто не спрашивает как) — ты и пользуйся. Но ведь не хай при этом других.

Наш Хвалько (иначе его никто и не называл) этого не мог. Его, как видно, хлебом не корми, дай кого-то остановить — в подъезде, на улице — дай поговорить и похвастаться, какой же он богатый и умный, а кто-то другой — бедный и глупый. Нам с мужем он, например, открытым текстом сказал, что в Германии куда лучшие машины уже давно на свалках сгнили, а мы на своей еще ездим ... Матери-одиночке с первого этажа также «комплимент» отвесил, сказал, что дочь у нее хоть и отличница (с его сыном в школу ходит), но некрасивая-некрасивая. У соседа справа (его жена призналась) Хвалько спросил о зарплате и заявил, что за такие деньги не то чтобы что-то делать, даже из дома выходить нельзя! «Перепало» и соседу слева. У того (к счастью трезвого...) Хвалько поинтересовался возрастом жены и, услышав, что ей всего 32, сказал, что его Марина в 45 выглядит лучше...

Короче, невзлюбили мы нового соседа (и было за что): чтобы лишний раз не видится, не портить настроение, старались стороной обойти. Жаль, что это не всегда удавалось, потому что наш новенький оказался достаточно непоседливым. Утром он спешил то в магазин (ходил туда по несколько раз на дню), то на рынок, то в гараж, то на прогулку... За несколько месяцев «совместной» жизни мы немного изучили его маршруты, чтобы потом строить свои.

Ну вот недавно возвращались мы с мужем из поликлиники. Прикинули, что в это время наш Хвалько должен идти из гастронома. Чтобы не встретиться, решили «дать круг» — пройтись по скверу, подышать чистым воздухом.

Погуляли, минут через сорок подошли к своему подъезду, вслух обрадовались, что теперь, слава богу, не сезон, и Хвалько не сидит на лавочке. Потом счастливые, можно сказать, от того, что с ним не встретились, зашли на свой четвертый этаж и уже там (буквально) остолбенели, ведь услышали:

— Привет-аннечка!

Это, как вы догадались, нам «пропел» Хвалько.

От неожиданности мы чуть удержались от хохота! Он, как оказалось, ключи свои дома забыл. А нас издалека увидел — решил напроситься в... гости — посидеть, пока жена приедет.

...Вот такой получился «подарок». И пишу я о нем с единственной целью — чтобы кто-то почитал и, возможно, «посмотрел в зеркало», спросил: «А я таким не бываю?» Ведь не зря же наши предки говорили: «Хто сам сябе хваліць, хай пярун таго спаліць».

М. Н.

г. Борисов.


Мечты все же сбываются...

Фото tvc.ru

Годы перестройки помнятся повальным дефицитом и большими очередями. Не передать, сколько здоровья в них потрачено, сколько времени загублено!

Чтобы избежать этого, я придумал выход — совмещал неизбежное с приятным: брал что-нибудь читать.

Как-то утром, помню, «сарафанное радио» донесло новость, что в гастрономе возле кинотеатра «Октябрь» «выбросили» (не подумайте плохого — в продажу...) мясо. Я, не раздумывая, взял деньги, сумку, журнал «Полымя» и пошел за дефицитом.

Как и следовало ожидать, большой торговый зал был заполнен людьми. Все стояли, многие нервничали, ссорились на тех, кто лез без очереди, а я читал себе «Зенит» Ивана Шамякина да время от времени смотрел: далеко ли до цели?

Помню, в очередной раз поднял голову и увидел, что неподалеку стоит моя сотрудница, растерянно оглядывается, ищет конец очереди. Мне бы с ней поздороваться, а я вместо этого дергаю за рукав и грозно спрашиваю: «Ну, сколько ты будешь шляться?.. Хочешь, чтобы очередь прошла?»

На мгновение женщина растерялась, однако тут же все поняла: на ухо поблагодарила меня и стала впереди...

Или вот еще. Как-то мы— и всем коллективом — решили отметить юбилей революции, после демонстрации собраться на одной квартире в центре города, посидеть за праздничным столом. Купить к нему спиртные напитки коллеги доверили мне.

Я зашел в гастроном, на этот раз прихватив повесть Бориса Васильева «Завтра была война», занял очередь и, читая, потихоньку стал приближаться к заветному прилавку. В это же время стрелки часов (причем достаточно стремительно) приближались... к перерыву на обед. А это означало, что мне еще целый час придется где-то мерзнуть, а потом, возможно, уйти без покупок, ведь дефицитный товар могли разобрать свои.

Тут уж не до чтения!..

На часах, смотрю, 13:40, потом 50, 57, 59 ... И — ура! — я все купил, достиг цели!

Не поверите: ощущение было такое, будто наши футболисты на вот этой, самой последней минуте таки забили (!) решающий гол!

Я сдерживал эмоции как только мог, иначе кто-нибудь из доброжелателей мог вызвать карету «скорой».

...Кто-то может подумать, что у меня хорошие воспоминания и что очереди я одобряю. Нет, не дай бог! Просто считаю, что, столкнувшись с проблемами, нужно находить пути к их решению и думать о лучшем. Ну, например: когда-то, стоя в очередях, мы надеялись, что их не будет? И — видите — дождались, дожили!

Николай Старых, г. Гомель


Самый памятный отпуск

Фото telegraf.com.ua

За границу, за мир, как говорится, белорусы ездили издавна, но мужчины (чтобы женщины, то как-то не слышно было) — зарабатывали там золото, деньги, потом возвращались домой, покупали землю. Может, на свою голову? Да не о том речь.

