Вы здесь

Корреспонденты «Звязды» заглянули в закулисный мир Белорусского академического музыкального театра


Согласно одной из театральных баек, однажды некая прима заявила режиссеру, что выйдет на сцену, только если бриллианты на ней будут настоящие. «Все будет настоящее, — заверил режиссер, — и бриллианты в первом действии, и отрава в последнем»... Корреспонденты «Звязды» заглянули в закулисный мир Белорусского академического музыкального театра, который столичные жители по старой привычке называют «Музкомедией», — туда, где рождаются идеи, макеты, костюмы, реквизит и другие неотъемлемые части будущих постановок.


Закулисье театра — словно другая вселенная. Или, по меньшей мере, музей, где хранятся вещи из разных эпох и стран. В кармане сцены в одном уголке девичья фигура — статуя в античном стиле, надгробный памятник, канделябры, во втором — украшенная цветами беседка и несколько лошадей, у которых есть голова и туловище, а ноги куда-то ушли. Чуть дальше, за неизвестно чьим троном, щербато улыбается совсем нестрашный скелет, который, рассказывают декораторы, с помощью актеров лихо «отдает честь». А рядом — практически готовая венецианская гондола... на колесах. Каркас, обтянутый тканью, чтобы избежать заноз у исполнителей и продлить срок действия декораций, на наших глазах становится «деревянным». Все эти вещи в свое время оказываются на сцене и украшают спектакли разных жанров.

...Из зрительного зала наблюдаем, как на сцене предстает Венеция — арки, балконы, ажурные мостики, гондолы... Художник по свету подбирает нужные фильтры и командует помощнику: «Этот интересный, оставь, этот тоже, а этот — нет, отстой, убери и спрячь, чтобы никто не видел». В прожекторе оттенка холодного лунного света особенно таинственными кажутся огромные, почти в человеческий рост, карнавальные маски, которые скоро будут парить в воздухе.

— Это что, вот когда у нас прямо на полу будет вода, получится еще красивее», — на минуту отрывается от работы Андрей Меренков, главный художник Музыкального. — Поскольку в центре событий — любовь, то у нас основной образ — мосты, которые могут соединяться и разъезжаться, к тому же свет позволит рисовать на светло-серых, почти белых декорациях всякие чудеса...«Мне интересно делать спектакль ровно до того момента, как его увидит зритель, — признается художник-постановщик, — потом уже ничего не переделаешь, и только публика решает, получилось у тебя или нет. Но главное, что у нас все работают искренне, честно, никто не халтурит — если и команда, и цеха действуют как слаженный организм, работать — одно удовольствие. Мне есть с чем сравнивать, ведь я делал спектакли практически во всех ведущих театрах и могу засвидетельствовать: в музыкальном театре живописно-бутафорский, столярный, другие цеха — лучшие из всех».

Конечно, соглашается Андрей Меренков, после каждого сданного спектакля бывает «депрессия достижения», когда даже от хорошо сделанной работы испытываешь не удовольствие, а пустоту. Но дело в том, что в театральной стремительной жизни нет времени на рефлексию, и за одной постановкой тут же идет следующая. А если нужно восстановить сильно истраченную творческую энергию, спасает живопись. Поэтому все спектакли, поставленные в Музыкальном театре, для него, как дети, по-своему родные и любимые. Ведь, опять же, кредо — работать честно. А еще мыслить, как учил учитель — Борис Герлован. «У нас, его учеников, декорации умные. Ведь декорация — как женщина, должна не только быть красивой, но и о чем-то говорить. Тем более сейчас время другое — нужна динамика, креатив, необходимо заинтересовать зрителя и удержать внимание, чтобы он не засыпал на десятой минуте классического спектакля».

Словно иллюстрируя собственную позицию, художник берет в руки шуруповерт и помогает «главным людям в театре» собрать часть моста, чтобы тот не провалился в самый ответственный момент. А руководитель живописно-бутафорского цеха Тамара Жеран ведет нас дальше в закулисные дебри, где также бурлит работа. Вот бутафоры подкладывают в расписную миску кусочки «мяса» и «помидоры».

— Это наш повар. Что «готовит»? С большего — порезанный на кусочки пенопласт, — смеются работники цеха, — но выглядеть должен так, чтобы у зрителей с четвертого ряда слюнки потекли, а с десятого — чтобы побежали в антракте в буфет!

На столе, будто в модном магазине, разложены яркие шляпы. Все ручной работы, также как и веера, к которым одна из девушек сейчас пришивает пышные кружева, а вторая наносит рисунки. «Пойдемте, покажу, какие у нас карнавальные маски!» — Тамара Владимировна демонстрирует, каким красивым в умелых руках может получиться сочетание папье-маше, ткани и красок.

Кулисы уже готовы и находятся на сцене, теперь очередь за колоннами — ребята переносят их вниз, словно бревна на субботнике. В цеху на соседних стульях мирно сосуществуют блюда для ужина в доме зажиточного купца — рыбина с лимоном и зеленью на подносе (тоже пенопласт, но чтобы это понять, приходится чуть ли не обнюхать рыбину), античные (на самом деле — фанерные) столбы с капителями и рыцарский доспех, венчающий шлем со страусовым перьями (перья настоящие, шлем — каркас, поролон, ткань и сизо-стальные краски, с трех шагов создающие полное впечатление металла). Что-то из этого реквизита будет использовано в ближайшее время, что-то еще ждет своих постановок — например, отложенного из-за коронавируса балета «Прометей».

Художники и бутафоры говорят, что в театре для них нет простой или сложной работы — во всем нужны мастерство и фантазия: «Зрители этого процесса не видят, а нам кажется, здесь происходит самое интересное». Нам — тоже. А публике в зале приходится только догадываться, что в спектакле — бутафория, а что настоящие вещи, которым закулисные умельцы придали новую жизнь.

...В последнее время, когда из-за коронавируса отменяются или переносятся на неопределенный срок многие зрелищные мероприятия, театры, в том числе белорусские, поддерживают связь с публикой дистанционно и выкладывают часть постановок на YouTube-каналы. В Музыкальном тоже не исключают такой вариант.

...Вчера здесь дали последнее апрельское представление. С сегодняшнего дня и по 10 мая все спектакли отменены, билеты на них можно сдать в кассу не позднее даты, когда должен был состояться спектакль.

Виктория ТЕЛЕШУК

Фото Татьяны ТКАЧЕВОЙ

Название в газете: Чараўнiкi закулiсся

Выбор редакции

Общество

Галина Левина: Памятник — не конструктор и не чертеж, его надо пережить, выстрадать

Галина Левина: Памятник — не конструктор и не чертеж, его надо пережить, выстрадать

У архитектора Галины Левиной — Хатынь, творческое наследие ее отца.

Общество

Премия красоты. Ради чего люди ложатся под нож пластического хирурга?

Премия красоты. Ради чего люди ложатся под нож пластического хирурга?

Как свидетельствуют многочисленные исследования, привлекательным людям проще пробиться в жизни и они достигают в карьере большего успеха.

В мире

Как Европа восстанавливается от ковидного удара?

Как Европа восстанавливается от ковидного удара?

В этом году европейская экономика будет переживать глубокую рецессию из-за вспышки коронавируса, несмотря на быстрые и всеобъемлющие антикризисные меры как на союзном, так и на национальном уровне.

Экономика

Тонкое искусство благополучия. Составляем семейный бюджет вместе со специалистом Нацбанка

Тонкое искусство благополучия. Составляем семейный бюджет вместе со специалистом Нацбанка

2020 год поставил всех нас перед необходимостью четко планировать свои расходы.