Вы здесь

Наш Евразийский остров мира


Только сильная, независимая позиция, такая как у Беларуси, поможет сохранить его.

Беларусь, выступившая вместе с Россией и Казахстаном инициатором создания Евразийского экономического союза, стала на сегодня настоящей международной дипломатической площадкой — для переговоров по самым важным и больным вопросам. Подобно Вене и Женеве, Минск уже неоднократно мирил, казалось бы, непримиримых оппонентов. Так, может, уже настало время сделать первый шаг на пути интеграции интеграций, к которой давно призывает Президент Беларуси? Об этом — наша беседа с руководителем Аналитического центра EcooM, членом Совета Аналитической ассоциации ОДКБ Сергеем МУСИЕНКО.

20-8

20-8

 

— Сергей Григорьевич, каким образом так получилось, что наша маленькая Беларусь вдруг, за столь короткое по историческим меркам время, не только смогла стать настоящей переговорной площадкой и евразийского, и международного масштаба — к позиции нашей страны сегодня всерьез прислушиваются и делают свои выводы политики мирового уровня?

— Начнем с того, что все это получилось не вдруг. Мы, белорусы, просто порой не осознаем отчетливо, что наша столица, Минск — это вот уже почти четверть века столица СНГ. Структуры, которая была изначально создана для «цивилизованного развода» постсоветских стран — как предполагали тогда, на считанные месяцы или на год-другой. И очень во многом именно наша позиция удержала СНГ от полного разрыва экономических связей и способствовала установлению новых связей и контактов — кстати, в том числе миротворческих. Мы помним, как здесь, у нас, проводились встречи представителей Грузии и России, когда происходил конфликт в Южной Осетии, и помним целый ряд договоренностей в рамках той же минской группы по Нагорному Карабаху. Мы как раз уже много лет реально демонстрируем такой мирный потенциал и такую площадку предоставляем.

И мне, как гражданину Беларуси, приятно, что сегодня нашего лидера, его позицию сравнивают с лидерами и с позициями лидеров таких великих стран, как Россия, Китай, Индия. Двадцать лет назад мы о таком не могли и подумать! Само название нашей страны в мире путали, не знали, где мы находимся, хотя мы и одни из учредителей ООН. Так, вроде какой-то осколок бывшей Российской империи. А сейчас о нашей стране знают во всем мире, и наш руководитель сегодня не затеряется среди десятков других глав небольших стран — о нем знают практически везде, его имя на слуху. И это прежде всего — плоды нашей независимости, а точнее нашей независимой государственной политики. Потому что мы все годы независимости, будучи верны всем своим союзническим обязательствам (и в Союзном государстве, и в ОДКБ), тем не менее, по каждому международному событию, по каждому политическому вопросу имели свое собственное, независимое мнение.

Давайте задумаемся: почему наша миротворческая площадка по конфликту в Украине была принята в прошлом году и украинской, и российской, и немецкой, и французской сторонами? Да потому, что мы всегда занимали очень выверенную позицию, и эта позиция определялась не сиюминутной выгодой. И наш руководитель, и наша страна в целом — мы относимся к проблемам мировым, а тем более к тем, которые у наших братьев происходят, как к своим.

— К сожалению, мало кто из аналитиков, обсуждая итоги прошедшей 70-й сессии Генассамблеи ООН, обратил внимание на тот факт, что на нынешнюю юбилейную сессию самой авторитетной международной организации и Россия, и Беларусь пришли уже не только как суверенные государства — учредители ООН, но и в качестве членов нового интеграционного объединения — Евразийского экономического союза. Которое, к слову, очень мощно и стремительно, по тем же историческим меркам, расширяется, включая на сегодня уже пять государств. И в том же выступлении Президента Беларуси призыв к интеграции интеграций, между Евросоюзом и Евразийским экономическим союзом (и даже шире) прозвучал уже не просто как благое пожелание на будущее, а фактически как совершенно конкретное приглашение к диалогу. Как вы считаете, могут ли страны Запада всерьез прислушаться к этому приглашению?

