Вы здесь

Наследие без наследников, или что делать с заброшенными синагогами


Когда объекты наследия разрушаются, мало заботиться только о консервации и восстановлении, важно подумать о местных сообществах, которым такие здания могут послужить. Собственно, именно с людей, живущих рядом, и начинается возвращение. Развалины или рассыпающиеся постройки перестают быть кучей камней, когда люди узнают, какая история стоит за каждым памятником. А самое удивительное начинается, когда здания обрастают новыми событиями и идеями, превращаются в культурное пространство, способное менять всех, кто туда приходит.


В этом году Белорусский комитет Международного совета по памятникам и историческим местам (ИКОМОС) и представители местных сообществ из разных уголков нашей страны начали масштабный проект «Сохранение и актуализация бывших синагог в Беларуси», в рамках которого проводятся образовательные семинары, ряд разнообразных культурных мероприятий, изучается опыт по работе со схожими объектами в других странах. А главное, накапливаются идеи, как впредь работать с любым наследием. Все же сегодня очень много объектов требуют внимания. Важно проследить, как различные традиции взаимодействовали, оказывали влияние на местную жизнь и как наши объекты вписываются в мировую культурную копилку.

Множество вопросов

Вопрос, что делать с заброшенными синагогами, — один из самых болезненных: это наследие без наследников. В годы Второй мировой войны во многих городах и местечках еврейское население было истреблено. Вместе с носителями культуры и традиций часто исчезала и часть местной истории. Нельзя забывать, что во многих городах и местечках евреи до войны составляли 30-50 процентов населения.

Председатель правления Белорусского комитета ИКОМОС Степан Стурейко, обозначал проблему, которую необходимо попытаться решить в рамках нового проекта по сохранению наследия («Синагоги: между забвением и принятием»): «Когда мы говорим о синагогах, прежде всего вспоминаем самое очевидное — здания, но это только вершина айсберга. Нельзя забывать о культуре и ее следах, в том числе нематериальных, иногда они не воспринимаются как свои, как те, в которые нужно инвестировать моральные и материальные ресурсы».

Часто такие объекты стоят в центрах поселений, но сегодня они не считаются важными. Например, к «Дожинкам», дням письменности, другим мероприятиям реставрировались церкви и костелы, замки и усадьбы, исторические здания, иногда и рядовая застройка. А вкладывались ли средства в синагоги? И это при том, что многие из них являются шикарными памятниками архитектуры. Разве что можно упомянуть о консервации синагоги в Быхове — здания, созданного еще в XVIII веке.

Много ли вы найдете исследований, посвященных еврейскому архитектурному наследию? А сколько зданий исчезало на наших глазах и при этом не фиксировалось, как они выглядели. Например, в Лоеве синагога была разобрана уже в ХХІ веке и при этом до нас дошло очень мало ее изображений.

По подсчетам Центра еврейского искусства Еврейского университета Иерусалима, который в 2018 году издал путеводитель по синагогам Беларуси, в нашей стране сохранилось около 120 объектов. Большинство из них находится в удовлетворительном состоянии и продолжает существовать, правда, крайне редко как религиозные строения. Чаще в них расположены кинотеатры, дома культуры, склады, автомастерские и даже райотделы милиции. Вторая половина зданий либо доживает последние дни как объекты коммунального хозяйства с высокой степенью износа, или постройки уже заброшены или даже в состоянии руин.

Среди оставленного временем еврейского наследия есть и настоящие архитектурные жемчужины, например синагоги в Ружанах, Ошмянах. Некоторые важны исторически — как синагога в Витебске, в которой молилась семья Шагала. Из более чем 120 объектов в список историко-культурных ценностей попало лишь около двух десятков зданий.

Для большинства этих объектов единственная надежда на спасение — оказаться нужными бизнесу или местным жителям.

Остается множество вопросов. Нужно ли все эти объекты включать в государственный охранный список? Как определиться, что нужно спасти обязательно и для чего? Например, нужно ли сохранять здания, которые не представляют архитектурной ценности? Кто должен брать ответственность за них? Можно ли эту ответственность разделять в том числе с евреями, которые покинули пределы Беларуси, являются гражданами других государств, но не забывают о малой родине и готовы вкладывать деньги в сохранение памяти? Как помочь местным жителям, выступающим за сохранение таких объектов? Каким образом будут восстанавливаться здания и какие функции они будут выполнять? Так, если в них делать музеи, будут ли они рентабельны и востребованы в небольших населенных пунктах? И опять же, как вписать новые формы работы, чтобы это не выглядело дикостью, не обижало людей, для которых синагога — религиозный объект? Вообще, как при решении судьбы зданий учесть интересы всех (в том числе пожелания евреев) и запустить рентабельные проекты, благодаря которым наследие будет восстанавливаться и сохраняться?

Важно знакомиться и с опытом работы с таким наследием в других странах. Так, в Польше подобные объекты могут иметь статус охраняемых памятников, быть отреставрированными с соблюдением всех норм, но при этом в зданиях с восстановленными росписями, нанесенных на различные туристические карты, может располагаться... обычный продуктовый магазин или даже бар. В Литве синагоги становятся мультикультурными площадками, на их базе рассказывают о Холокосте и истории евреев, о ценности человеческой жизни, гуманизме, правах человека. Здесь можно говорить о взаимовлияниях разных культур, показывать фильмы, проводить выставки и презентации, давать возможность для встреч и обучения самых разных категорий, найдутся мероприятия и для детей, и для людей старшего возраста.

