Вы тут

Евразийский союз: “каждый получает от этого проекта свое”


В рамках дискуссионного клуба «Философская и политико-правовая мысль» Института философии Национальной академии наук Беларуси прошло очередное заседание, на котором с открытой лекцией на тему «Россия в перспективе Евразийского Союза» выступил известный российский политолог, профессор экономики, директор Центра исследований постиндустриального общества (Москва) Владислав Иноземцев, с которым корреспондент “Звязды” Арсений Сивицкий пообщался о текущей ситуации вокруг строительства Евразийского союза.

иноземцев_звязда

А.С.: Беларусь, Россия и Казахстан движутся к созданию Евразийского экономического союза. Как бы Вы оценили это движение? Какие преимущества и недостатки обнажились с момента запуска Таможенного союза?

В.И.: Как таковых серьезных проблем нет. Этот проект я оцениваю положительно, так как сегодня в мире создание интеграционных экономических группировок является трендом. Единственное, о чем сегодня можно жалеть, так это о том, что Россия не сильно выигрывает от Таможенного союза с экономической точки зрения. Российский бизнес активно уходит в Казахстан, т.к. там более понятны условия регулирования бизнеса. Беларусь получает, с одной стороны, весомые преимущества за счет льготных поставок энергоносителей, с другой стороны, российский рынок для белорусской продукции очень широкий и он постоянно расширяется, потому что белорусская продукция пользуется спросом независимо от того, что говорят, например, российские санитарные врачи.

Поэтому маленькие страны типа Беларуси или страны с лучшим бизнес-климатом (как Казахстан) будут выигрывать. Россия же не может получить для себя существенных преимуществ от этого проекта, потому что рынки Беларуси и Казахстана невелики по сравнению с российским. Таким образом, Россия платит определенную цену за политическое влияние на постсоветском пространстве, за ощущение возрожденности своего величия. В итоге каждый получает от этого проекта свое: союзники России получают экономические преференции, а Россия – своеобразное моральное удовлетворение. Но чем более откры­тыми наши экономики будут по отношению друг к другу, тем больше положительных эффектов будет от Таможенного союза.

А.С.: Однако экономики Таможенного союза открыты не только друг по отношению к другу. Вступление России в ВТО привело к тому, что все Единое экономическое пространство стало функционировать по принципам ВТО, что открыло рынки для продукции из государств-членов ВТО не только России, но Беларуси и Казахстана, которые пока что не являются членами ВТО, но уже вынуждены играть по правилам этой Организации. Как сочетается вступление России в ВТО и формирование Евразийского экономического союза?

В.И.: Дело в том, что вступление России в ВТО – это давняя российская проблема. Россия вступала в ВТО 18 лет, и за это время она уже приняла большинство норм ВТО. Таможенный тариф России сейчас составляет порядка 5,5%. В принципе это очень низкий таможенный тариф, который уже не находится на том запретительном уровне, как в 1990-е годы, за исключением автомобилей, алкоголя и некоторых других товаров. Поэтому Россия постепенно в этот процесс втянулась.

На мой взгляд, Россия не потеряла ничего от вступления в ВТО. Что касается Беларуси и Казахстана, здесь существуют определенные возможности. Например, если бы сегодня между Беларусью и Россией существовали более доверительные отношения, то Беларусь могла бы фактически экспортировать свои товары, использую статус Союзного государства – по сути, брендируя свои товары как российские; элементарно через созданные в России совместные предприятия вывозить их на внешние рынки под режимом членства России в ВТО. Поэтому, на мой взгляд, следующий этап использования Таможенного союза состоит в том, чтобы Беларусь научилась использовать Союзное государство для проникновения на рынки стран ВТО.

Что касается опасности реэкспорта товаров из стран-членов ВТО на белорусский рынок, я пока что не вижу таких тенденций.

Таможенный союз дает ряд преференций, и мне кажется, что Беларусь просто должна научиться пользоваться теми лазейками, которые существуют, чтобы получать максимальные преимущества от членства в нем.

А.С.: В тоже время с момента вступления России в ВТО наблюдается сокращение российского рынка для ряда белорусских товарных групп, прежде всего, продукции машиностроения из-за конкуренции с новыми игроками, которые вошли на российский рынок с момента присоединения к ВТО.

В.И.: Я думаю, что это связано не только со вступлением России в ВТО. В России в принципе сейчас резко снижаются инвестиции. В общем и целом закупки оборудования и техники идут вниз. Снижение инвестиций за этот год составило порядка 14%. Поэтому не факт, что сокращение рынков сбыта белорусской продукции обусловлено возрастанием конкуренции с иностранными производителями.

