Вы здесь

Как наш журналист была участницей «конфликта» на экзамене по медиации


Молодая пара с двумя детьми живет в двухкомнатной квартире. Дочь в этом году идет в школу, мама Ксения с годовалым сыном в декрете. Его мать Марья Петровна живет в однокомнатной квартире, принадлежащей Анатолию, а свою «трешку» сдает в аренду и все деньги забирает себе. Проблема, с которой они пришли к медиатору, вначале звучала так: молодой паре не хватает денег на жизнь и место в квартире. Из-за этого невестка со свекровью ругались, а Анатолий никак не мог их помирить. Поговорить нормально не получается, поэтому помощь решили искать у медиатора…


Таким изначально был сценарий конфликта, разбираться в котором должна была Татьяна, чтобы сдать экзамен на право получить удостоверение медиатора. Экзамен проводили в центре «Медиация и право», который уже научил основам медиации около 600 человек. Все участники игры-испытания — спорщики — виделись впервые, поэтому подыграть друг другу не могли. Казалось бы, каждый просто выполнял роль, однако за время экзамена все так в них втянулись, что буквально прожили кусочек жизни своих героев и ощутили их заботы. Настолько, что в результате медиационной встречи вышли на реальные причины конфликта, которые родились здесь же, во время игры. Мне на этом экзамене досталась роль невестки, и скажу сразу, что писать об истории пары и участвовать в создании истории — большая разница. Оказалось, что причина конфликта не в том, о чем говорилось вначале. Ксения жаждет вовсе не денег, а Марья Петровна не доверяет невестке и подозревает ее во всяких преступлениях, сама же при этом имеет тайну...

Унижать нельзя высказываться

В начале встречи кандидат в медиаторы Татьяна объявила,что мероприятие запланировано на 2–2,5 часа, и предложила сделать неотложные звонки и завершить все другие срочные дела, чтобы впоследствии не отвлекать внимание. Каждый из участников подтвердил, что пришел на процедуру добровольно, так как это один из главных принципов участия в ней.

— Медиация — неформальный процесс урегулирования вашей проблемной ситуации с участием медиатора — независимого беспристрастного лица, — обозначила Татьяна и напомнила несколько правил встречи и принципов медиации. — Прошу вас уважительно относиться друг к другу, не кричать, не унижать, не прерывать говорящего. Если кто-то не согласен с высказыванием, указывайте на листах бумаги информацию, которую хотите уточнить. Чтобы выдержать конфиденциальность, все, что вы напишете, останется здесь. Телефонные и диктофонные записи разговоров тоже лучше не вести. Я как медиатор не занимаю позицию ни одной из сторон, выдерживая принцип беспристрастности. Кстати, так же добровольно, как вы пришли на встречу, вы также можете и уйти из медиации.

— Если кто-то из вас пожелает добавить какой-то комментарий, который не хочет озвучивать перед всеми, сделать это можно во время индивидуального разговора, который на 15 минут я обеспечу каждой из сторон. Об этих данных другая сторона не узнает, если вы не захотите, — добавила Татьяна.

Сразу после этого Анатолий выражает неудовольствие:

— Я бы не хотел, чтобы мои девочки что-то без меня обсуждали. Я не хочу ничего от мамы скрывать. Здесь сели и здесь будем разговаривать.

— У вас будет возможность продуктивно обсудить все. Однако индивидуальные разговоры предусмотрены процедурой, — поясняет Татьяна.

— Они индивидуально уже наскандалились. Мы пришли сюда мириться! Пока не договоримся, не пойдем отсюда. Надоели ругательства дома!

Таким образом мы вошли в медиацию-игру.

Деньги, дети, котлеты...

Татьяна предложила Ксении высказаться первой. Анатолий сразу взвился: «Это ты просила, чтобы маму на второй план отодвинули?» — «Да ни в коем случае, просто медиатор видит, наверное, у кого добрее лицо», — реагирует Ксения.

— Мы должны выслушать сегодня все о конфликте, чтобы понять, какой путь решения можно найти, — взяла инициативу в руки медиатор. — Тем более что соглашение о примирении подписано именно с Ксенией.

