Вы здесь

За что союзные читатели любили белорусский журнал «Нёман»?


«Журнал делают не отдельные, пусть и очень яркие и талантливые публикации; его делают идея, пульс, которые должны присутствовать в каждом, хотя и самом маленьком по объему материале. И еще: журнал делают профессионалы-единомышленники». Это слова одного из редакторов «Нёмана», напечатанные в номере за 1995 год, когда издание отмечало полувековой юбилей. И в этой цитате ответ на вопрос, почему тиражи белорусского «Нёмана» переваливали за полторы сотни тысяч экземпляров, почему на него охотились во всех уголках бывшего Советского Союза — читатели даже готовы были платить спекулянтам большие деньги, чтобы выкупить свеженькие номера.

«Нёман» считали непредсказуемым, смелым. Здесь выходили публикации, которые «зарубили» в других советских изданиях. Сюда слали свои работы «неугодные» в то время авторы, например Солженицын. Именно в «Нёмане» в 1968 году напечатал свою поэму «Под кожей статуи Свободы» Евгений Евтушенко, и это после того, как идеологи не приняли произведение писателя и запретили его публикацию в других изданиях. Более смело «Нёман» подходил и к публикации зарубежных авторов. В 1977 году журнал первый дает на русском языке роман Габриэля Гарсии Маркеса «Осень патриарха», и это несмотря на то, что в рассказе о латиноамериканском диктаторе цензура усмотрела параллели с советской действительностью.


Слово Макаенка!

В послевоенный 1945 год под редакцией Кондрата Крапивы, Климковича, Самутина, Горцева и Садовского в Минске тиражом в пять тысяч экземпляров вышел альманах русской секции Союза Советских писателей Беларуси «Отчизна» (в 1947 году «Советская Отчизна»). Сначала альманах давал возможность печататься русскоязычным автором Беларуси, а с 1947 года начал печатать переводы произведений с белорусского языка. Долгое время новое издание «не выстреливало». Альманах выходил редко, авторов не хватало. Вспомним тридцатые годы, в которые мы почти потеряли национальную элиту, много писателей покосила и Великая Отечественная война. Но со временем в литературу приходят новые авторы, и перед журналом его руководители ставят амбициозные цели — выйти на более широкую читательскую аудиторию.

«Альманах или журнал с названием „Советская Отчизна“ мог выходить где угодно. В Калининграде и Петропавловске-на-Камчатке, например. А хотелось написать... на обложке что-то свое, единственное и неповторимое», — вспоминал Георгий Попов, работавший в издании ответственным секретарем. Сотрудники набросали десятки названий, с предложениями выходили на заседания президиума Союза писателей и в ЦК КПБ. В 1960 году журнал становится «Неманом» , а с 1966 года переходит на ежемесячный выход. И вот с этого и начинается серьезная трансформация издания. Более объемный журнал меняет не только обложку, но и содержание.

Со сменой периодичности и приходом на должность главного редактора Андрея Макаенка «Неман» начал набирать популярность. В Союзе писателей Макаенок объявил, что сделает «Нёман» одним из лучших журналов в Советском Союзе. И слово свое сдержал — поднял тираж с 20 до 165 тысяч.

«Он был человек, который увлекается, самолюбив, по-доброму честолюбивый и пробивной. Когда брался за что-нибудь, работал искренне, с полной отдачей, не давая покоя тем, от кого зависел успех дела, и не смотря на ранги: „Ты сидишь здесь, чтобы двигать культуру, то двигай!“ — таково было его требование к каждому чиновнику и каждому творцу», — вспоминал о своем друге Иван Шамякин.

Наказ молодым...

Начинается активный поиск авторов, идей, тем.

В 1960 году журнал «Советская Отчизна» меняет название на «Неман».

«Неман» открывает новые имена. «Пусть мужают, становятся все глубже их раздумья, а чувства пусть остаются по-юношески свежи, чисты! Пусть рука их не знает сытой усталости, а глаз не затуманивают миражи приблизительных «истин» и искушения дешевой славы...

