Вы здесь

Нужное ненужное. Кто и зачем сегодня сдает бутылки, металлолом и макулатуру


Согласно статистике, один современный человек «производит» в год 250–300 килограммов мусора. А теперь представим, сколько ненужного оставляют за год сто человек, тысяча, миллион. Впрочем, многое из этого ненужного — на самом деле очень нужное, ведь пригодное для переработки. Переработка отходов экономит в среднем около 80–90% ресурсов и энергии, которые были бы потрачены на производство нового изготовления с нуля.


Впрочем, «ненужный мусор» иногда становится предметом спора между соседями, а нередко даже фигурирует в милицейских сводках. Например, в одном из районных центров произошла такая история: соседка украла у соседа 500 кг металлолома. Тот унаследовал родительский дом и редко в нем бывал. Предприимчивая соседка вывезла с его участка металлические вещи и сдала в пункт приема вторсырья. Обнаружив пропажу, потерпевший обратился в милицию.

С подобными историями время от времени приходится сталкиваться, говорят заготовители.

—Кто-то у кого-то ворует, сдает нам... Дело передают в следственный комитет. Правоохранители приезжают и конфискуют краденое, а ущерб мы компенсируем через суд. То есть судимся с тем, кто украл.

Правда, компенсировать ущерб получается не всегда.

— Если это алкоголик, который нигде не работает, то у него нет имущества и нечего описывать. Это наши профессиональные риски: принимая вторсырье, заготовитель ничего не знает о его происхождении.

Принято считать, что вторичное сырье — это «хлеб» алкоголиков, перманентно безработных, бездомных и других потерявшихся в этой жизни людей. На самом деле, любители выпить «плодово-выгодного» и лица без определенного места жительства — это процентов 20 постоянных поставщиков вторсырья в приемные пункты, рассказывает собеседник. В противовес распространенному мнению такие люди чаще всего честны и не обманывают заготовителя. Сдача вторсырья — их постоянная статья дохода, и если они обманут один раз, в другой с ними никто не станет иметь дело.

— Среди тех, кто сдает сельхозпродукцию и дары леса, нет ни бездомных, ни жертв зеленого змея. Ведь для того, чтобы сдать овощи, фрукты, грибы или ягоды, нужно поработать. Свалку растребушить проще, — говорит собеседник.

Лица без определенного места жительства занимаются вторичным сырьем — чаще всего это макулатура и стеклобой, рассказали в приемном пункте города Барановичи.

Почем металлолом?

Гена, «постоянный клиент» пункта приема вторсырья на окраине Минска, специализируется в основном на стеклобое. Свою историю он охотно рассказывает каждому, кто готов слушать. Правда, а что вымысел в ней, сказать трудно: сотрудники приемного пункта говорят, что каждый раз история немного новая. Но неизменно есть в ней трудное детство, финансовый взлет в 1990-е и долгие годы без крыши над головой.

— Любая стеклянная тара сдается по 20 копеек за кг, если это белое стекло. Оконное стекло тоже принимают по такой цене. Цветное стекло можно сдать по 14 копеек за килограмм. Раньше, в моей молодости, от шампанского бутылки не принимали и еще многие другие. А теперь любые идут на вес. И коньячные тоже. Можно немытые даже. Правда, некоторые бутылки принимаются, как и прежде, поштучно — из-под вина и ликера. Но их нужно чисто мыть. А вот тряпки уже не принимают пять лет, — грустит Гена.

Металл этот «контингент» сдает реже. Кстати, в приемные пункты вторсырья вообще можно сдать бумагу и картон, стеклобой, металл, полиэтилен, аккумуляторы. Металлолом сегодня сдавать выгодно — он стоит 61 копейку за килограмм. Обычно, рассказали мне в приемно-заготовительном пункте Барановичского райпо, любители выпить и лица без определенного места жительства привозят «микропартии» — на тачках, в старых детских колясках.

— Насобирали 20–30 килограммов, сдали — пошли похмелились… Ранее металлолом разделяли на черный металл, сталь и чугун, — рассказали в приемно-заготовительном пункте Барановичского райпо. — Сейчас (с 1 августа этого года) от населения принимают все вместе, по одной цене. «Белвторчермет» разделяет все сам. Металлолом сдавать особенно выгодно. За последние месяцы он значительно вырос в цене: с 20–30 копеек до 61 копейки за килограмм. И к тому же, металлолом растет в цене каждый месяц.

Про чугунные сковороды

«В день у нас иногда бывает 30 человек и даже больше», — говорит Тамара. Ее рабочее место — небольшая металлическая будка возле Минской кольцевой. В системе заготовки моя собеседница работает уже 20 лет. Говорит, ей нравится: с людьми работать всегда интересно. Публика, конечно, здесь непростая, но главное — не допускать конфликтов.

— Как правило, основной наплыв посетителей — в 9 утра, сразу после открытия, и потом после четырех часов дня, ближе к вечеру. «Черный список»? Есть такой, — смеется собеседница. — Я его в голове держу. И постоянных клиентов тоже в лицо и по именам помню. Моя работа — это общение с людьми. У каждого своя жизненная история, многие приходят не только сдать вторсырье, но и поговорить. И нужно к каждому отнестись доброжелательно и внимательно, а то ведь уйдут в другие приемные пункты. Поэтому забочусь о том, чтобы всегда в наличии было достаточно мелочи — отдать клиенту все до копейки. Ведь для многих из них даже три-пять копеек — это деньги.

