Вы здесь

Жизнь после спайса


Какой она сложилось у тех, кто когда-то сделал опрометчивый шаг.

Несколько лет назад Беларусь узнала о спайсах: об опасных курительных смесях заговорили все, а для органов правопорядка эта проблема стала одной из приоритетных. В последнее время чудовищных новостей стало меньше, - оборот синтетических смесей в стране действительно удалось сократить. Но насколько? Мы знаем только о жертвах спайсах, попавших в поле зрения медиков или милиции. А что стало с остальными сотнями и тысячами белорусских подростков, которые когда-то не удержались от затяжки? 


Узяў­шы ў ру­кі гэ­тую дрэнь... ад­ной­чы мож­на  ад­чуць на іх на­руч­ні­кі.

изменены). - Сам я попробовал "химию" лет в 15. Тогда она как раз набирала популярность, так как еще не была запрещена. Сначала курил естественную "травку", а потом в летнем лагере ко мне в руки попали "миксы". Я тогда еще вообще не знал, что это такое. Чуть позже они появились и в Могилеве и стали доступными для всех: карманных денег на их хватало, достать было не сложно.

Избежать зависимости от "химии" Максиму, по его словам, помогло то, что они с друзьями не курили слишком часто.

- К тому же, в трети случаев меня от нее тошнило, - рассказывает он. - В конце концов это просто надоело, хотя я часто все же соглашался покурить просто со скуки. Да и отрываться от окружения не хотелось. Но окончательно отказался от "миксов" после того, как стал наблюдать за другими и самим собой в "обкуренном" состоянии. Было заметно, насколько сильно снижаются способности мозга, исчезает интерес к тому, что происходит вокруг.

Вера также впервые попробовала спайс в старших классах. До 15 лет она, как сама говорит, была тихим, зажатым, "домашним" ребенком, и ее день был разделен между школой, "музыкалкой" и чтением книг. А в 16 появились новое «хобби» и новые друзья.

- Однажды друг позвал меня "покурить", и у него был именно спайс. Я уже тогда без предвзятости относилась к теме наркотиков, много читала о опытах с LSD, о том, как психотропные вещества влияют на сознание человека, - объясняет Вера. - Правда, именно о спайсе я тогда не знала совсем ничего - да и сейчас плохо представляю, из чего он состоит химически. Мой первый опыт курения оказался ужасен. Это был самый настоящий "бэд-трип" из всех, которые только можно представить. Я в буквальном смысле чувствовала, что попала в ад ... Как только меня "отпустило", поклялась, что больше никогда не буду употреблять эту дрянь. Но слово держала недолго - примерно через месяц снова попробовала ... К счастью, период увлечения спайсом длился недолго, я быстро заметила, что после употребления как будто тупею: хуже соображаю, больше ленюсь, не чувствую интереса ни к чему. У меня еще, к счастью, не успела развиться зависимость, и я просто перестала курить его. Но знаю, что за тот короткий - около месяца - период применения спайса я успела упустить множество возможностей и потеряла некоторых из очень важных для меня людей, - это и сейчас меня волнует.

У Артема история с "химией" началась позже - на третьем курсе, когда он искал квартиру в Минске и некоторое время жил у друга, который курил спайс.

- Достать тогда "миксы" было довольно легко: найти сайт распространителей и позвонить. На том конце девушка отвечала, где сегодня стоит продавец. Спайс в то время стал популярным, потому что был легальным - существовал список запрещенных веществ, куда он не входил. А потом, когда начали запрещать, быстро появлялись химические аналоги.

Сначала никаких негативных эффектов спайса Артем, по его словам, не испытывал.

- Но бывало и страшно, - не отрицает он. - Однажды, превысив привычную дозу, я "выпал". А когда пришел в себя, мне рассказали, что я начал танцевать какие-то странные танцы, а потом упал на пол, начал дергаться, пена изо рта пошла. Но даже после этого я курить не перестал.

Всего "под спайсом" Артем провел год.

- Не замечаешь, как твоя жизнь сводится к схеме "проснулся - позвонил продавцу - поехал по дозу - курнули - проснулся ...". Я «соскочил» по инициативе все того же друга, с которым и начинал. Вышла очередная запрет, и мы просто перестали покупать эту дрянь.

После того, как Артем бросил, начались панические атаки - было страшно ездить в метро, ​​периодически накатывает беспричинный страх.