— Материальное положение у нас тяжелое, а не нормальное, как считает Толик. Дочку в школу собирать, младшему надо уже прикорм вводить нормальный. А мама твоя все деньги себе забирает, могла бы и поделиться. Мы уже два варианта решения проблемы с ним придумали. Мы вчетвером могли бы переехать в «трешку», а мою двушку сдавать, а деньги надвое делить, мы не жадные. Второй вариант — мы продолжаем жить где живем, а Марья Петровна пусть поделится с нами деньгами. Она не соглашается ни на один из вариантов, говорит, что ей нужно для себя пожить, — озвучивает проблему Ксения.

Следующему предлагают высказаться Анатолию:

— Ну, не все так однозначно. В этой квартире мы живем давно. Еще до свадьбы мы с Ксюшей обсуждали, как будем жить. Трехкомнатная квартира принадлежит моим родителям. Для меня они до свадьбы еще построили однушку. А как решили пожениться, то переехали к Ксении жить, А однушку сдавали. И все дружили. А потом у нас дети пошли. Отец мой умер, брат женился. Маме уже та трешка и не нужна. Она в мою переехала, а родительскую сдавать стали. А потом они вдруг поссорились недели две назад, и понеслось. Чего Ксении не хватает, не понимаю. Может, ей скучно стало в декрете, она же у меня активный человек. Ведь мама и детей смотрит, и иногда деньги дает. И невестке вот 100 долларов на юбилей подарила. Внучка захотела велосипед — бабушка купила, на юг ее свозила отдохнуть, к 1 сентября серьги подарила дорогие. Матери своей я не враг, выселять ее не буду. Я хоть дома и редко бываю из-за двух работ, но хочу спокойствия и тишины. Может, вы помиритесь, ведь жизни нет, хоть из дома убегай.

Анатолий так разошелся, так возмутился, что полностью заполонил собой информационное пространство. Даже медиатор его едва приостанавливала.

— Я себя чувствую ненужной. Ты сидишь и маму свою поддерживаешь. Она то, она это, — не выдерживает наконец Ксения. — А ты знаешь, как она со мной разговаривает, пока тебя нет?

Когда наступает черед высказаться Марье Петровне, она почему-то начинает настаивать на том, чтобы сначала поговорить отдельно с медиатором:

— Есть некоторые вещи, которые я не хотела бы выносить перед всеми. Я могу сказать только о своих опасениях.

— Она что, загуляла, пока меня не было?! — взрывается Анатолий.

— Вот своими недоговорками до чего довели. Вы что, нас развести хотите?! — кричит и Ксения.

Начинается бедлам.

— Фиксируйте свои комментарии, в том числе и друг к другу, на бумаге, не повышайте голос, — напоминает медиатор, успокаивая спорщиков, и предлагает высказаться другой стороне — свекрови.

— Мой сын и Ксения давно женаты. У меня прекрасные внуки. Я до сих пор переживаю смерть мужа, а невестка стала мне реже давать внуков, особенно маленького. Я не понимаю, почему вдруг Ксении понадобилась эта квартира. Зачем ей, чтобы я отдавала половину денег от аренды? На что ей не хватает? Ну, перееду я обратно в свою трехкомнатную, а вдруг они с сыном разойдутся и ей квартира сына однокомнатная достанется? Я не доверяю невестке! Думаю, она хочет «развести» моего сына на деньги.

— Да много на что надо денег! У нас ремонта не было уже двадцать лет! — вскочила невестка. — И что вы все о разводе говорите?! Я ему двух детей родила! Я тебе не говорила, Толик, не хотела, но мама твоя меня критикует бесконечно. Котлеты невкусные, борщ слишком жирный, бардак в квартире...

Медиатор вновь призывает уважать друг друга. Атмосфера между тем разжигается. Тем не менее в ответ на каждую претензию мамы и жены Анатолий диктует решение, даже не спрашивая, что они об этом думают. Да и на Татьяну начинает покрикивать. Но первая срывается на крик именно свекровь, которая грозит уйти из медиации, если ей не дадут поговорить с медиатором отдельно.

