05 декабря, суббота

Вы здесь

Чем вольновская церковь привлекает кинематографистов?


Агрогородок с красивым названием Вольно, что в Барановичском районе, — чтобы попасть туда, нужно свернуть с трассы через шесть километров после того, как проедете Зубра, — любят кинематографисты. Здесь Михаил Пташук в 1985 году снимал «Знак беды». По местной легенде — да и не легенда это вовсе, старожилы деревни могут подтвердить — самая первая премьера знаменитого фильма, еще до столичных показов, прошла именно здесь, в Вольновском доме культуры, который и сегодня находится в том же самом реставрированном старинном барском доме. Так великий режиссер отблагодарил жителей деревни за помощь в создании фильма.


К храму от ворот ведет довольно долгая дорога. Она символизирует долгий путь к духовному совершенству.

В Вольне снималась экранизация пушкинской «Метели». И совсем недавно сюда снова приезжала съемочная группа — вольновские окрестности стали «декорациями» к некоторым сценам нового историко-приключенческого фильма «Авантюры Прантиша Вырвича». Создателей картины привлекла в Вольно церковь Святой Живоначальной Троицы, построенная в 1632 году.

— Нам рассказали, что храм, который подошел бы к необходимой «картинке» на экране, съемочная группа искала по всей Беларуси и нашла только у нас, — говорит председатель Вольновского сельисполкома Наталья Ибрагимова. — В Вольновской церкви все сохранилось так, как было изначально. И хоть где-то здание подкрасили, подбелили, но мы принципиально не использовали современных материалов — пластик, металлочерепицу.

Вольновская церковь уникальна по многим параметрам. В частности, тем, что, наверное, с момента постройки здесь не было заменено ни оконного стекла, ни дверей, ни даже дверной ручки. Во всяком случае, не было изменено в последнее столетие. Никаких «новоделов». Ее Величество История — в чистом, неразбавленном виде...

Триста лет без ремонта

В первой половине XVII века, точнее, в 1632 году, Новогрудский подстоли Христофор Каменский вместе с женой Еленой Друцкой-Горской финансировали строительство на своих землях униатской церкви. С тех пор храм успел побывать и католическим (в 1768 году распоряжением хозяина имения Михаила Домысловского церковь была передана католическому приходу, а ее интерьеры — немного измененные по католическим традициям), и православным (в 1895-м храм переосвящается в православный, и в его интерьер добавляется иконостас). Но ни разу здесь не было ни глобальной реконструкции, ни даже капитального ремонта. Тем не менее храм стоит до сих пор, и по-прежнему, как и почти три сотни лет, здесь постоянно проводятся службы. Кажется, что Вольновский храм оберегает Бог, на каком бы языке в этом здании к нему ни обращались люди. Ни одна война, которая прокатилась по этой земле, оказалась не в силах его разрушить. Впрочем, можно подумать, что окрестности свободно вообще находятся под защитой небесных покровителей. Здесь неподалеку, в деревне Ишколдь, до сегодняшнего дня стоит Троицкий костел, здание которого сохранило свой облик с момента постройки — аж с 1472 года: самый старинный из неперестроенных костелов Беларуси. Здесь же, в деревне Чернихово, открывает двери для верующих деревянная Свято-Параскево-Пятницкая церковь ХІХ века. Казалось бы, дерево — материал очень непрочный. А вот церковь не сгорела ни в Первую, ни во Вторую мировые. И на холме над деревней издалека выглядит она, как будто построили ее лет десять назад...

Ну, а Вольновский храм уникален еще и тем, что относится он к одному из самых интересных стилей в истории белорусской архитектуры — Виленскому барокко. Исследователи называют этот стиль также белорусским барокко, базилианским барокко, а западные историки архитектуры предпочитают термин «рококо». Это синтез византийского и западноевропейского искусства, и толчок развитию этого стиля на территории Виленской римско-католической епархии дала Брестская церковная уния. Архитектура униатских храмов — на основе традиций местного зодчества, с учетом восточных и западных художественных влияний — выглядит весьма впечатляюще. Вольновскую церковь исследователи называют одним из наиболее совершенных образцов виленского барокко — изящество и вертикализм пропорций, скульптурная пластичность фасадов, стройность силуэта, несмотря на ажурные башни, фигурные фронтоны и «волнистые» фасады. Все это вместе создает ощущение легкости и свободы. Здание большое, но совсем не громоздкое — наоборот, кажется, что храм вот прямо сейчас, на наших глазах, медленно взлетит в ярко-синее, безоблачное небо белорусской осени.

Вольновская икона

Церковь Святой Живоначальной Троицы полностью сохранила архитектуру фасадов. Но это еще не все. Вольновский храм — тот невероятно редкий случай, когда полностью сохранился еще и униатский интерьер. Несмотря на то что католики и православные добавляли в «дизайн» помещений те или иные детали, в целом внутри церковь выглядит очень органично.

