Вы здесь

Тренер Сергей Грибанов: Спорт позволяет людям с инвалидностью реализовать себя


Если подбирать метафору к профессиональной карьере Сергея Грибанова, самой меткой будет — восхождение на гору. А путь туда, как известно, легким не бывает. Так и у него — разные города, разные профессии и жизненные обстоятельства. Но всегда — страстная любовь к спорту и желание проявить себя. Наконец — дошел, собрал коллекцию медалей с чемпионатов мира и Европы, Паралимпийских игр и не остановился. Сейчас Сергей Грибанов работает с паралимпийцами как тренер, физиотерапевт и массажист. Как это возможно — он рассказал «Звязде».


Фото Яна Хведчина.

— Сергей Михайлович, откуда у вас такая любовь к спорту?

— Мой отец — мастер спорта по самбо. Он военный, активно занимался военно-прикладными видами спорта. И папа всегда был или чемпионом, или призером округа. Мама каталась на лыжах, даже участвовала в соревнованиях. Видимо, любовь к спорту передалась мне через родительские гены. Но в детстве меня не брали в спортивные секции из-за нарушений зрения. Я был освобожден от физкультуры в школе, но нелегально ходил в спортивный зал в военной части, где служил папа. Мы тогда еще в Литве жили. После — работал слесарем на предприятии, там был отличный спортивный комплекс с бассейном, тренажерным залом, баней и даже боулингом. Для небольшого города Шяуляй в советское время это было в диковинку. А в 1993 году наша семья переехала в Дзержинск, и там я тоже пошел в тренажерный зал. Но спорт — это не только тренировки, это же соревнования и подготовка к ним, что и отличает спорт от физкультуры.

— И когда в вашей жизни начались систематические занятия спортом?

— В 1995 году я поступил в Гродненское медицинское училище, и там меня стали привлекать к соревнованиям, я хорошо познакомился с легкой атлетикой. А уже в 1996 году выиграл чемпионат страны по метанию диска. Потом были разные жизненные моменты. После училища работал в сельской больнице, и не всегда получалось тренироваться из-за шестидневной рабочей недели. Потом перешел на полставки и один день работал в больнице, один день — тренировался. Семья мне, конечно, спасибо не сказала, но так было надо. Моя спортивная карьера сложилась благодаря тренеру Александру Иннокентевичу Литвиненко. Он помог мне устроиться на работу в Минск, и я, наконец, смог совмещать работу и тренировки. С 1999 года у нас началось нормальное взаимодействие спортсмена и тренера, так как заниматься спортом «набегами» не очень эффективно.

— Извините за нескромный вопрос, но сколько вам было лет, когда вы начали карьеру спортсмена?

— В 1999 году мне было 27 лет и до 36 лет мои результаты только росли. В 36 лет я установил свои личные рекорды, и только потом начался спад. В первый год профессиональной карьеры, в 2000 году, я выполнил норматив на мастера спорта. А в 2001-м завоевал две медали на своем первом международном старте, на чемпионате Европы по легкой атлетике. В 2002-м завоевал лицензию на Паралимпийские игры 2004 года, где стал бронзовым призером в метании диска. И каждый год был на пьедестале или рядом с ним, но все никак не получалось победить. На Паралимпийских играх 2008 года в Пекине занял лишь четвертое место. Мог бы взять медаль, но помешали определенные организационные моменты.

— Какие?

— На Паралимпиаде в Пекине были объединены тотально слепые спортсмены и мы, атлеты с остаточным зрением. И у тотально слепых был сильный гандикап (способ уравнивания возможностей слабых участников соревнований с более сильными через представление им определенного превосходства. — прим. «Зв.»). И чтобы выиграть у тотально слепого, нужно было выступить как здоровый олимпиец. С гандикапами всегда возникало много трудностей, этот вопрос постоянно обсуждали. Потому что трудно справедливо оценивать выступления. И теперь на Паралимпийских играх разделяют спортсменов с остаточным зрением и тотально слепых.

— Для начала спортивной карьеры ваш возраст был достаточно солидным. Теперь как тренер вы взялись бы за «взрослого спортсмена»?