Причины — надуманные, эмоции — настоящие

После короткого эмоционального взрыва Марья Петровна наконец говорит, Почему подозревает невестку. Оказывается, она увидела у той на компьютере открытые страницы с запросами «Как продать «однушку» и «Как переоформить квартиру» и решила, что Ксения собирается отобрать у сына имущество.

Невестка тут же объясняет, что пишет статью про недвижимость, поэтому и смотрела, что в сети на этот счет пишут. Хотя она и в декрете, но старается не терять квалификацию, абстрагироваться от домашних хлопот, да и деньги действительно дополнительные.

Анатолий предлагает всем расходиться, раз в этом причина. Он для себя уже определился и готов дальше сам разбираться с близкими.

Начинается очередная эмоциональная ссора, которую Татьяна прерывает предложением дать возможность спорщикам высказаться во время индивидуальных разговоров по 15 минут.

И вот уже после этого выясняются дополнительные обстоятельства и истинные причины конфликта.

— Толик, мне кажется, ты ко мне относишься не так, как раньше. У тебя мама на первом месте! Мне не хватает твоего внимания. Вместо тебя твоя мама перед глазами все время, — не выдерживает Ксения.

— Давай только без этого, ты мне ультиматумы не ставь. Чего тебе не хватает? С жиру бесишься? Твоя первичная задача — маленький сын. Хочешь на работу — иди работай. Только я малыша смотреть не могу. На работу ездил, езжу и буду ездить! — выносит вердикт Анатолий. — Из декрета выйдешь — будет тебе уважение. Хочешь слов нежных — напиши, буду тебе читать.

Медиатор пыталась достучаться до чувств Анатолия, однако тот твердо стоял на своем.

Озвучила вслух после индивидуальных разговоров свою тайну и Марья Петровна. Оказывается, деньги ей нужны на лечение, она не хотела расстраивать сына... При этом она даже побаивается его нахрапистости, хоть и любит, и жалеет.

Так же как и Ксения, которая и жаждет внимания мужа, и обижается, и жалеет, что он на двух работах. Только чтобы помочь ему, она хватается за все сразу: или работать, или большую квартиру найти, чтобы для отдыха больше возможностей было...

Тут понеслось по-новой. Ксения сразу отказалась от претензий на деньги и переезд. «Мы справляемся в двушке, еще потерпим, пока вы не насобираете нужную сумму, а «трешку» же дороже сдавать». Марья Петровна согласилась сходить к нотариусу, чтобы тот подтвердил ей, что невестка с квартирой сына действительно сделать ничего не сможет, даже в случае развода. А Анатолий успокоился, что между «его девочками» все выяснилось, непоправимого не случилось, а менять что-то срочно и не надо.

...Мы все так вжились в роли, что когда прошло почти 2,5 часа, даже этого не заметили и продолжали «решать проблемы». Неизвестно, до чего бы еще «докопались», если бы нас не прервали экзаменаторы. Сейчас могу по опыту сказать, насколько это сложное и важное дело — мирить людей, тем более если ты их не знаешь. Возможно, отношения у наших героев и не сразу улучшатся, однако они точно не станут хуже, ведь люди поговорили и услышали друг друга. Как правило, именно это и нужно сделать, чтобы не потерять то, что существует. А изречение «лучше мириться, чем судиться» действительно работает.

Ирина СИДОРОК, фото автора

Название в газете: Што на паверхні, а што — унутры?

Выбор редакции

Общество

Как защититься от мошенников в сфере современных технологий

Как защититься от мошенников в сфере современных технологий

Фишинг, вишинг — два кита киберпреступности.

Общество

Арктическое вторжение на смену теплому воздуху. Когда ждать первый снег? Прогноз от Дмитрия Рябова

Арктическое вторжение на смену теплому воздуху. Когда ждать первый снег? Прогноз от Дмитрия Рябова

С чем связана такая осенняя изменчивость погоды и когда ждать первый снег.