Вы здесь

Откуда у работодателей берется декретофобия?


Сколько лет? Замужем? Дети есть? Рожать собираешься? Эти вопросы, которые мы, женщины, давно привыкли слышать на собеседованиях, на самом деле являются дискриминацией. Замужние женщины до 35 лет без детей, незамужние женщины до 35 лет без детей, женщины с детьми до десяти лет и женщины в декрете... Вот наиболее уязвимые группы трудоспособных людей в Беларуси. Причем это напрямую связано с их семейным положением, утверждают исследования объединения «Гендерные перспективы».


«Вы нам не подходите!»

Репрезентативный национальный опрос «Гендерные перспективы» провели в 2018 году. Изучая рынок труда в целом, эксперты учитывали дискриминацию при приеме на работу (вопросы, которые не могут присутствовать в требованиях к соискателям), а также непосредственно на работе, в том числе сексуальную, говорит Елена АРТЕМЕНКО, исследователь и социолог.

Согласно опросу, с дискриминацией при трудоустройстве или на рабочем месте сталкивались 85% белорусов. Вопросы о семейном положении во время приема на работу задавали в 27% случаев, причем чаще всего женщинам. В приеме на работу отказывали из-за наличия детей 6% опрошенных. Из-за семейного положения и планов на детей — 5%. Из-за беременности — около 1,5%.

Дискриминация на работе проявляется в неповышении заработка, непродвижении по службе, неприятных шутках, часто связанных именно с полом. С этим сталкивались 5% респондентов-мужчин и 20% женщин.

— Мы задались вопросом, с какими трудностями сталкивается женщина во время отпуска по уходу за ребенком и выходом на работу после декрета. Около 26% женщин имели здесь определенные проблемы, — констатирует Елена Артеменко.

Чаще всего, это отказ перевода на более легкие условия труда (с чем столкнулись 13% женщин). 8% женщин отказали в работе из-за беременности, 7% склоняли к переходу на другую должность после выхода из декрета, а 4% отказывали продлевать контракт из-за беременности.

«Штраф» за родительство

Возможность идти в декрет в Беларуси вместо мамы предоставляется папе или другим родственникам женщины. Однако до сих пор она не очень популярна, потому что на рынке труда существует неравноправие между зарплатами мужчин и женщин. 39% пап свидетельствуют, что им экономически невыгодно ухаживать за ребенком, так как они зарабатывают больше, чем жены. Действительно, если в 2005 году средний уровень женского заработка составлял 79,1% от мужского, то в 2018 он снизился до 72,7%, констатирует Мария АКУЛОВА, эксперт центра экономических исследований BЕRОС.

Уровень разницы между зарплатой меньше в частном секторе.

— Возможно, из-за того, что в коммерческих структурах не существует штатных расписаний и тарифных ставок. Работодатели смотрят на уровень квалификации, на то, какой доход ты принесешь компании, — полагает она.

В экономических исследованиях существует такой термин, как «штраф за родительство». Для мужчин это явление не характерно.

— А вот для женщины, у которой есть ребенок, «штраф за родительство» составляет 14,5% — настолько меньше она будет зарабатывать, чем женщина, у которой детей нет. «Штраф» будет варьироваться в зависимости от возраста ребенка — чем он меньше, тем больший урон, — говорит Мария Акулова.

Образовательный уровень также влияет на размер снижения зарплаты. Высококвалифицированные женщины теряют 20,4%, со среднетехническим образованием — 13%, а женщины со средним образованием — 8%.

— Сложно говорить, дискриминация ли это. Скорее, это особенности функционирования рынка труда, — добавила специалист. — С одной стороны, у нас щедрая господдержка материнства. С другой — трехлетний декрет приводит к ухудшению качества квалификации женщины. За это время она становится менее конкурентоспособной, так как не имеет возможности развиваться. Беларуси, наверное, придется сокращать срок декрета, так как это негативно сказывается на росте ВВП страны, и мы ставим женщин в неравные условия на рынке труда. Инфраструктуры, чтобы выйти на работу раньше, не существует, а няня обходится дорого. Среднестатистической современной семье не нужно пять детей. Чем выше экономическое развитие страны, тем меньше там рождаемость, так как для людей важнее инвестировать в человеческий капитал детей, а не в их количество. Многие страны стимулируют не столько финансовую поддержку рождаемости, сколько совмещение работы и рождения детей с налаживанием соответствующей инфраструктуры.