— Я считаю, что лучше поздно начать заниматься спортом, чем никогда. Я полноценно работаю тренером с 2013 года, и у меня ни одного спортсмена моложе 30 лет. Если человек склонен к определенной деятельности, то начинать можно в любом возрасте. Работа с паралимпийцами — это не только непосредственно тренировочный процесс, но еще и ряд организационных моментов, за которые отвечает тренер.

— Своей карьерой спортсмена вы довольны?

— Да, учитывая, что я никогда не считал себя очень спортивно одаренным человеком. У моего тренера Александра Литвиненко было два метателя — я и Юра Бучков, мы были своеобразными конкурентами. И тренировались мы одинаково интенсивно, но Юра был на шаг впереди. С течением времени я его обогнал. Спорт дал мне возможность поступить в Белорусский государственный университет физической культуры. Просто так человека с нарушениями зрения никто бы не взял, а паралимпийца — пожалуйста. Во время поступления был интересный эпизод. Комиссия смотрит аттестат, где нет отметки по физкультуре, по уставу университета зачислить такого абитуриента невозможно. А рядом — удостоверение мастера спорта международного класса, и как его не взять. Действительно, зачем мастеру спорта физкультура? Спорт позволяет людям с инвалидностью получить образование, зарабатывать деньги, посмотреть мир, благодаря выездам на соревнования.

— Как так получилось, что вы совмещали свои спортивные выступления, работу тренера и массажиста?

— Еще во время своей спортивной деятельности я на общественных началах помогал коллегам как массажист, так как имел определенные знания. Официально я закончил спортивную карьеру в 2012 году, когда занял шестое место на Паралимпийских играх в Лондоне. И после меня пригласили работать массажистом в нашу команду по легкой атлетике. Но с выступлениями я не попрощался. В 2015 году в качестве тренера готовил Александра Трипутя на Паралимпиаду в Рио, работал с Юлией Нежурой, был массажистом национальной команды и находил время на свои тренировки. И на чемпионат мира в 2015 году я поехал в трех ипостасях. И в этом же году на Гран-при завоевал лицензию для команды. И это была жирная точка в карьере. Стало понятно, что больше я такую нагрузку не потяну. И сейчас моя основная деятельность — медицинская работа, и как у тренера у меня не очень много людей.

— Сергей Михайлович, объясните, пожалуйста, в чем заключается работа спортивного физиотерапевта?

— На самом деле, называть меня физиотерапевтом не совсем правильно, это не соответствует Белорусской медицинской классификации. В наших медицинских учреждениях — это доктор, назначающий лечение, физиопроцедуры, ванны, лечебную физкультуру. Я больше занимаюсь массажем и мануальной терапией. Это улучшает кровообращение и лимфообращение, помогает психологически расслабиться. Был интересный пример. На Паралимпийских играх 2014 года биатлонист бежал два этапа одной эстафеты. И мне пришлось прямо на трассе его «восстанавливать» между этими этапами, времени, конечно, было очень мало. Но опыт был интересен. Зачем спортсменам восстановление организма, и так понятно. А сегодня, когда так остро стоит проблема допинга и когда запрещены даже некоторые витамины, роль немедикаментозных методов в подготовке спортсменов значительно возрастает. И если правильно их использовать, то эффективность тренировочного процесса увеличивается, соответственно, улучшается и результат на соревнованиях. Тем более, сейчас столько новых методов и курсов, были бы возможность и время, только и учился бы, повышая квалификацию.

— Вы рассказывали, что в своей работе используете метод прикладной кинезиологии. В чем его суть?

— Этот метод основан на мануальном мышечном тестировании, через которое можно много узнать о организме. Благодаря мышечным тестам, рефлексам можно понять, в каком состоянии находятся внутренние органы. И таким образом подобрать правильный рацион, медикаменты или даже составить план тренировки. Мышечные тесты показывают, что делается с организмом. Поскольку я активно «несу» метод прикладной кинезиологии в массы, мне хотелось бы, чтобы как можно больше специалистов им овладело. На Западе это уже достаточно распространенный метод, у нас он пока только набирает популярность.

