Вы здесь

Три составляющие философии Евгения Евтушенко


В выходные не стало Евгения Евтушенко. Вспоминаю встречу более чем 20-летней давности... 5 января 1996 года ко мне, штатному сотруднику областной газеты, забежала коллега и сказала: "На день в Брест приехал Евгений Евтушенко. Сейчас он в горисполкоме. Если успеешь, считай, что я подарила тебе тему".


На звонки и согласования времени не было, прихватив блокнот и диктофон, я отправилась, что называется, на удачу. И удача настигла прямо в приемной председателя горисполкома: там никого не было. Видимо, секретарь отлучилась в столовую, чтобы заказать обед для гостя. Потому я беспрепятственно распахнула дверь первого кабинета городской администрации, и тогдашний мэр Алексей Андреевич Овечкин встретил меня словами: "Хорошо, что ты пришла, поможешь мне поддерживать литературную беседу". В это время московский гость еще приводил себя в порядок с дороги. Через минуту он вышел к нам, и с первых слов стало ясно, что опасения брестского градоначальника по поводу исключительно литературной беседы оказались напрасными. Российский поэт прежде поинтересовался экономической ситуацией в независимой Беларуси, а также в отдельно взятом городе Бресте. Он спрашивал, как живут люди, какие у нас зарплаты, доступна ли медицина, в каком положении находится культура. И председателю горисполкома пришлось сделать приличный социально-экономический обзор, говорить о проблемах крупных предприятий и зарождающемся бизнесе.

Потом зашел разговор о самом нашем городе, который поэт Евтушенко хорошо помнил и знал. Здесь в 1982 году он впервые читал свою новую поэму "Мама и нейтронная бомба". Вспомнил свое выступление 14-летней давности и заметил: "Хоть вы нынче и в другом государстве, но Брест в сознании каждого советского человека — особый город".

И когда Алексей Овечкин подарил гостю книгу о Брестчине, Евтушенко попросил подписать ее Маше, своей жене. С какой любовью и теплотой он говорил о Маше! Рассказывал, что она очень хотела приехать сюда, походить по крепости... Но, во-первых, это очень короткая поездка, во-вторых, она устала. Все-таки — двое маленьких детей, пяти и шести лет, а семья совсем недавно вернулась из Америки.

Когда стало ясно, что время официальной встречи подходит к концу, автор этих строк спросила маститого литератора о возможности интервью для нашей газеты. Он, как деловой человек, взглянул на часы и сказал, что приглашен на обед руководителем города. Если корреспондент согласится разделить трапезу, эти два занятия можно совместить, а другого времени у него, к сожалению, не будет. Алексею Андреевичу оставалось только красноречивым жестом и широкой улыбкой засвидетельствовать и мое приглашение на обед. Таким образом, интервью состоялось прямо за обеденным столом.

Где-то в разгар трапезы я робко спросила собеседника, правда ли, что он одним из первых в России выступил против антиалкогольного закона. "Что значит "одним из первых"?! — повысил голос писатель. — Я был первым, кто в "Литературной газете" заклеймил эту бездарную кампанию". Потом он долго и возмущенно говорил о преступной бесхозяйственности на грани вредительства — уничтожении плантаций виноградников и прочих "инициативах". Уже не помню, по каким причинам я не включила эту часть беседы в газетный вариант интервью. Но вспомнить то праведное возмущение довелось не так давно в Пинске, когда директор местного винзавода почти слово в слово воспроизвел мысли российского литератора.

Евгений Евтушенко очень интересно рассуждал о политике, о жизни в России, с болью говорил о вооруженных конфликтах того времени, заинтересованно расспрашивал нас обо всем. Несколько неожиданно он высказался о брестских средствах массовой информации: "Оклахома, где я теперь живу, — город значительно больший, чем Брест, и там одна газета, а у вас — три". А потом поступил как истинный житель Оклахомы. Когда перед встречей в музыкальном колледже подбежала коллега с просьбой об интервью, он ответил: "Я дал интервью другой газете, она вас опередила".

На том памятном обеде он рассказывал о своих студентах, которым читает курс русской литературы и историю европейского и русского кино, о террористическом акте в Оклахоме, и своей студентке, что потеряла родных... А еще мне очень хорошо запомнилось его ностальгическое замечание: "В Америке есть все, но нет антоновских яблок. И их мне очень не хватает".

Обед прошел весело и непринужденно. Евгения Александровича нисколько не смущал включенный диктофон. Он остроумно шутил. В нем удивительным образом легко сочетались мощный интеллектуал с простым и приятным человеком. На прощанье гость подарил мне свою книгу "Ягодные места" и расцеловал в обе щеки на глазах удивленных работниц горисполкома. Книгу он подписал в своем стиле.

