Вы здесь

... Сладостная «власть книги»


Месяц, а может и больше, на рабочем столе лежит одна и та же книга — второе издание «Власти над книгой» Олега Георгиевича Ласунского. Москва, «Книга», 1980-й... Экземпляр минского книжника Олега Судленкова. 


«Власть книги» ему подарил автор. В год издания. И книге, и автографу — уже за сорок... «Тезке моему Олегу Судленкову — в память о давних и с надеждой на будущие библиофильские встречи. Ол. Ласунский св. Воронеж-град 4. X/ 1980». Открываю обложку — и знакомлюсь сразу с двумя экслибрисами. Перед глазами — книжный знак работы томского художника В. Марьина. На экслибрисе: древний переписчик летописей. И — надпись: «Не найдется ли для „Власти книги“ местечка на Ваших полках? Олег Ласунский». А на левой стороне — экслибрис Олега Александровича Судленкова. Коршун с графически вычерченными крыльями набросился на... книгу. У второго, переработанного и дополненного издания «рассказов о книгах и книжниках» «Власть книги» — эпиграф (слова Н. Смирнова-Сокольского из его «Рассказов о книгах»): «Книга щедро расплачивается за любовь к ней. Книга учит даже тогда, когда вы этого не ждете и, может быть, не хотите. Власть книги огромна...» 

Уже все это — предмет для отдельного эссеистического размышления. А откроем книгу дальше — и в этом лирическом книговедческом повествовании, где и сухие факты наполнены эмоциональной окраской, можно безвозвратно утонуть. 

После первого, воронежского, издания «Власти книги» к ее автору пришло множество писем... «... посыпались со всех сторон читательские письма (по сию пору они бережно сохраняются в отдельной папке), — написал О. Ласунский в предисловии к изданию 1980 года. — Письма были разные. Один из корреспондентов, помнится, обвинил меня чуть ли не в идеализме. Его твердое убеждение состояло в том, что речь следует вести не о „власти книги“, а о „власти над книгой“. Тогда я оправдывался, ссылаясь на метафорический смысл заглавия и еще на что-то. А надо было бы ответить с большим достоинством: ведь, в самом деле, власть книги — прежде всего старинной, редкой, ценной — не только огромна, но и глубоко пленительна». И еще: «Среди тех, кто откликнулся добрым словом на первое издание рассказов, моему сердцу особенно дороги имена книжников-ветеранов. Многих из них, увы, уже нет в живых. П.Н. Берков, Б. С. Боднарский, В. А. Рождественский, Н. И. Мацуев, Н. С. Ашукин... Эти люди сами изведали сладостную „власть книги“ и умели поддержать в других библиофильский пыл. Великое им спасибо! Не могу не упомянуть и ныне покойного патриарха „книжного цеха“ Алексея Алексеевича Сидорова, который никогда не отказывал в дружеской помощи. 

... На многое с годами смотришь, как известно, иными глазами. Покинули этот мир некоторые мои герои — Л. А. Литошенко, С. М. Деноткин, С. П. Фортинский. Но не хотелось менять запись живых бесед с ними. Поэтому автор ограничился лишь самыми необходимыми уточнениями и дополнениями. В книгу включены новые материалы, публиковавшиеся в периодической печати последних лет. Рассказы предназначены в основном для начинающего библиофила». 

Второе издание «Власти книги» составлено следующим образом. Текст — 207 страниц — в одной книге. В качестве иллюстраций — только форзацы к разделам. Художники — Семен Верховский и Юрий Ващенко. Во второй книге — 120 страниц — только иллюстрации, с короткими цитатами к главному, что составляет тему того или другого раздела. Пролистывание второй книги, знакомство с богатейшим иллюстрационным материалом — своеобразное визуальное чтение. Олег Ласунский втягивает в читателя в «сладкий плен», доказательно, убедительно рассказывает о редких книгах, редких удачах книгособирателей, сохранивших последующим поколениям читателей что-то удивительно магнетическое... Многие страницы «Власти над книгой» — о прижизненных изданиях произведений Александра Сергеевича Пушкина, о книжниках, разыскивающих эти раритеты. 

Меня во «Власти книги» больше всего «цепляли» за живое не столько интересные истории книг, сколько рассказы о книжниках, библиофилах. Один из них — «Подвиг библиофила», посвященный воронежскому врачу Савелию Моисеевичу Деноткину (родившемуся, кстати, в Беларуси, в Березино, в 1895 году). Читаем у Ласунского: «... В его жизни всегда соседствовали две страсти — медицина и книги. Первая как будто пересилила, и он стал врачом. Он очень гордится своей профессией и всегда рад видеть бывших своих пациентов, спасенных от тяжкого недуга. 

Книги остались увлечением. Сделаться специалистом в книжном деле не довелось. 

Но пред лицом книги равны все — и официальные представители науки о книге, и просто люди, ее обожающие. Равны потому, что и к тем, и к другим она одинаково щедра...
Я люблю слушать рассказы Савелия Моисеевича о воронежской старине...» 