— Работая с паралимпийцами, наверное, нужно досконально знать особенности здоровья каждого, чтобы правильно построить работу...

— За столько лет я уже досконально изучил каждого спортсмена. С физическими особенностями проще, но ведь нужно и хорошо понимать психологию человека. Часто говорят, что все болезни от нервов, но в том же медицинском училище мне не смогли объяснить, как психологические проблемы переходят в «механические». А когда я начал заниматься кинезиологией, то понял. При серьезных психологических проблемах, сильных переживаниях мышцы не работают так, как надо. И как при этом можно говорить о высоких результатах и рекордах? Психологическое состояние человека связано с физическим сильнее, чем кажется на первый взгляд. И поэтому еще одна моя задача как кинезиолога — направить мысли спортсмена в правильном направлении. И лучше это делать заранее, до соревнований. Если человек долгое время переживает, волнуется, у него перестраивается эндокринная система, меняется гормональный фон. За несколько дней трудно все это изменить. За годы работы я заметил, что много старых психологических проблем, даже не связанных со спортом, проявляются как раз во время соревнований. А где тонко, там и рвется.

— Человеку, который не занимается профессиональным спортом и не готовится к соревнованиям, следует обращаться к специалисту-кинезиологу?

— Если человек заботится о своем здоровье и хочет знать, в каком состоянии находится организм, то конечно стоит. Кинезиология рассматривает человека комплексно: мышцы, кости, внутренние органы, биохимические процессы, психологическое состояние. Она помогает найти главную причину нарушений. А как известно, в человеческом организме все связано между собой. Кинезиология помогала лечению, когда у меня болел ребенок или когда болел я сам.

— Чем в первую очередь должен обладать хороший массажист?

— Хорошими руками — они должны быть сильными, сухими и теплыми. Массажисту, как музыканту, нужен талант и врожденные особенности организма. Сила в руках, как музыкальный слух: либо есть, либо нет. В определенной степени можно натренировать руки, но без таланта большого успеха не будет. Когда я поступал в медицинское училище, у нас был профессиональный отбор, и не всех абитуриентов брали только из-за рук.

— Сергей Михайлович, до Парлимпийских игр в Токио остается меньше года. Как вы со своими спортсменами работаете по этому поводу?

— Поскольку тренерская работа — не основная для меня, подопечных спортсменов у меня немного. С Юлией Нежурой готовимся к отбору на Параолимпийские игры. В случае Юли перенос Паралимпиады на год оказался на руку. Правда, она перенесла коронавирус, который негативно повлиял на ее спортивную форму. Но, надеюсь, мы все наверстаем.

В моей группе работает мой товарищ Александр Суббота, также готовится к отбору на Игры. И я работаю с еще одним молодым спортсменом с нарушением слуха Андреем Фоменковым.

Конечно, спортсменам тяжело без соревнований, без них снижается мотивация к работе. Даже меня, опытного человека и уже недействующего спортсмена, огорчила новость о переносе Паралимпийских игр. Но ведь время идет и Игры все ближе. Надеюсь, что не отменят отборочные соревнования, ведь, честно говоря, сейчас мы живем только ими.

Валерия СТЕЦКО

Выбор редакции

Экономика

В Минске продается более 10 тысяч квартир

В Минске продается более 10 тысяч квартир

На вторичном рынке жилье продолжает дешеветь (в глобальном плане без перерывов) уже с сентября прошлого года.

Общество

Обмануть Альцгеймера. Как сохранить ясный ум до глубокой старости?

Обмануть Альцгеймера. Как сохранить ясный ум до глубокой старости?

Неужели эту тяжелую болезнь так легко обвести вокруг пальца?

Калейдоскоп

Разбираем модные мастхэвы наступающего сезона: чем пополнить гардероб?

Разбираем модные мастхэвы наступающего сезона: чем пополнить гардероб?

Мода весны-2021 предлагает несколько глобальных направлений: минимализм, унисекс и 1990-е.

Общество

Эпидемиолог — о том, нужно ли прививаться от COVІD-19

Эпидемиолог — о том, нужно ли прививаться от COVІD-19

Поликлиники уже ведут запись желающих.