Вы здесь

Как противостоять психологическому насилию?


«Чубить» не кулаками, а словами... Это как?


Зачастую супруги в порыве ненависти опускаются до запугиваний, запретов встречаться с родными и близкими, непристойных обращений и замечаний. Не менее безумные способы «осадить» партнера — вмешательство в личную жизнь и патологическая ревность. Осторожно! Это психологическое насилие! Почему стоит остановить моральное ущемление? К чему может привести психологическое насилие? На эти вопросы ищем ответ в истории 27-летней Маргариты (имя изменено), которая не один год страдала от психологического насилия со стороны мужа, но поверила в свои силы и начала активно действовать. 

До свадьбы молодые люди встречались восемь месяцев. Однако свидания эти трудно было назвать настоящей любовью. «Странные были у нас отношения: то мы встречались, то ссорились без повода, — признается девушка. — Через месяц он начал закатывать истерики на ровном месте. Потом я узнала о беременности. Первое чувство — страх. Мне трудно было представить совместную жизнь с этим человеком, пугали его периодические проявления агрессии. Однако мысли об аборте отметались сами собой. Я начала жить по принципу «стерпится — слюбится».

После того, как мы впервые сходили на УЗИ и увидели малыша, он посадил меня в машину и повез в ЗАГС, — продолжает Маргарита. — Я была в растерянности: он даже не предупредил, предложение не сделал, все решил за меня». Человек не знал слова «нет». Тогда в машине сыпались мат и оскорбления. Когда девушка пришла домой, у нее началась истерика. Уже вечером парень стал утешать «любимую», называть лапулечка...

«Самое главное, на людях он вел себя как самый лучший мужчина на свете, — говорит женщина. —Когда я беременная оказалась в больнице, он при соседях по палате гладил животик. Девушки завидовали таким теплым отношениям. Знали бы они, что творилось в моей душе... Я всегда боялась ему что-то сказать, контролировала свои мысли, не могла обратиться к нему за помощью.

Однажды в порыве ссоры он толкнул меня, беременную, и я чуть не рухнула животом на асфальт. Опять истерика, шок, слезы. Снова начались банальные sms-ки. Я надеялась на единственное: мы распишемся и все наладится...

Справка «Звязды»

В Беларуси психологическое насилие хоть раз в жизни переживали 82,1% женщин и 70,9% мужчин. Под этот вид насилия подпадают подавляющее большинство женщин независимо от социально-демографических характеристик и мужчины в возрасте 18—29 лет, имеющих неполное среднее или среднее образование и живущих в сельской местности, с низким уровнем материального благосостояния.

Около 50% мужчин и женщин считают, что в отношениях между мужем и женой разрешена ревность, около 39% мужчин и женщин не исключают возможности вмешательства в личную жизнь партнера и используют непристойные шутки и замечания, около 34% супругов допускают брань в общении с партнером.

За психологическим насилием последовало экономическое давление. Муж Маргариты за два года совместной жизни никогда не работал, так как пришел к выводу, что в Минске нет нормальной работы для 26-летнего мужчины. «По натуре он лентяй, — утверждает Рита. — При этом запрещал брать деньги, которые давал бывший муж — отец моей дочери на ее воспитание. В результате — мы четверо жили на пособие по уходу за ребенком. Доходило до того, что меня тайком подкармливала мать: то сырок глазированный даст, то бананом угостит, так откроешь холодильник, а там — мышь повесилась». Женщина не могла купить себе брюки зимой, ходила в рваной обуви, донашивала одежду подруги, а лишнюю копейку оставляла на детей.   

— Еще его мать постоянно учила, как я должна вести себя с сыном, несмотря на мой опыт. Муж во всем потакал своей матери. Не так приготовила кашу — я плохая мама, не туда пошла на прогулку с ребенком — меня лишат родительских прав... Меня в этом убеждали, и я на самом деле начала в это верить.

Через некоторое время мы решили снимать квартиру, так как с моими родителями муж не уживался. Однажды поехали погостить к его матери. Постепенно я поняла, что муж и не собирался искать жилье для нашей семьи. Через некоторое время начал срываться на мою дочь, поэтому пришлось отвезти ее к бабушке. Мать высылала мне ее рисунки, я читала ей сказки по телефону, по ночам смотрела на ее фотографии и плакала, виделись мы только по выходным...

Понимала, что так жить невыносимо, но боялась что-либо предпринимать. На самом деле, я сама никогда не рассказала бы о своих проблемах, если бы меня не подтолкнули. Номер горячей линии для пострадавших от домашнего насилия подсказал отец моей дочери. Мы с психологом обсудили проблемы, и я поняла: то, что происходит в моей семье, — это психологическое насилие. Вместе мы рассмотрели различные варианты развязки моей проблемы, смоделировали возможные будущие жизненные сценарии, специалист пояснила мои права и подсказала, куда нужно обратиться. С момента первого обращения на линию прошло около четырех месяцев. Все это время я находила эмоциональную поддержку по телефону у специалистов. Благодаря этой поддержке я стала уверенной, сумела проанализировать свои отношения и найти в себе силы все изменить».

Вскоре женщина тайком подала два заявления в суд — на развод и на выплату алиментов — и стала ждать...

— В тот день я варила суп, он играл с ребенком на улице. Мне пришло на телефон sms-сообщение, что меня вызывают в суд в качестве истца. Я ждала, когда придет ему. Потом начался 2-часовой скандал.

Еще не один раз бывший муж заходил к Маргарите с упреками, запугиваниями и оскорблениями, хотел делить через суд детские вещи и послеродовые деньги. После развода женщина подала на него заявление в милицию за оскорбления, ему дали штраф, после чего начал подбирать слова при общении с матерью своего сына. «Мое первое чувство после развода, будто я сбросила рюкзак, который был нагружен тяжелым камнем, — улыбается наша героиня. — Я опять уверенная в себе женщина, мне снова хочется жить и видеть, как растут дети, хочется ходить по магазинам, убираться и краситься, я снова счастлива.  

Елена Волкова

Что советует психолог?

«Психологическое насилие, как и любой другой вид насилия, ни в коем случае терпеть нельзя, — советует Наталья Петрова, психолог-консультант общенациональной горячей линии для пострадавших от домашнего насилия МОО «Гендерные перспективы». — Это любые обзывания, унижения и требования, преподнесенные в грубой форме, шантаж, крик, ругань, упреки, принуждение к чему-либо, патологическая ревность, любой контроль. Если слова унижают достоинство и приносят психологические страдания, когда от них партнеру делается плохо, больно, невыносимо, когда начинает падать самооценка - это, без сомнения, признаки психологического насилия. Надо сразу сказать партнеру, что не нравится, предлагать альтернативу. Надо твердо выстраивать свои границы и давать отпор: «так со мной не делай — это унизительно и недопустимо».  

Выбор редакции

Экономика

С «серыми» выплатами сейчас лучше не рисковать

С «серыми» выплатами сейчас лучше не рисковать

КГК выявили 30 преступлений по выплате зарплаты в конвертах.