А.С.: Для Беларуси одним из главных аргументов присоединения к Таможенному союзу являлось, помимо энергетических преференций, желание усилить свои позиции на внешних рынках. И был предложен такой инструмент, как создание союзных предприятий, холдингов, своеобразных евразийских транснациональных корпораций. Однако прошло уже много времени, а дискуссии вокруг создания холдинга МАЗа и КаМАЗа или интеграции Минского завода колесных тягачей в структуру российского военно-промышленного комплекса, опять же ситуация с выходом Уралкалия из Белорусской калийной компании свидетельствует о том, что процессы идут в другую сторону.

В.И.: В России сейчас очень сложная ситуация. Дело в том, что российская политическая элита привыкла брать все бесплатно, уровень коррупции очень высокий. Поэтому обещания для белорусских предприятий войти в какие-то производственные цепочки с российскими предприятиями – сложно выполнимая задача. Что касается ситуации с объединением МАЗа и КаМАЗа, мне сразу казалось, что успеха у этой сделки не будет. Потому что российские компании привыкли к абсолютному отсутствию конкуренции. И они готовы максимально давить своих конкурентов и договариваться, стоя на жестких позициях.

Другой пример – Беларуськалий. Насколько я помню, белорусская сторона оценила этот актив в $30 млрд. С учетом всех мультипликаторов, отношения цены к капиталу, к выручке, это не безумная цена. Беларуськалий – очень рентабельное предприятие, и оно бы прекрасно продалось на западном рынке за такую цену. Но российская сторона отказалась платить $30 млрд., потому что в России обычно вопрос покупки актива решается различными неформальными способами гораздо дешевле.

А.С.: Как Вы думаете, каковы перспективы интеграции Украины в Таможенный союз, и что необходимо сделать России для того, чтобы превратить ТС в привлекательный проект для Украины?

В.И.: Я боюсь, что Россия уже не сможет сделать ничего для этого. Потому что в Украине политика в значительной мере сочетает элементы политики и бизнеса. Многие политические деятели Украины являются одновременно крупными бизнесменами. А украинские бизнесмены сегодня заинтересованы в защите своей собственности и в легализации своих доходов и состояний в Европе. Они видят в Европе стабильность, а в России – постоянную смену правил игры и угрозы, исходящие от крупного российского капитала, на фоне которого украинские бизнесмены будут ощущать себя некомфортно.

Сегодня у Украины немало экономических мотивов быть ближе к России, но с точки зрения украинской политической элиты и бизнеса это очень рискованно. Для иллюстрации этого есть хороший пример, который часто приводят в Москве: за последние 10 лет налоговое законодательство России менялось в среднем раз в две недели! Поэтому, хотя украинский народ с историко-культурной точки зрения близок к России, политические элиты Украины будут склоняться в сторону Европы. И сегодня Россия уже ничего не может сделать, чтобы склонить Украину к вступлению в ТС. Москве нужно принять это как данность и пытаться не испортить дружеские и доверительные отношения с Украиной и ее народом.

А.С.: Збигнев Бжезинский полагает, что потеря Украины для России, как и для будущего Евразийского союза является критической точкой, после которой сам евразийский проект теряет смысл. Разделяете ли Вы эту точку зрения?

В.И.: Да, Бжезинский говорит, что потеря Украины действительно критично и может изменить всю структуру Евразийского союза. Но не очевидно, что то, что плохо для Евразийского союза, плохо и для России. Существуют и другие точки зрения. Например, известный финский дипломат и член финского парламента Киимо Кильюнен, который очень хорошо знает постсоветское пространство, придерживается диаметрально противоположной точки зрения, полагая, что присоединение Украины к ЕС в будущем может очень существенно повлиять на отношения между Россией и Европой. Он приводит аналогию с Великобританией, которая присоединилась к Европейскому экономическому сообществу в 1973 году. К этому моменту Европа, ведомая Францией, была жестким оппонентом США. И президент Франции Шарль де Голль не питал особых симпатий к американизму и выстраивал другой образ атлантизма. И когда Англия присоединилась к ЕЭС, Европа стала гораздо ближе американской позиции, потому что внутрь ее вошел американский союзник – Великобритания. Так вот, Кильюнен считает, что Украина настолько близка России ментально и политически, что, будучи внутри Европы, она не будет противником России, а наоборот – станет ее «агентом влияния» в ЕС, сократит степень враждебности и настороженности Европы в отношении России.