Это, ребята, вполне естественно — любить вашу молодость, ваши успехи, спорить с вами, соревноваться, рядом идти вперед, вместе расти, искать и радоваться тому, что и за вами следом уже идут... молодые...», —  такой наказ Янка Брыль давал молодым авторам «Немана».

На сотрудников журнала ложилась большая ответственность при выборе произведений — все же издание распространялось по территории всего Советского Союза, и авторы должны были держать марку и достойно представлять Беларусь. Зацепят ли их темы и мысли такую широкую аудиторию? Важно было следить и за тем, чтобы произведения при переводе на русский язык с белорусского не теряли своего особого звучания, вкуса. А когда журнал стал набирать популярность, руководству приходилось отбиваться и от настырных графоманов, которые за непринятие работ засыпали жалобами различные инстанции.

В «Неман» приходили известные писатели и новички, ученые и публицисты. Да и сотрудники журнала не спали в шапку — отслеживали, что печатается в других белорусских журналах, примечали, приглашали. В середине 1960-х «Неман» познакомил русскоязычного читателя с Вячеславом Адамчиком, Борисом Саченко, Михаилом Стрельцовым, Михаилом Вышинским, Владимиром Домашевичем, которых в редакции в то время прозвали «козырной шестеркой».

С приходом в редакцию Макаенка к журналу повернулись и многие «раскрученные» авторы, до которых раньше было не достучаться. А теперь они сами стали чаще предлагать для печати свои произведения.

Янка Брыль, Иван Шамякин, Василь Быков, естественно, привлекали к журналу новых читателей.

Но надо сказать, что журнал ценил ценные связи, был готов бороться за своих авторов. Так, в середине 1960-х началась травля Василя Быкова, особенно крепкое оно было после того, как была напечатана повесть «Мёртвым не баліць». Во многих многотиражных советских журналах начались нападки на писателя, а «Неман» решает на такой вызов ответить статьей с объективным и профессиональным анализом творчества Василя Быкова. В течение нескольких месяцев сотрудники пытались поставить этот материал в номер, ходили «на ковер» в Главлит и ЦК КПБ, отстаивали, настаивали и наконец добились, чтобы статья была напечатана.

Да, Макаенок не боялся рисковать, и журнал печатал вещи, которые в то время казались смелыми...

Путь к букве «ё»

В 1988 году журнал еще вырос в объеме, изменил облик, в нем появились цветные вклейки — своеобразная площадка для художников. А еще он меняет название на «Нёман».

Рисунки к публикации в «Нёмане» романа «Чорны замак Гальшанскі» делал Василий Шарангович.

«Факт странный в, казалось бы, такой близкой славянской языковой стихии: даже не перемена буквенного значка, а появление над ним двух каких-то точек — и меняется все — музыка и смысл буквы, слова, понятия, земли, народа, истории, — замечал Анатолий Кудравец. — ...Скажем откровенно: это были те точки, к которым журнал шел долгие годы и которые узаконивали внутреннюю суть издания — преданность белорусской национальной идее и идее возрождения».

Действительно, по подшивкам журнала можно следить не только за развитием литературы, но и за становлением нации. Кроме художественных произведений, критических статей,очерков, публицистики, здесь в 1980-х–начале 90-х печатались материалы под такими рубриками, как «История. Культура. Нация», «В мире науки», «Человек и природа», «Страницы из блокнота», «Записки. Воспоминания. Документы», «На перекрестках прошлого», «Вчера. Сегодня. Завтра». Редакция проводила круглые столы и интервью, посвященные охране памятников истории и архитектуры, народных традиций, ремесел, вопросам экологии и воспитания, обсуждала исторические темы.

Отечественные секреты и литература ста народов

Старые подшивки журнала таят много подсказок для исследователей. Например, можно заметить, что при переводе на русский и при печати на белорусском языке одного и того же произведения могут быть несовпадения — по-разному «потрудились» с авторскими рукописями цензоры.