- Все это проходило очень постепенно, - поясняет Артем. - Только недавно все прекратилось.

Витебчанка Марина первый раз попробовала спайс в конце 10-го класса, она приехала в Минск на концерт и перед ним зашла к друзьям-потребителям.

- Не было плохо или хорошо, было просто по-другому, мир с ног на голову перевернулся, - говорит Марина о свой первый опыт. - Через некоторое время я почувствовала себя неловко, меня тошнило. Отсиделась в ванной пару часов - а мне казалось, что прошла вечность. Очнулась - и сразу уснула, на концерт так и не попала.

После такого "кайфа" возвращаться к спайсу Марине не хотелось. Но через некоторое время страх уступил место любопытству... Денег на новые попытки не было, поэтому вместе с подругой Марина решила возить курительные смеси из Минска в Витебск и перепродавать знакомым с небольшой наценкой.

- Это продолжалось всего месяца три или четыре, но этого хватило. Я и от других слышала такие истории: ты куришь несколько раз в неделю, по-прежнему ведешь обычную жизнь, а потом вдруг видишь в зеркале наркомана. Я не просто похудела и стала плохо выглядеть. Настоящим кошмаром стало то, что я начала забывать слова, допускать ошибки, заговариваться. Все это "развитие" через новые ощущения вдруг превратилась в явную деградацию. И в момент осознания мне было очень просто отказаться от употребления. Опасность спайса кроется в том, что до того момента, когда ты поймешь, что что-то не так, это "не так" уже давным-давно произошло, - уверенно Марина. - Прошло пять лет, но я так и не восстановилась полностью. Я больше не говорю слаженно и красиво, мне трудно запоминать большие объемы информации. Галлюцинации, которые возникали под спайсами и когда-то очень меня напугали, время от времени возвращаются - просто так, на улице, в метро. Я осознаю, что это иллюзия, но она настолько реальна, что не могу с ней справиться. Несколько раз из-за этого я срывалась и бежала домой, пропускала какие-то важные события. И вообще, довольно трудно общаться с людьми. По сути, конечно, ничего нового я не скажу: спайс - это дрянь, которая высушивает мозг и превращает тебя в зомби, заставляет делать страшные вещи...

Владимир ИВАНОВ, заведующий 21-м наркологическом реабилитационным отделением  РНПЦ психического здоровья:

- В нашем отделении динамика положительная. Если три года назад одновременно находилось человек пятнадцать потребителей спайсов, то сейчас - три-четыре человека. По одному отделению нельзя говорить о ситуации в стране, но могу сказать, что потребителей действительно стало меньше. Однако молодежь все еще употребляет: в нашем отделении жертвы спайса - в основном люди в возрасте от 18 до 21 года.

По словам заведующего наркологического отделения, к медикам потребители спайса обращаются обычно не по своей воле, а под давлением обстоятельств: сюда их приводят родители или направляют на принудительное лечение правоохранительные органы.

- В среднем от начала применения к контакту с нами проходит год-полтора, - рассказывает врач. - Организм за это время сильно разрушается: к некоторым в руки попадают очень сильные смеси, которые плохо влияют на мозг, вызывая нарушения памяти. Исходя из моей практики, самое трудное последствие употребления спайсов - слабоумие. Из-за курения у человека нарушается способность рассуждать и правильно оценивать ситуацию.

Ответы на все вопросы на тему наркологической помощи в Беларуси вы можете получить по анонимному телефону доверия, который работает на базе РНПЦ психического здоровья: 8801100 21 21. Услуга бесплатная для звонков с телефонов стационарной сети.

Екатерина Жорова, студентка IV курса Института журналистики БГУ.

Выбор редакции

Культура

Минск 1941. Как это было

Минск 1941. Как это было

Небо почернело от самолетов.

Культура

22 июня 1941 года разделила жизнь белорусов на «до» и  «после»

22 июня 1941 года разделила жизнь белорусов на «до» и «после»

Они еще не знали, что впереди — долгие три года жизни под оккупацией.

Общество

Игорь Петришенко: ЦТ — соревнование, и победа в нем должна быть честной!

Игорь Петришенко: ЦТ — соревнование, и победа в нем должна быть честной!

Социальное дистанцирование и наполняемость до 50 человек — таковы требования к аудиториям ЦТ.