Социальный потенциал

За каждым архитектурным объектом стоит и культурное наследие. В наше время нужно не только реанимировать забытые знания, смыслы, достижения, но и генерировать новые идеи.

Сегодня в Беларуси в разных городах благодаря усилиям местных инициатив вырабатываются новые концепции развития зданий синагог, ведется исследование по истории синагог в послевоенные годы, когда они перестали служить религиозными объектами, ведь даже такие поиски могут выявить интересные факты.

Иногда сама жизнь подсказывает, в каком направлении двигаться. В городках хранится память о том, что, казалось бы, истреблено и стерто войной. Всплывают имена известных горожан-евреев, мы узнаем о том, какой вклад они внесли в культуру и науку. Остатки еврейских построек вписываются экскурсоводами в новые маршруты.

Эксперт Белорусского комитета ИКОМОС Анна Альбертовна Выгонная замечает, что во время реализации разнообразных культурных проектов в малых городах ей невольно приходится сталкиваться с еврейской культурой, которую также нужно переживать и транслировать.

Казалось бы, в современном Лоеве мало что может напоминать об истории еврейского городка, но, когда в городском поселке начали раскрашивать бетонную стену на берегу Днепра, чтобы создать образ жизни, что здесь было в прошлом веке, пришли к идее написать песни, которые здесь раньше звучали. Одна из песен была на идиш. Также здесь по мотивам еврейских авторов местные жители делали спектакль. В музее «Битвы за Днепр» вспоминают не только о военной трагедии еврейской общины Лоевского района, в экспозиции можно увидеть экспонат — басни Крылова, переведенные в 1920-е годы на идиш.

Даже если в бывших городках уже не осталось объектов, принадлежавших евреям, в местных общинах еще продолжают вспоминать о них. В Елче, что находится в Брагинском районе, дети вместе с художниками рисовали карту своей местности. Карта оказалась с сюрпризами — в кармашках была информация о том, как раньше выглядела территория, что за объекты на ней стояли. Горожане знают, где располагался жилой еврейский дом, и какие объекты, принадлежали его хозяевам. Также события, происходившие в Елче, описаны в рассказе Паустовского «Корчма на Брагинке», и когда местные жители по нему делали спектакль, знакомились с историей, воссоздавали пробелы в ней, переживали прошлое.

Несколько лет назад жители Ошмян ставили театральную постановку на основе собранных здесь историй. Замысел был показать образ центральной площади. Ошмяны — классический белорусский город, где церковь, костел и синагога находятся в непосредственной близости. Тема разных народов и представлений звучала в этом спектакле.

Да, отпечатки старой культуры продолжают влиять на нас. Естественно, такая память будет очень полезна при разработке проектов, которые станут реализовывать в восстановленных объектах наследия.

Ноу-хау

«Многовековое плотное соседство народов, смешение культур также может быть национальным брендом», — уверена Майя Кацнельсон, основательница Центра белорусско-еврейского культурного наследия. Основная задача этой общественной организации — изучение и трансляция знаний о том, какая еврейская культура существовала на наших землях, как она влияла на белорусскую культуру и наоборот. Активисты стараются привлекать к своим проектам в том числе и выходцев из Беларуси. Они работали, в частности, с наследниками Лазаря Хидекеля — одного из основателей легендарного объединения «УНОВИС» Витебской художественной школы. К сожалению, сегодня имя этого яркого представителя авангарда и первого в мире супрематического архитектора в Беларуси почти забыто.

Сотрудничает объединение и с правнучкой художника и архитектора Эль Лисицкого-в этом году был реализован проект по созданию на основе одной из его работ формы для футбольного клуба «Витебск». Кстати, подобных проектов в мире еще не было. Как заметила Майя Кацнельсон, сегодня важно развивать новые формы и представления, гордиться достояниями, сделанными на нашей земле, показывать, что у жителей Беларуси глубокий культурный код.

Синагоги могли бы стать местами для экспериментов и поисков новых форм работы в том числе по возвращению гордости за открытия и достижения, сделанные на нашей земле.

Активисты из Гродно также заботятся не только о сохранении здания синагоги, но и о наполнении ее содержанием. Даже музыкальные фестивали, выставки картин могут работать на предотвращение антисемитских настроений, на воспитание культурного человека, который способен воспринимать мир в его многообразии. Объекты наследия могут становиться не только музеями или какими другими культурными учреждениями, но и центрами неформального образования, местами, откуда люди будут выходить с новыми знаниями, идеями, мыслями.

Елена ДЕДЮЛЯ

Фото Анатолия КЛЕЩУКА

Выбор редакции

Общество

Инструкция по использованию самого себя. Почему при самоопределении не стоит тратить время на достижение чужих целей?

Инструкция по использованию самого себя. Почему при самоопределении не стоит тратить время на достижение чужих целей?

Как совместить в будущей профессии чтение книг и киберспорт и можно ли это сделать?