Снимки писателя Валерий Король сделал уже на вечере встречи в музыкальном колледже, где поэт читал стихи из нового сборника, представлять который спешил к следующему дню в Москву.

Вот несколько фрагментов того интервью, которые представляются мне особенно интересными.

...Вы меня о строчках спросили. С одной стороны, "если будет Россия — значит, буду я", и с другой — "я хотел бы родиться во всех странах". И еще третье: "если есть на свете Бог, то это все-таки женщина". Любовь к родине, к человечеству, к женщине как высшему существу — и есть три составляющих моей, если хотите, философии.

...Кстати, после издания поэмы "Мама и нейтронная бомба" произошла совершенно неожиданная вещь. Там я, если помните, написал, что один мой дед — латыш по фамилии Гангнус, другой дед по материнской линии — белорус Ермолай Евтушенко, оба погибли в сталинские времена. А во время войны мама мне сменила фамилию на Евтушенко, потому что учительница физкультуры говорила детям, что я немец и со мной дружить нельзя.

Поэма вышла в Германии. И мне вдруг сообщают, что в Германии у меня есть родственники. Меня встретили там и показали генеалогическое древо. Оказывается, мой дед был олатышившийся немец, а в Германии жил его брат. Родственники достают из альбома фотографию брата моего дедушки в форме майора вермахта, рассказывают, каким изумительным человеком он был, талантливым резчиком по дереву, а в армию ушел по мобилизации. Мог ли я тогда, ненавидевший немцев как символ фашизма, предположить, что я еще и немец?

Видите, как все перепутано. Мы ничего не знаем, откуда идут наши корни. Какими-то узами мы все соединены с древними греками, и это все трудно понять. Вот я уже знаю, что я — русский, латыш, белорус, украинец, поляк, немец и татарин.

— Насколько мне известно, вы отказались получать орден Дружбы народов.

— Я не пошел в Кремль за этим орденом. Ну какая дружба народов, когда кругом война, свои убивают своих?

Беженка из Баку, медсестра, мне рассказала историю. Азербайджанцы-погромщики ворвались в родильный дом. А няня перепутала все бирки у детей и сказала им: "Теперь вы никогда не узнаете, кто тут азербайджанец, а кто армянин". И тем спасла детей. Я написал такие строки: "Мы из родилки общей, из пробирки. Бог беспощадным топором нам до рожденья перепутал бирки. И каждый наш погром — самопогром".

— Вы были депутатом Верховного Совета СССР. А теперь в партиях, движения не состоите?

— Это был опыт. Если бы я не стал депутатом, то не написал бы роман "Не умирай прежде смерти". Некоторые свои слабые стихи я не буду включать в собрание сочинений, а вот все выступления на съездах народных депутатов включу. Мне за них не стыдно.

А теперь нет, не состою. Знаете, я никогда не был коммунистом, но никогда не был и антикоммунистом. В партии состояла моя мама, очень чистый и добрый человек.

...Мы сделали ошибку, когда провели насильственную коллективизацию, но такая же ошибка — делать насильственную капитализацию. Нужно, чтобы все развивалось естественно, эволюционно. И это не бесконтрольность. Это доверие самой жизни. А доверие, на мой взгляд, есть высшая форма контроля.

Светлана ЯСКЕВИЧ

Фото Валерия КОРОЛЯ

Название в газете: Любовь к Родине, к человечеству, к женщине – или Три составляющие философии Евгения Евтушенко

Комментарии

С большим вниманием и удовольствием прожил это время Вашей встречи с дорогим мне и всем людям Человеком - Евгением Евтушенко. Спасибо проф. Роман Трахтенберг, Реховот

Выбор редакции

Общество

Если вор молчит, за него «говорят» следы. Разоблачить преступника поможет трасология

Если вор молчит, за него «говорят» следы. Разоблачить преступника поможет трасология

Банда грабителей «попалась» благодаря отпечаткам специального инструмента.

Калейдоскоп

Гороскоп на эту неделю

Гороскоп на эту неделю

ОВЕН. На этой неделе вы сможете выгодно проявить ваши деловые качества, что благоприятно скажется на профессиональных успехах.

Общество

Старинные усадьбы Гродненщины. Ищем балы, приведений и вдохновение

Старинные усадьбы Гродненщины. Ищем балы, приведений и вдохновение

Одни из самых интересных уголков нашего края зачастую не видны с трасс и, бывает, к ним не ведут специальные указатели, а лишь проселочные дороги.

Общество

Журналист «Звязды» проконтролировал ношение масок в общественных местах

Журналист «Звязды» проконтролировал ношение масок в общественных местах

Почему наш корреспондент в Витебске прицепился к покупательнице в магазине?