Храм в Вольно — тот невероятно редкий случай, когда полностью сохранился униатский внутренний интерьер.

— Такой лепки и балкончиков нет больше ни в одной православной церкви, — проводит для меня экскурсию староста деревни Вольно Анна Кариба.

Анна Павловна за последнее время стала настоящим экскурсоводом: говорит, туристы приезжают постоянно. Особенно в этом году, когда из-за пандемии люди начали «открывать для себя Беларусь».

Невероятно и то, что в вольновской церкви, пережив эпоху воинственного атеизма, сохранились почти все старинные иконы. Действительно старинные — не надо быть искусствоведом, чтобы это понять. Хотите посмотреть не в музее, а вот так, «вживую», и даже прикоснуться к иконам невообразимой старины — вам сюда. Исчезла только одна икона — правда, чудотворная. Бесследно затерялась или в Первую мировую, или во время революции. А история вот какая. В 1630-е годы иеромонах Лисовский подал прошение о переносе иконы Божьей Матери из Ляхович в Вольно. Униатская церковь в Вольно приняла святыню, и местечко стало религиозным центром для всех окрестных населенных пунктов. Создал икону Божьей Матери Вольновской Несвижский художник Максим Русатай. И была она непохожа к традиционным явлениям святых: бесстрастные лики, утонченные, не совсем человеческие черты — ничего удивительного, на иконах же и не люди в обычном понимании этого слова. А эта икона (сейчас в храме можно увидеть точную копию той, старинной иконы) — какая-то теплая, близкая. Кажется, так художник мог бы нарисовать любимую женщину с ребенком — нет, не жену, а, скорее, свою маму с младшим братом на руках. И младенец Иисус на этой иконе выглядит обычным ребенком — просто мальчиком, который верит в то, что люди добрые и мир вокруг полон любви.

Икона Матери Божьей Вольновской находилась в алтарной нише, где обычно в храмах помещают икону Вседержителя. И вскоре люди стали замечать, что икона эта чудотворная. В 1868 году владелица здешних мест из рода Слизней заказала для иконы новый кивот на московской фабрике Егорова. У чудотворной иконы появились драгоценные ряса и рама — возможно, на них и позарились те, кто в начале XX века забрал икону из храма.

Потом, уже в наши дни, священники Вольновского прихода искали икону или хотя бы ее следы в музеях и архивах Беларуси и России. Нашли только фотографический снимок чудотворной иконы в архивах Российской академии наук, в Санкт-Петербурге. По этому снимку и была сделана точная копия, заказанная бывшим настоятелем церкви Жизненачальной Святой Троицы отцом Алексеем Мироновичем. Писал ее художник Юрий Пискун по благословению архиепископа Пинского и Лунинецкого Стефана. И чуть более трех лет назад Богоматерь вновь заняла свое законное место в старинном храме. О новой иконе местные жители говорят, что она тоже обладает чудотворной силой.

— Хотите — верьте, хотите — нет, но икона действительно помогает людям. Я на себе испытала, — улыбается Анна Павловна.

«Простуженный» колокол

Колокола Вольновской церкви — также «настоящие», старинные, отлитые в XVIII веке. Пять немного меньших колоколов пришлось недавно заказать — к сожалению, время разрушает абсолютно все, как бы бережно вы ни относились к историческому наследию.

— Старинные колокола мы стараемся беречь, — говорит Анна Павловна. — Видите, вон тот — с трещиной. Уже мы их «лечили» много раз. Но у того, что треснул, «голос» все равно «простуженный»...

В старину к зданию храма примыкал базилианский мужской монастырь. В начале ХІХ века монастырь стал женским и православным. Здание это до наших дней не сохранилось — не осталось даже руин. Можно увидеть только присыпанные землей остатки фундамента.

Александра АНЦЕЛЕВИЧ

Фото автора

Название в газете: Вольнаўская царква, якую трэба ўбачыць хоць бы раз у жыцці

Выбор редакции

Общество

Еда как лекарство. Что съесть, чтобы стать здоровее?

Еда как лекарство. Что съесть, чтобы стать здоровее?

Мы решили расспросить специалиста.  

Общество

«Социальная болезнь». Любовь за деньги в БССР во времена НЭПа

«Социальная болезнь». Любовь за деньги в БССР во времена НЭПа

Среди сторонников теории свободной любви было много высокопоставленных большевиков и большевичек.

Общество

Министр ЖКХ Андрей Хмель: Потребителя услуги нужно услышать и понять

Министр ЖКХ Андрей Хмель: Потребителя услуги нужно услышать и понять

О закрытии полигонов, влиянии коронавируса, призывах к неплатежу за коммунальные услуги и ближайших перспективах.

Общество

В Гродно завершается первый этап реставрации Старого замка

В Гродно завершается первый этап реставрации Старого замка

Старый замок никогда не имел завершенного вида. Его неоднократно восстанавливали и реконструировали, поэтому его архитектура содержит в себе стили нескольких эпох.