26 октября, понедельник

Вы здесь

Маргарита Латышкевич: Люблю мечтать, а иногда и подурачиться


Она — поэтесса, писательница, исследовательница, фольклористка, автор ряда книг («Яблыкі», «Наш дом», «Там, дзе сэрца»), а к тому же лауреат Национальной литературной премии. Но это все формальности, ведь в ее произведениях вы окунетесь в магию и искренность в разных формах, жанрах и видах. Где искать белорусскую мифологию, как выйти за пределы книги, рассказала собеседница.


— Социальные сети часто очень хорошо характеризуют человека. Ваша страница встречает надписью: «Тексты. Рисунки. Плохие шутки». Почему именно так?

— Дело в том, что когда создавала «презентационную» страницу некоторое время назад, решила: для посетителей стоит оставить какие-то условные маркеры. Чтобы знали, чего ждать, и не пугались. Ну и, поскольку изначально предполагала, что выкладывать буду свое творчество — тексты и рисунки, так и написала. А плохие шутки — так сказать, приятный бонус. И состояние души.

— На вашей странице иногда появляются фотографии, которые сразу вызывают улыбку. Там вы с помощью плюшевой игрушки кота-авокадо повторяете мотивы картин Пабло Пикассо, Диего Веласкеса и т. д. как к вам пришел замысел такого постмодернистского переосмысления искусства?

— На самом деле, он не мой. Во время карантина и самоизоляции амстердамский Рейксмузей запустил арт-челлендж с копированием произведений искусства любыми доступными средствами (хэштег #tussenkunstenquarantaіne). К акции подключились интернет-пользователи со всего мира, ведь акция прекрасная: отдается дань уважения мастерам живописи и попутно у людей появилась отдушина. А это было важно. Касательно авокотика — он наш домашний любимец, поэтому, подумав, решили использовать его неземную фотогеничность.

— Интересная идея! Исходя из названий двух ваших книг, у вас, кажется, таких богато. Прозаический сборник «Наш дом» (2018) и лирический «Там, дзе сэрца» (2020) вместе образуют каламбур и как бы диптих. Как вам такое придумалось?

— Это действительно диптих, если можно так их назвать. В «Дом» изначально должны были пойти стихи, целый блок. Но книги в издательствах проходят целый ряд преобразований, и блок, который мне очень нравился, выпал. А произведения остались, течением времени дописывались новые. И, в конце концов, образовали новую книгу, маленькую. Но генетически связанную с предыдущей. Касательно названий — мне всегда хотелось, чтобы у читателя была возможность «выйти за пределы». Даже — за пределы книги. Чтобы творчество автора представлялось чем-то целостным связанным. И — да. Наш дом там, где сердце, мне кажется.

— Не случайно, что поэзия помещена под названием более эмоциональным (сердце как источник чувств), а проза под более приземленным и фундаментальным (дом как символ основы, упорядочения)?

— Технически «Там, дзе сэрца» — не совсем сборник поэзии, ведь стихи чередуются с короткими лирическими зарисовками в прозе. И, опять же, концепция книги — это созвучие прозы и стихотворения. Как у японских мастеров хайку, что были любители дать к трехстрочию прозаическое объяснение. Так и здесь: разве что прямого объяснения нет, есть созвучный по настроению образ. Проза, как и поэзия, бывает разная. И фундаментальная,и не очень. И это хорошо — ведь литература должна откликаться на потребности человека.

— В журнале «Бярозка» вы ведете цикл литературных мастер-классов. Например, «Как написать роман за пять шагов». Существуют универсальные схемы, чтобы написать достойное произведение?

— Да, «березковцы», которых искренне люблю как друзей и творцов, предложили поучаствовать в их «мастер-классном» проекте, куда они привлекают более-менее искушенных авторов журнала. На тот момент я как раз закончила свой первый большой (правда большой — 1,5 миллиона знаков) роман и получила кое-какой опыт. Ясно, что универсальной схемы, которая подходила бы всем и каждому, нет, и это, собственно, и довожу в первой публикации из серии. Но подсказать, как структурировать свое время, как оперировать словом и составляющими художественного мира, — это, по моему мнению, вполне возможно. А еще надо работать. Много. Без этого никак.

— В ваших произведениях много отсылок к мифологии и сказкам. Как вы собираете волшебные образы и мотивы?

— В общем, по специальности я фольклорист, исследователь. Некоторое время работала в Учебно-научной лаборатории белорусского фольклора в БГУ (кстати, единственной такой в стране). А мифологией интересуюсь с младенчества — хотя кто в свое время не зачитывался пересказом древнегреческих мифов от Николая Куна. Белорусскую же мифологию люблю искренней и трепетной любовью. Наверное, благодаря Борщевскому и Короткевичу. Ну и, конечно, благодаря белорусским сказкам, которые тоже любила читать в детстве. Что касается литературы, то всегда вспоминаю как пример один случай. Студенткой второго курса написала статья об образе Кощея Бессмертного в белорусских сказках (сравнивая его с Вотаном-Одином из скандинавской мифологии).

А через десять лет накопленные знания «переварились» уже в творческую интерпретацию образа — в повести фэнтези. Как-то так оно работает, наверное.

— Можно ли вас назвать мечтательницей?

— Наверное, не больше кого-либо еще. Как и все, люблю мечтать, а иногда и подурачиться. Но есть ряд вещей, к которым всегда отношусь серьезно. К которым, видимо, и нельзя относиться несерьезно. К творчеству, скажем, в которую нужно вкладываться в полную силу. К любви. К семейному очагу — дому. К дому в более широком, общем понимании — Родины.