Сейчас изменились времена, а с ними — многое другое. В частности, все больше и больше девушек ищут свое счастье неизвестно где, зачастую — далеко от родины. Но она по-прежнему притягивает, зовет к себе...

Как-то я стала свидетелем интересной встречи. Две ранее очень близкие подруги — веселые, самокритичные — теперь видятся изредка. Одну судьба забросила аж в Америку, вторая живет в Испании... Разговор у них сначала был серьезный, а вот потом...

— Лера, ну расскажи про тот отпуск, — со смехом попросила Лариса.

— А про какой? — уточнила подруга. — Про тот самый памятный? Ну, почему бы и нет ...

Вот и мне захотелось куда-то рвануть, потом похвастаться, может, и пыли в глаза пустить. А что — молодая, образованная, два иностранных языка знаю. Значит, могу в любую страну махнуть...

Теоретически — да, а вот на деле ... Как говорится, роскошь да не по нашим учительским деньгам. За счастье еще, что квартирку свою мне бабушка с дедушкой оставили, — не пришлось в свои тридцать вместе с родителями жить.

...Но ведь в гости к ним, на обед, на ужин я, конечно, ходила.

Вот и тогда с мамой сидим, разговариваем, чай на кухне пьем. Туда же наша невестка является, брата жена. Главное, веселая такая, загорелая ... И давай нам рассказывать о своем отдыхе. Мол, море в Болгарии синее-синее, песочек желтенький, чистенький, еда вкусная и почти бесплатная, постель в отеле мягкая, а уже сервис — так не передать!

Не скажу, что меня тогда стало жаба душить, однако черт за язык дернул. Уже с прихожей, уходя домой, я спокойненько так (будто каждый год в зарубежье езжу) своей маме говорю:

— Завтра утречком я на Кипр улетаю... Путевка у меня — на десять дней. Так что ты не волнуйся.

Невестка, вижу, чуть слюной не подавилась...

Но и я тоже не меда глотнула, потому что слово же не воробей, выпустил, — не поймаешь. Назавтра и с самого утра начался мой домашний арест. Днем из квартиры не выхожу — боюсь, чтобы не проколоться, встретиться с родней или знакомыми, на телефонные звонки не отвечаю (мобильников тогда не было, а про интернет так даже и слухов)...

Вечером разве выхожу подышать, так как днем — ни тебе окно открыть, ни шторы отвесить — конспирация: меня дома нет, я в море Средиземном купаюсь, на теплом берегу... Что делаю? Правильно: загораю.

Для этого (ну не белой же молью из Кипра лететь?) Пришлось — тоже тайком — в солярий походить, отпускные деньги на загар потратить.

А надо же было и вина для форсу привезти ...

Это сейчас — даже в деревнях хоть испанского, хоть французского, хоть португальского, а тогда еще поезди по городу — поищи.

Повезло — аж две бутылки взяла (играть так играть!).

И, казалось бы, все продумала, никто бы ничего не знал, если бы вот она, Лариса, не испугалась, не подумала, что я ... не умерла ли? А что — ей не звоню, сама на звонки не отвечаю... Короче, примчалась и давай тут дверь ломать...

Никуда ведь не денешься, открыла, пригласила зайти, а сама при этом — как на иголках сижу: звоню в аэропорт, спрашиваю, прилетел самолет из Ларнаки? Ответ один: нет, он задерживается. «Ты кого это так ждешь?» — интересуется Лариса. «Да не поверишь, — говорю, — себя! Это я, я должна прилететь из Кипра и отзвониться маме, чтобы не переживала...» Ну и выкладываю всю историю с этим «отдыхом»...

Рассказала — как камень с души своей сбросила: аж полегчало! А ее, вот эту хохотунью, вдруг смех разобрал: сидит и вся заходится. Я потом следом ... До слез насмеялись — даже в боку закололо. Спасибо тебе, подружечка, что не выдала тогда, не проговорилась».

...После того «иностранного» отдыха Лера много где побывала, многое повидала. Но, наверное, не зря свою первую «поездку» считает самой памятной?

Любовь Чигринова, г. Минск

Рубрику ведет Валентина ДОВНАР

От нее же ...

«В родной газете на родном языке» я читаю все, а «веселые и правдивые истории из народного «провода» так даже храню — даю почитать своим друзьям, своим ученикам, — писала в редакцию Эмма Василевич из Минска. — Таким образом я рекламирую «Звязду».

Это, кажется, пример, причем пример — достойный подражания ... Так что попробуйте! Возможно, у вас тоже получится не только выписывать «Звязду», не только по-белорусски читать и думать, но и писать, то же советуя другим.

Выбор редакции

Экономика

Страхи страхователей и актуалии актуариев. На пути к общему рынку страховых услуг

Страхи страхователей и актуалии актуариев. На пути к общему рынку страховых услуг

Согласно Договору о ЕАЭС, к 2025 году в союзе будет сформирован единый финансовый рынок, предполагающий общий рынок страхования.

Культура

Журналист Александр Набоков: Пандемия закончится, а книги с человеком останутся навсегда

Журналист Александр Набоков: Пандемия закончится, а книги с человеком останутся навсегда

О том, что сегодня, в непростых условиях пандемии коронавируса, происходит на российском книжном рынке — наш разговор с известным журналистом.