— Вопрос об интеграции интеграций — Евразийского экономического союза (а до того Союзного государства) и Европейского союза поднимался Александром Лукашенко давно. Для нас и раньше было совершенно очевидно, что без интеграции с Евросоюзом не обойтись, особенно через нашу территорию, потому что наша западная граница сейчас — это граница Евразийского экономического союза и Евросоюза. Надо строить отношения, надо все выравнивать, и поэтому тот режим санкций, который не мы придумали — хотелось бы, чтобы он был снят Европейским союзом. Потому что это надуманные вещи, и они мешают реальной интеграции. И призыв нашего Президента к интеграции интеграций мог бы стать, при наличии доброй воли всех заинтересованных сторон, первым реальным шагом в этом направлении. Просто надо, чтобы наши партнеры из Евросоюза наконец одумались и повернулись в сторону прежде всего своих национальных интересов.

То есть процесс интеграции, и тем более просто общения с Евросоюзом, для нас, белорусов, никогда не прекращался. Мы были и остаемся открыты для сотрудничества.

И вы думаете, европейцы в массе своей всего этого не понимают, не чувствуют? В том же Евросоюзе сколько примеров, когда и представители бизнеса, и многие разумные политики хотят активнее сотрудничать с нашей страной, они видят в этом и свою выгоду, и хорошую перспективу, но их правительства, которым из-за океана диктуют, что делать, фактически жертвуют их национальными интересами в угоду интересам американским.

Вы посмотрите, с какими лозунгами выходят на демонстрацию граждане Германии в Берлине? Они прямо обвиняют немецкое руководство в сдаче национальных интересов Германии в угоду Америке. И это происходит не только в Германии, но и во многих европейских странах, потому что люди возмущены. То есть это видно не только нам, это видят и европейцы. И они прекрасно понимают, что та же ситуация в Украине, и все эти «цветные революции», особенно на Ближнем Востоке — все это подрывает безопасность Европы. Ведь потоки беженцев устремляются не за океан, в США, а именно в Европу. При том, что ситуация была изначально прогнозируема. Тот же Муаммар Каддафи их предупреждал — что вы делаете, вы ведь уничтожаете те силы, которые сдерживают толпы мигрантов из Африки в Европу! Но кто его слушал? Его убили, растерзали без суда и следствия! А он оказался абсолютно прав: толпы мигрантов из Африки ринулись в Европу. И то, что творится сегодня, — это только начало.

— Сергей Григорьевич, мне кажется, у любого думающего человека после выступлений на прошедшей сессии Генассамблеи ООН президентов Беларуси и России осталось двоякое чувство. С одной стороны, это одобрение и поддержка позиции наших лидеров относительно накопившихся в современном мире тяжелейших проблем и угроз. А с другой — меня, к примеру, не оставляет тревожный вопрос: а что же все-таки дальше будет? Сможем ли мы сохранить для наших детей и внуков наш на сегодня уже огромный евразийский остров мира, стабильности и, как ни крути, определенного достатка? И что для этого всем нам нужно сделать?

— Безусловно, потенциал развития у Евразийского экономического союза есть, причем огромный. Но он может быть реализован только в условиях четкой и внятной позиции всех его участников. Чего греха таить, по многим вопросам евразийского экономического строительства хотелось бы более слаженной работы с учетом интересов и малых стран — без всяких, так сказать, изъятий и ограничений. Потому что союзы развиваются, когда есть учет интересов не только больших, но и малых стран. Мы, например, уже доказали многократно, что как партнеры и союзники полезны Российской Федерации. Россия нам также, безусловно, дает огромное преимущество как союзник и партнер — и в экономике, и во внешней политике, где мы совместно выступаем и с площадки ООН, и с других международных площадок.