Кроме самих произведений, на страницах «Немана» можно найти слова писателей — их дневники, письма, анкеты. Например, в подшивке за 1978 год я наткнулась на анкеты, заполненные писателями и критиками. Иван Шамякин, Виктор Коваленко, Иван Науменко и другие отвечали на вопросы журнала, в каких произведениях современной белорусской прозы наиболее полно отражен духовный опыт белорусского народа, какими они видят современных героев, за что можно похвалить белорусскую прозу и чего ей не хватает, как должны подаваться темы Великой Отечественной войны и городская жизнь.

Особый источник информации — переписка. В нем мы находим не только библиографические знания, но и переживания авторов, их волнения, их мысли о собственном творчестве, общении с коллегами, читателями, переводчиками. Например, Иван Мележ был очень обеспокоен низким уровнем переводов своих произведений на русский язык и вынужден был, как свидетельствуют его письма, переделывать за переводчиками. Писателя очень огорчало, когда за дело брались просто ремесленники, иногда случайные люди в литературе. Именно поэтому он сам, несмотря на болезни, переводит на русский язык «Минское направление».

Журнал печатал много дневников и воспоминаний писателей, благодаря которым читатели действительно открывали для себя очень интересных личностей. Давайте заглянем в «Свои страницы» Янки Брыля: «Горько, больно, глубоко и искренне почувствовал вчера, что мне уже сорок четыре, а я еще не написал „Войны и мира“...» «Два высоких звания — писатель и человек. Одного мне хочется достичь, другого — еще больше — не потерять».

В 1974 году «Нёман» печатает собранные Алесем Адамовичем, Янкой Брылем и Владимиром Колесником воспоминания свидетелей Великой Отечественной войны «Я из огненной деревни». Кстати, одно из последних произведений Алеся Адамовича-автобиографическая повесть «Vіxі» в дополненном варианте также печатается в «Нёмане» — в 1994 году.

В 1970-1980-х советскую литературу называли «литературой ста народов». Сегодня старые подшивки позволяют проследить, как белорусский «Нёман» вливался в это союзное море литературы. Естественно, наши писатели держали высокую планку. Произведения Василя Быкова, Алеся Адамовича, Ивана Шамякина, Ивана Мележа, Владимира Короткевича, Андрея Макаенка, Янки Брыля пользовались у читателя заслуженным вниманием.

Но ценность «Нёмана» была еще и в том, что он знакомил с мировой литературой. Здесь печатались произведения Курта Ванегута, Жоржа Сименона, Эрнеста Хемингуэя, Джеймса Чейза, Уильяма Фолкнера, Петера Адамса, Уинстона Грэхема, Агаты Кристи, Стивена Кинга и многих других. Только за 1975 год в журнале были напечатаны иностранные произведения, переведенные с немецкого, чешского, болгарского, грузинского, польского, таджикского, армянского, осетинского, английского, японского, испанского, корейского языков.

Елена ДЕДЮЛЯ

Название в газете: Супраць цячэння

Выбор редакции

Калейдоскоп

Скоро выпускной! Что выбрать, чтобы выглядеть достойно на главном школьном празднике?

Скоро выпускной! Что выбрать, чтобы выглядеть достойно на главном школьном празднике?

Начнем, разумеется, с девочек, ведь именно их мамы уже сейчас ломают голову над выпускным нарядом дочерей.

Общество

Начинается сезон аттракционов. Кто и как следит за их состоянием?

Начинается сезон аттракционов. Кто и как следит за их состоянием?

В  Беларуси отработало 65 % аттракционов (160 штук), а многие работают и свыше 30 лет.

Экономика

Как выбрать квартиру на вторичном рынке

Как выбрать квартиру на вторичном рынке

За последние несколько месяцев рынок вторичного жилья заметно оживился.