Вы здесь

Что может приостановить уничтожение заброшенных старинных зданий?


В Могилеве хорошо помнят краевед Иеронима Филипповича, который с большим почетом относился к истории родного города и чрезвычайно болезненно воспринимал решения об уничтожении старинной застройки в советское время. Под снос шли храмы, купеческие дома, административные здания вроде Ратуши. Сегодня в областном краеведческом музее имени Е. Романова хранятся многочисленные папки с описаниями и фотографиями тех достопримечательностей. Так Иероним Иосифович фиксировал уходящие моменты былой красоты, спасая их хотя бы на бумаге. А еще брал кирпичи от разрушенных построек — ими в музее занято более половины шкафа.


Дом с историей

Когда в начале января я оказалась в старинном парке Славгорода и увидела наполовину снесенный дом начала XVІІІ века, застыла в растерянности. Смотрела на старинную кладку здания, о котором неоднократно писала, что его надо спасать, и слезы наворачивались на глаза. Как так? Все же знали? Почему? — не укладывалось в голове. Сидела на холме сломанных кирпичей и отчаянно слала эсэмэски всем, от кого, как мне казалось, зависела приостановка этого безумия. А потом взяла, и, как тот Филиппович, от невозможности что-то изменить да как-то повлиять на процесс, вытащила из-под обломков целый с толстым слоем известкового раствора кирпич-пальчатку и положила в пакет. Пусть хоть что-то останется напамять.

Здание, несмотря на свой уважаемый возраст, не имело охранного статуса. Хотя местные жители хорошо знали, что оно очень старое. О нем упоминал автор книги «Садово-парковое искусство Беларуси»1989 года издания Анатолий Федорук, который писал: «здесь, с противоположной стороны дворца, был построен еще один усадебный дом. Постройки соединял подвесной мост, перекинутый через ров (по его дну сейчас проходит дорога к причалу на реке Сож)». Двухэтажкой пользовался князь Александр Голицын, который получил это местечко в подарок от Екатерины Великой за свои ратные подвиги. Описания дома оставил и известный русский академик Иван Лепехин, который в начале 1770-х совершил свое научное путешествие по новым провинциям Российской империи: «В 1776 году князь (Александр Голицын. — Авт.) решил построить новый дворец, он представлял собой двухэтажный деревянный особняк, обмазанный глиной. Также сохранился до наших дней усадебный дом, который был соединен с дворцом перекидным мостом, вдоль которого были построены парковые ансамбли».

В советское время двухэтажку использовали под райисполком и даже достроили правое крыло. Длительное время здесь находились кабинеты райпо. Помню, как несколько лет назад ее старшие сотрудники рассказывали про изысканную плитку, которую еще в советские годы разбили строители, когда переделывали камины. О благородстве постройки свидетельствовали и большие, метровой ширины, подоконники, высокие потолки. А какой красивый открылся из окон вид на парк, словами не передать. Говорят, что в старых стенах всегда живет дух дома. Возможно, это он вздыхал и скрипел половицами, когда уборщица в позднее время наводила здесь порядок. В пустом здании вообще можно услышать необычные звуки. Особенно, если оно такое старое. Но самым таинственным местом был в доме подвал. Под ним, говорят, находился подземный ход. Возле полуразрушенного здания я действительно видела провалы грунта. Возможно, это как раз он и был?

Старший научный сотрудник местного историко-краеведческого музея Вера Стасенко призналась, что была в шоке от новости. Она инициатор и организатор пешеходных экскурсий по Славгороду, водила гостей города по утвержденному Национальным агентством по туризму маршруту. И снесенное здание было на нем самым интересным объектом.

— Оно включено в реестр Национального агентства по туризму «Архитектурное наследие XVIII–ХІХ веков возле почтовых дорог», — уточняет она. — Это действительно был уникальный объект, о котором можно было очень долго рассказывать. Он идеально подходил для того, чтобы сделать из него так называемый Дом муз и переместить сюда районный центр детского творчества и детскую школу искусств.

Жаль, что Славгород, старинный Пропошеск, не ценит своей исторической особенности. Город, кстати, на семь лет старше Москвы, отмечает в этом году свое 885-летие. Только своим внешним видом он совершенно не соответствует такому уважаемому возрасту.

Должен быть статус

Интересны мы люди. С одной стороны, жалуемся, что нам нечего показать туристам, с другой — не сберегаем то, что осталось. Важные с точки зрения культурного наследия объекты XVІІІ — начала XX века периодически исчезают по разным причинам. На их месте возводят жилые комплексы, парковки, бизнес-центры. Если у дома нет охранного статуса, он обречен. Его могут разрушить, как в случае с двухэтажкой в Славгороде, или изменить до неузнаваемости. Яркий пример по Могилеву-гостиница «Метрополь»: семь лет назад частник полностью изменил внешний вид скромной двухэтажки XIX века. Сделал из него, по сути, новую огромную постройку, значительно увеличив в высоту и ширину. Этот новый громоздкий объект с претензией на старину почти полностью заслонил собой настоящий Могилевский интерес — костел Святого Станислава, памятник архитектуры барокко XVIII века.