А.С.: А вот другой пример – Армения, которая совсем недавно заявляла о готовности подписать Договор об ассоциации с ЕС на ноябрьском саммите Восточного партнерства в Вильнюсе, а две недели назад совершает такой неожиданный ход для многих наблюдателей и заявляет о своем желании присоединиться к ТС. Чем этот ход, по-вашему, обусловлен?

В.И.: Пока что рано говорить о чем-то конкретном. Армения не подписала никакого договора с Россией, она даже не подала заявку на вступление в ТС, это была пока что только декларация армянского и российского президентов Сержа Саргсяна и Владимира Путина о желании Армении вступить в ТС. Однако эта декларация вызвала определенную напряженность в Ереване, потому что Армения не такая уж монолитная и единая страна. С учетом диаспоры, которая существует в Европе и США, Армения – это страна, которая осознанно искала пути на Запад.

Я думаю, что сейчас Путин предложил армянской стороне определенные условия, которые она не смогла отвергнуть, потому что Армения находится в геополитической изоляции. Страна ощущает себя в окружении врагов в виде Азербайджана и Турции. Я думаю, Россия озвучила предложения по сотрудничеству в военной сфере, выделению кредита. В Армении не все согласны с этими предложениями. Но в отличие от России, у Армении достаточно высокий таможенный тариф. Как говорят армянские эксперты, в случае, если Армения подписывает соглашение о ТС, она теряет пошлин на $ 300 млн. в год. Для армянской экономки это очень большая цифра.

Поэтому переговоры по вступлению Армении в ТС будут очень сложными. Но пока, как мы видим, это желание Путина взять реванш за Украину, это определенный торг, который окажется очень выгоден для Армении, потому что от наверняка приведет к открытию российского рынка для армянской продукции, дополнительным российским кредитам, вероятно, упрощению процедур регистрации армянской мигрантов в России и кредитным поставкам российского вооружения.

Но с геополитической точки зрения для России это сомнительный ход, потому что она фактически получает союзника, блокированного довольно враждебными силами, не имеющего общей границы с ТС.

А.С.: По вашему мнению, какие меры должны предпринять элиты Беларуси, России и Казахстана для того, что бы евразийский проект состоялся как успешный?

В.И.: На мой взгляд, чтобы процесс пошел и завершился успешно, его необходимо перевести в режим естественного развития. Что я имею в виду под этим? Участникам будущего Евразийского союза, прежде всего российской стороне, необходимо вынести вопросы экономической интеграции во внеполитическую плоскость, создать специальный механизм, который бы вырабатывал принципы регулирования общего экономического пространства, и на которой не влияли бы политики. Если вдруг происходит какой-нибудь экономический спор, он должен решаться посредством этого специального механизма без вмешательства президентов, премьер-министров и т.д. В этом случае, мы бы могли наблюдать значительный прогресс в развитии ТС. То есть новый союз должен строиться по подобию Европейского, где политические и экономические вопросы разделены между собой.

 

Минск

 

Это перевод оригинального материала газеты "Звязда".

 

Выбар рэдакцыі

Грамадства

Чаму ў старасці псуецца характар, з'яўляюцца бяссонніца і трывожнасць

Чаму ў старасці псуецца характар, з'яўляюцца бяссонніца і трывожнасць

Аб праблемах старэння і тым, як заўважыць і, магчыма, прадухіліць розныя псіхалагічныя захворванні ў пажылых, мы паразмаўлялі з урачом-псіхатэрапеўтам Гарадскога клінічнага псіхіятрычнага дыспансера Марынай Шчаслянок.

Грамадства

«Беларусь у маіх вачах». Блогер Паліна Амяльянчык выбірае малавядомыя маршруты для падарожжаў і адкрывае нечакана цікавыя факты з гісторыі роднага краю

«Беларусь у маіх вачах». Блогер Паліна Амяльянчык выбірае малавядомыя маршруты для падарожжаў і адкрывае нечакана цікавыя факты з гісторыі роднага краю

Акрамя фотаздымкаў храмаў і руін былых сядзіб, практычна кожны пост Паліны суправаджаецца яркімі біяграфіямі землякоў. 

Грамадства

Канфуцый «прапісаўся» ў Мінску. Гутарым з дырэктарам Рэспубліканскага інстытута кітаязнаўства імя Канфуцыя БДУ, былым паслом Беларусі ў Кітаі Анатолем Тозікам

Канфуцый «прапісаўся» ў Мінску. Гутарым з дырэктарам Рэспубліканскага інстытута кітаязнаўства імя Канфуцыя БДУ, былым паслом Беларусі ў Кітаі Анатолем Тозікам

20 студзеня Беларусь і Кітай адзначаюць 29-ю гадавіну ўстанаўлення дыпламатычных адносін паміж нашымі краінамі.