Первую библиотеку уроженец Беларуси, воронежский врач С. Деноткин собрал к началу Гражданской войны. Искорку книжного собирательства в душу Савелия заронил преподаватель воронежской гимназии Щемелинов, организовавший литературно-краеведческий кружок. Гимназист Деноткин зачастил в книжный магазин. Когда не хватало денег, отправлялся на Щепной базар, где шла расторопная букинистическая торговля. Продолжал покупать книги и будучи студентом Харьковского университета. Посылки с книгами отправлял в Воронеж. К началу гражданской войны молодой Деноткин стал владельцем библиотеки в три тысячи томов. Сам Савелий в это время находился в санитарном управлении штаба Южного фронта... Покидая Воронеж, белогвардейские банды Мамонтова и Шкуро мчались по Неёловской (Пятницкой). Обозы с награбленным добром неслись во всю силу... Некий мародер, воспользовавшись суматохой, заскочил в домик Деноткиных. Через минуты на мостовую полетели разорванные книги, потом повалил черный дым... Такое несчастье постигло первую библиотеку Савелия Деноткина. 

Вернувшись к мирной жизни, затиснув в душе и сердце боль по потерянным книгам-друзьям, врач начинает новое собрание. Были на этом пути и яркие удачи. Помогая рассортировать библиотеку ушедшего из жизни городского архитектора Доссе, Савелий получил в подарок «Иллюстрированный альбом к роману „Евгений Онегин“ А. С. Пушкина. 48 неизданных рисунков акад. Павла Петровича Соколова». Альбом отпечатан очень роскошно. В количестве 200 экземпляров. Деноткину попал экземпляр под номером 91... К началу Великой Отечественной войны библиотека Савелия Моисеевича насчитывала около десяти тысяч томов. Читаем у О. Ласунского: «... Зажигательная бомба угодила в дом, словно фашистский лётчик целил именно в это мирное хранилище книг. От вчерашней библиотеки осталась горка пепла. Еще можно было разглядеть черные остовы отдельных экземпляров — книги сопротивлялись, не желая умирать. Но стоили прикоснуться к ним, и они печально рассыпались в прах». Пережить такое не каждый сможет... 

Но руки у Савелия Деноткина не опустились. И когда «Власть книги» издавалась впервые, о великом воронежском книголюбе, в коллекции которого была рукопись «Горе от ума. 1824 год», Ласунский писал следующее: «Шли годы, и все выше поднимались на крутые полки тома. Сейчас они уперлись в самый потолок — их более четырех тысяч. И чуть ли не каждый день на полках появляются новоселы...» 

... Второе издание, две книги, обернутые еще в одну единую бумажную суперобложку с оглавлением и одной иллюстрацией, было выпущено тиражом 15 000 экземпляров. «Двухтомник» московского издательства «Книга» отпечатан в московской типографии N 5 Союзполиграфпрома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли по адресу : Москва, Мало-Московская, 21. 

«Власть книги», у которой в 2021 году был хороший юбилей — первое издание вышло в 1966 году, а это значит, что 55 лет назад, — требует новых встреч с читателем. Уверен: у книги будет, должен быть заинтересованный читатель. 

... Дополнением к первому изданию «Власти книги» стала глава «Драгоценные автографы», посвященная собирателю Якову Сергеевичу Сидорину и его библиотеке. Среди нескольких разделов книжного собрания Сидорина основу составляют книги XIX века. Около 1000 томов. И открывается раздел первым изданием «Слова о полку Игореве» (Москва, 1800 год). Подавляющее большинство книг в библиотеке Якова Сидорина отличается изумительной сохранностью. Отдельная часть библиотеки — издания, имеющие отношение к Воронежу, его истории. Яков Сергеевич, житель города на Неве, — уроженец Воронежа... На примере библиотеки земляка-воронежца Олег Ласунский убедительно показывает широкую роль частных собраний в историческом воспитании общества. И Яков Сидорин тоже совершил свой «подвиг библиофила», как, впрочем, и другие герои книги «Власть книги»... «... Библиотека Якова Сергеевича Сидорина, — так заканчивает раздел „Драгоценные автографы“ О. Ласунский, — может соперничать сейчас с самыми именитыми собраниями. Многолетний количественный рост книг привел в резкому качественному сдвигу: неведомая прежде частная коллекция приобрела несомненное общественное значение». Пожалуй, в этом и кроется сила книжного собирательства, его главный характер служения Книге и служения Книги... Этим — эмоциональным накалом страстей во имя служения библиофильства, книгособирательства общественным интересам — интересна, притягательна и сама «Власть книги» великого книжника XX и XXI веков Олега Георгиевича Ласунского. 

Алесь КАРЛЮКЕВИЧ

Выбор редакции

Политика

Посол Беларуси в КНР: С 1992-го товарооборот с Китаем вырос более чем в 130 раз

Посол Беларуси в КНР: С 1992-го товарооборот с Китаем вырос более чем в 130 раз

Впереди юбилей белорусско-китайских отношений — 30 лет.

Общество

Что кроме церквей и замков посмотреть на Гродненщине?

Что кроме церквей и замков посмотреть на Гродненщине?

Музей, валунов, белки, водяной мельницы и не только.