Ну и фэнтези, по большому счету, пусть и развлекательный, но не мечтательный жанр. Развлекаясь, здесь можно многое сказать — и многое дать читателю. С самым коварным писательским расчетом.

— В интервью Науму Гальперовичу вы сказали, что больше чем писать, любите только рисовать. Чувствуете прежде всего себя художницей, несмотря на то, что лауреат Национальной литературной премии?

— Нет, я вовсе не художник. Не профессиональный точно. Любитель порисовать — это есть. Просто, как и литературные студии, рисование приносит мне наслаждение, подбадривает. Помогает разгрузить голову. А иногда помогает порадовать близких и друзей. Поэтому — да, люблю рисовать.

— В журнале к вашим произведениям содержатся и иллюстрации. А вы рисуете своих героев?

— О, в «Бярозке» сейчас имею повесть «Першая песня» иллюстрирует — как и роман «Век людзей» в «Маладосці» — художница Валерия Деткова, она же Бестрамвайность. Свела нас некогда общая подруга, заместитель главного редактора журнала Света Курганова. И оказалось, что стилистика, в которой Валерия видит тексты, очень мне близка. Именно Валерия создала «портретную» иллюстрацию для сборника «Там, дзе сэрца», и ей же принадлежит дизайн рекламных карточек для этой книги. Валерия молодец, одним словом.

Я сама делала ряд рисунков к публикациям, например, в «Маладосці», и своих, и чужих. Мне вообще всегда проще визуализировать персонажей и мир вокруг них. Как только увижу — «идет». И все складывается.

— Однажды я брала интервью у Алеся Бадака о конкурсе «Першацвет». И когда попросила упомянуть наиболее выдающихся участников, «надежд белорусской литературы», первым именем, которое он назвал, было ваше. А как вы относитесь к критике своих произведений?

— Мне, безусловно, приятно, что Алесь Николаевич вспомнил мое имя в ряду первых. Касательно надежд белорусской литературы — подождем еще хотя бы лет пять, увидим, что получится и напишется. Критика же — это нормальное явление, как мне кажется. Совершенства не существует, и поэтому красиво, если кто-то может показать тебе на твои оплошности. Скажем, я недавно заканчивала новую повесть, и мой любимый человек делал большое дело: вычитывал каждый раздел, обозначая, что его настораживает или напрягает. Честно могу сказать: так работать куда проще, текст на выходе гораздо лучше.

Наверное, всякой критики хватало, всего и не вспомнить. Может, Пушкин говорил правильно: «похвалу и клевету приемли равнодушно». Что кому-то нравится, не под вкус другому, и наоборот. Поэтому угодить всем и всем понравиться невозможно. Что возможно — так это работать над собой и над текстами. Отрабатывать собственный стиль, собственное мастерство. Быть собою.

— Кстати, а кого из современных литераторов считаете наиболее выдающимися, возможно, будущими классиками?

— Если честно, никогда очень не задумывалась о такой категории. Думаю, даже самым гениальным творцам не стоит спешить «бронзоветь» и попадать в нее. А вообще, у нас есть много талантливой молодежи — мне посчастливилось работать со многими из них, когда была редактором в «Маладосці». И сегодня, когда беру их книги в руки, чувствую гордость. Потому что они все разные, отличительные, с собственными голосами. Это круто. Они крутые.

— Еще Алесь Бадак тогда отметил, что в литературу начало приходить чрезвычайно много девушек. Вы, как современная писательница, как думаете, с чем это связано?

— С тем, наверное, что девушки, как и парни, тоже пишут. А некоторые еще и неплохо пишут. Ну и с течением времени меняются приоритеты: теперь женщина, которая хочет чего-то добиться в творчестве, в карьере, не вызывает такого удивления. Не только «Kіnder, Küche, Кігсһе» на повестке дня. У всех свои мечты, у всех есть возможности для реализации себя как личности. Возможность выбирать.

— На сайте Национальной библиотеки Беларуси у вас есть «Блог профессионального читателя». Но к тому же вы и профессиональный литератор. Как оцениваете книгу: все же как читатель или как творец?

— «Блог» изначально задумывался как ряд читательских впечатлений от разных книг. Без морализаторства, без навязывания своих оценок. Просто точка зрения, мнение, с которым можно согласиться или не согласиться. И мне это нравится, потому что для «Блога» могу перечитывать книги не по-редакторски, вкось, а в свое наслаждение, смакуя. Моя цель — прежде всего привлечь внимание к книге и подтолкнуть посетителей сайта к чтению. А что они вынесут из того чтения — уже их личное дело.

Что насчет отзывов на Короткевича, то он всегда актуален. Люблю его и пользуюсь возможностью рекламировать как только можно. К тому же, юбилейный год. Словом, кто-кто, а Короткевич заслуживает внимания.

Анна ВОРОНКО

Фото предоставлено героиней

Выбор редакции

Культура

Призраки белорусских стен. Балы в разрушенном замке

Призраки белорусских стен. Балы в разрушенном замке

Бона Сфорца не была в Белом Ковеле, но танцует там в виде призрака.

Общество

Жизненный путь Якова Крейзера. Первый комдив, получивший Звезду Героя, заслужил ее, защищая Борисов

Жизненный путь Якова Крейзера. Первый комдив, получивший Звезду Героя, заслужил ее, защищая Борисов

В начальный период Великой Отечественной войны упорные бои развернулись при обороне Борисова — старинного белорусского города на Березине.

Экономика

Цифровая экосистема платформенной экономики

Цифровая экосистема платформенной экономики

 Именно в платформенной среде будут формироваться цепочки создания стоимости.