«Космическая» работа и реальность

Во всех правилах есть исключения. В ІT-компаниях, например, обучение сотрудников очень дорогое, оно длится практически год, поэтому выгоднее их задерживать, чем искать новых, уверена Таисия ПАСТУХОВА, PR-партнер компании SоftTесо. В их организации реализуется проект «Гендерное равенство на рабочем месте».  

— Половина менеджеров в нашей компании — девушки с детьми или беременные, а мужчины — многодетные родители. Многие работают семьями. У нас гибкий график и возможность удаленной работы. Многие работают дома, находясь в декрете, а в компании созданы условия для временного пребывания детей, включая аниматоров. 

Если переключиться с работы в конкретной компании на более привычную реальность, то статистика покажет, что в нашей стране не очень высокая готовность людей защищать свои права на работе. Только 25—30% что-то предпринимали, чтобы отстоять свои интересы.

— Из этого количества только 5% обращаются к нам за помощью по трудовой тематике, — заметила Татьяна СТРИЖЕВСКАЯ, директор «Центра по продвижению прав женщин». — Половина всех обращений срабатывает на предупреждение, так как женщина чувствует, что ее хотят уволить или просто выживают из коллектива.

Однако есть и точные примеры дискриминации. Так, на место одной из женщин, которая вышла из декрета, взяли другого специалиста. Второй предложили выйти на четверть ставки, так как «ребенок, толку будет мало». Третью (военнослужащую) ставили в наряд. Четвертой (с ребенком-инвалидом) отказали в смещении рабочего графика. Пятая просто поняла, что не справляется после выхода из декрета, ведь никто не помог ей адаптироваться, но зато ее лишили премии, и это тоже дискриминация.

Если во время приема на работу работодатель интересуется вашим семейным положением и количеством детей, ответьте встречным вопросом «С какой целью вы этим интересуетесь?», советует Татьяна Стрижевская. Ведь этот вопрос не касается профессиональных качеств и отвечать на него не обязательно. Правда, при этом женщина рискует войти в конфронтацию с потенциальным руководителем.

С другой стороны, его беспокойство тоже можно понять, ведь если специалист будет часто уходит на бюллетень, другим придется работать за него. Однако современный наниматель отстает от реальности, ему тоже надо меняться и понимать, что в декрет или на больничный может пойти любой из родителей, а не только матери. К нанимателю необходимо предъявлять более высокие требования. Кто останется работать, если сохранится гендерная и возрастная дискриминация? Лет через 20 пенсионеров у нас будет больше, чем трудоспособных. Тогда единственным выходом станет трудовая миграция или создание таких экономических условий, когда женщина не будет страдать от декретофобии и сможет нормально работать и растить детей.

Ирина СИДОРОК

Превью: ostro.org

Название в газете: Працаваць нельга нараджаць

Выбор редакции

Общество

Дворцы, парки, усадьбы. На Брестчине ведется большая работа по восстановлению историко-культурных объектов

Дворцы, парки, усадьбы. На Брестчине ведется большая работа по восстановлению историко-культурных объектов

Одним из первых в области начали реставрировать величественный дворец Сапег в Ружанах.

Общество

Шоппинг с дополненной реальностью. Технологии 3D-моделирования откроют новый формат торговли

Шоппинг с дополненной реальностью. Технологии 3D-моделирования откроют новый формат торговли

Наша страна занимает третье место в своем регионе по количеству бесконтактных транзакций.

Общество

 «Умные» города. Как цифровизация изменит нашу жизнь?

«Умные» города. Как цифровизация изменит нашу жизнь?

Следующий этап — создание умных городов.

Общество

Непредвиденные путешествия. Как не потеряться в лесу?

Непредвиденные путешествия. Как не потеряться в лесу?

Теплая и влажная погода толкает к тому, чтобы пойти в лес.