И вместе с тем Беларусь нашла свою особенную, причем совершенно естественную, геополитическую нишу: мы стали межрегиональной дипломатической площадкой. О чем речь? В Европе на протяжении десятилетий определились признанные центры международной дипломатии — Женева и Вена. А в регионе бывшего СССР таким центром стал Минск — для кого-то, может, неожиданно, а на самом деле закономерно. И нам надо дальше развиваться с этих позиций, стараясь находить некий новый, интеграционный баланс этих дипломатических центров. Я считаю, это было бы выгодно и для Евросоюза, и для Российской Федерации, и для Республики Казахстан, и в целом для всего Евразийского экономического союза.

Со своей стороны, Казахстан и Россия могли бы сильнее развивать в этом отношении китайский вектор, как соседи этой великой державы. Хоть и у нас на сегодня уже есть очень сильный собственный китайский вектор. То есть сейчас, на мой взгляд, пусть непросто, но уже складывается такой взаимовыгодный для нас, евразийцев, европейцев, да и для других «центров силы», баланс векторов и интересов. А баланс — это не стагнация, это как раз возможность развития. Это единственный путь к взаимовыгодному сотрудничеству, без которого не может быть стабильности в мире.

По поводу уверенности в своем завтра, я бы все-таки смотрел на наше будущее скорее с оптимизмом. Наша независимая государственная политика приносит свои плоды, и все инсинуации вокруг нее отпадают, как шелуха. Посмотрите: Евросоюз уже рассматривает временную отмену санкционных «черных списков» (понятно, что они постараются при этом «сохранить лицо», иначе на что тогда списать все эти 20 лет санкционной войны против Беларуси?). И я надеюсь, мы доживем до того счастливого момента, когда станем равноправными участниками самых представительных форумов и на европейских, и на американских площадках, причем без всяких сослагательных наклонений.

Что же до нашего будущего в целом, то здесь мне не совсем понятно, почему мы порой, заглядывая на два-три года вперед, так сказать, в ближайшее будущее, не оглядываемся на наше уже прилично отдаленное прошлое? А ведь стоило бы. Потому что, поверьте, двадцать лет назад мы находились в гораздо худшем положении. Без современной промышленности, без национального самосознания, без государства. Наши люди, как и те же граждане бывших советских республик, невнятно очень понимали, что это такое — независимое государство. Они понимали Советский Союз, все остальное было смутно.

Вспомните: в те годы, в начале 90-х, настроения — о каком будущем кто тогда думал? Люди думали о том, как выжить, как прокормить свои семьи! А что мы имеем сегодня? Перечислять не буду, все и так известно. Причем, что показательно: отдельные страны, имевшие на тот момент потенциал — и промышленный, и сырьевой, и климатический — намного лучший, чем у Беларуси, сегодня по большинству тех же промышленных и социальных показателей остались далеко позади! Хотя это, наверно, тема отдельной подробной беседы. То есть, думая о будущем, давайте посмотрим на саму тенденцию нашего развития за последние двадцать лет, при том, что в этот период мы пережили два мощнейших мировых экономических кризиса, последний из которых еще и не закончился. И тогда, быть может, наше будущее не покажется для нас таким уже неопределенным?

Андрей БОБОК

Фото БЕЛТА

Выбор редакции

Общество

Гороскоп на эту неделю

Гороскоп на эту неделю

ВОДОЛЕЙ. На этой неделе добиться успеха сможете только с помощью личных организаторских умений и новых идей.

Общество

Арктическое вторжение на смену теплому воздуху. Когда ждать первый снег? Прогноз от Дмитрия Рябова

Арктическое вторжение на смену теплому воздуху. Когда ждать первый снег? Прогноз от Дмитрия Рябова

С чем связана такая осенняя изменчивость погоды и когда ждать первый снег.

Общество

Кто рискует заболеть раком молочной железы?

Кто рискует заболеть раком молочной железы?

На первом месте — наследственный фактор.