«Постоянные клиенты» приемных пунктов — не только вышеперечисленные лица со сложной судьбой. Достаточно и пенсионеров, говорит Тамара. Для заядлых дачников сбор вторсырья может стать неплохим источником дохода, особенно если в семье есть машина.

Оксана Аркадьевна и Антон Глебович — пенсионеры. Вот уже пять лет безвылазно живут в собственном доме под Минском, в город выбираются нечасто. В лес супруги ходят не только за грибами и ягодами, но и за старыми «железками». Вокруг их деревни — дачные товарищества, и на свалках возле дач оказывается много всякой всячины.

Сдавать собранное на старенькой «Ниве» пенсионеры ездят в Минск, в приемный пункт возле МКАД. Ехать им — 40 минут.

— И леса становятся чище, и прибавка к пенсии. Другое дело, что в последнее время леса очистились и без нас. Металлолом сейчас в цене, и «бесхозного» металла практически не осталось. Люди все подобрали и вывезли.

Кстати, иногда люди приезжают в приемный пункт не только сдать вторсырье. Здесь случаются настоящие исторические находки.

— Мы не торговая организация, и продавать то, что нам принесли, не имеем права, — объясняет Сергей, сотрудник одного из минских пунктов приема вторсырья. — Но изредка можем пойти навстречу клиенту и поменять, например, железо на железо. Это законно. Вам понравился какой-то кусок металла, вы принесли другой такой же, тот же веса — и мы поменяли.

Так что иногда вместо денег в обмен на сданное вторсырье люди просят взять «раритеты».

— Иногда попадаются странные вещи, — говорит Антон Глебович. — Например, чугунные сковородки. Сейчас таких, наверное, уже не делают. А, между тем, никакие современные антипригарные покрытия не сравнятся с настоящей, тяжелой, советского образца чугунной сковородой. На ней никогда ничего не пригорает, все прожаривается равномерно. Современную сковороду через пару лет выбрасываешь, а чугунная — она же вечная! Мы сами готовим только на ней, и дочери подарили, чтобы она смогла оценить, как на ней превосходно готовить. Еще недавно нашли утюг — старинный, в который угли нужно насыпать. У моей бабушки такой был, я его помню с детства. Мы им не пользуемся, конечно, он просто у нас стоит — вещь интересная.

— Чугунные сковородки очень редко сдают, — объясняет Сергей. — Самовары, древние утюги — очень редко. За четыре года всего шесть штук самоваров принесли. Помню, были две старинные соломорезки для травы. А вчера вот сдали советскую каску СШ-40, образца 1940 года.

То же самое говорит и коллега Сергея из другого района столицы, Тамара:

— Попадаются ли старинные вещи? Вообще, очень редко. Бывает, несут самовары, но не слишком старые, лет 1970-х. Как-то сдали старые гири. Иногда к нам попадают книги с автографами писателей, даже знаменитых.

Сделать мир лучше

Молодых людей Кристину и Стаса в приемный пункт привели отнюдь не меркантильные соображения.

— Летом решили пожить у Стаса на даче, и захотелось помочь природе, сделать окружающую среду чище. Ведь если каждый внесет свой посильный вклад в какое-то доброе дело, объективно жизнь станет лучше. Там на дачной свалке столько барахла собралось! Мы на своей машине возим — не специально ездим, а только если в Минск надо по делам. Постепенно, но уже дачную свалку почти разгрузили. Там же и старые холодильники, и полиэтилен, и шины, и даже старые автомобильные аккумуляторы. А полученные деньги или перечисляем приюту для животных, или на счета детей, которым нужны пожертвования. Ну и кое-что идет на ремонт в нашей «однушке», — рассказывает Кристина.

Мои собеседники — студенты, планируют жениться после окончания учебы.

— Я недавно прочитал, что тонна макулатуры, например, экономит около четырех квадратных метров древесины, — добавляет Стас. — И что из вторсырья производят более тысячи наименований нужных вещей.

Кстати, о макулатуре. Помнится, в нашем детстве ее активно собирали школьники. Теперь, рассказали заготовители, дети также собирают макулатуру — в среднем два-три раза за учебный год. Принимают бумагу и картон сегодня по 20–25 копеек за килограмм.

— Картонная упаковка сейчас повсеместно входит в цену товара, — отмечает Сергей. — И эту картонную тару сдают как вторсырье и люди, и предприятия. «Евроопт», например, прессует сразу по пять тонн и потом вывозит картон целыми контейнерами.

Люди же, в основном, приносят книги — сейчас в интернете можно найти практически любой текст, и многие решают избавиться от бумажных книг, которые собирают пыль и занимают много места.

Диана РОНИНА

Выбор редакции

Экономика

Продовольственная безопасность. Овощей и картофеля хватит всем

Продовольственная безопасность. Овощей и картофеля хватит всем

Кстати, часть этой продукции направим на экспорт, в частности клюкву.