— Мы пытались отстоять двухэтажку, но она была без статуса, и ничего не получилось, — переживает могилевский историк Николай БОРИСЕНКО, который ранее возглавлял в городе общественную организацию охраны памятников истории и культуры. — В результате в центре города появилась постройка, не характерная для здешней архитектуры, которая к тому же еще и не вписывается в общий стиль.

— Государство никогда не вмешивается в дела тех, кто распоряжается историческим имуществом без статуса, — резюмирует председатель Республиканского совета Белорусского добровольного общества охраны памятников истории и культуры Антон АСТАПОВИЧ. — Здесь нет никакого юридического основания наказывать. Сносится или переделывается только то, что не имеет статуса историко-культурной ценности. А чтобы такой статус появился, нужно чтобы от кого-то исходила инициатива. Даже от обычного человека. Механизм придания зданию статуса приводится в Кодексе о культуре. По сути, любой может вникнуть и разобраться. Все охают, что драгоценное здание разрушают, но никто ничего не делает, чтобы оно получило статус и находилось под охраной государства. Только это его спасает от сноса. Здесь виноваты все — и местные органы власти, и музейщики, и краеведы, и местные жители, и наше общество охраны памятников, потому что мы физически не можем везде успеть. Проблема очень большая. Если старое здание без статуса теряет собственника или становится ему ненужным, оно начинает деградировать, и местным органам власти действительно легче от него избавиться, чем принимать какие-то меры.

Есть еще одна не менее актуальная проблема. Даже если у здания есть охранный статус, это только полдела. Он, конечно, спасает от уничтожения, но не гарантирует его сохранности. С момента признания здания объектом культурного наследия на его собственника накладываются обязательства по охране. Такие дома часто нуждаются в реставрации и ремонте. И даже если у государства находятся деньги на восстановление, они почему-то не всегда доходят до объекта. Пример — тот же Славгород, где еще в советское время дважды были попытки сделать из церкви Пресвятой Богородицы, памятника архитектуры XVІІІ века, музей религии республиканского, а то и союзного масштаба. Тогда еще очень хорошо выглядели фрески учеников великого художника Владимира Боровиковского, которыми раскрашены стены и купол храма. Проекты так и лежат в отделе культуры Славгородского райисполкома. А вот что касается финансов, узнать о них сложнее. Некоторые жители города высказывают предположения, что на них был построен районный дом культуры. Кстати, нечто подобное получилось и с еще одним историческим объектом в Славгороде — почтовой станцией ХІХ века. Планировалось, что там разместится районный историко-краеведческий музей. Музей появился, но не в историческом здании, а за ним — наспех построенной бетонной коробке. И теперь еще не каждый турист с первой попытки догадается, где его искать. А почтовая станция, которая уже как минимум 15 лет ждет ремонта, продолжает разрушаться.

Как будем спасать?

Этим озабочены историки, краеведы, работники культуры, общественность не только Могилевской области.

— К сожалению, мы очень ограничены в денежных средствах, — замечает главный специалист управления культуры Могилевского облисполкома Евгений БЕЛОУСОВ. — Всего по Могилевской области 129 памятников архитектуры, включая комплексы, в которые входит сразу несколько зданий. В этом году финансирование по государственной линии будет выделяться только на реконструкцию Жиличского дворцово-паркового ансамбля. Что касается других объектов, то деньги на них найти труднее. И в небольших райцентрах, и в более крупных городах прорабатываются вопросы по спонсорской помощи, по привлечению средств из внебюджетных источников, не запрещенных законодательством. Там, где обстановка совершенно критическая, создаются благотворительные счета, чтобы к делу могли присоединиться все желающие.

Во время дискуссий на диалоговых площадках, где обсуждались предложения по внесению в законодательство, звучали разные мнения, как спасать наше историко-культурное наследие. В резолюцию для рассмотрения на высшем уровне Могилевский облисполком внес несколько из них. Есть, например, предложение предусмотреть отчисления от продажи билетов на культурно-зрелищные мероприятия, которые возможно было бы направить на реконструкцию историко-культурных объектов. Некоторые предлагают идти даже дальше.

— Я вижу только один способ сохранить наше культурное наследие — это ввести отчисления в размере 0,5–1 % от прибыли для всех наших коммерческих и государственных организаций и предприятий, — убежден Николай Борисенко. — В ином случае мы просто потеряем наше историческое наследие. Объектов в запущенном состоянии по области много. Костелы в Княжицах и Рясне, заброшенная усадьба Толстых в деревне Грудиновка Быховского района, тот же Быховский замок-единственная такого рода постройка на всю страну. А еще было бы хорошо, если бы на уровне Министерства культуры был создан нормативный акт, который бы подтолкнул наши музеи и учреждения культуры обследовать все здания и подготовить необходимые материалы для присвоения им статуса. Пусть они будут третьей категории или совсем без категории, но смысл всего этого — сберечь. В ином случае мы потеряем все памятники и ХІХ века, и советской эпохи. А без истории, без надежного фундамента невозможно строить государство. Архитектура — это застывшая в камне старина, а мы от нее избавляемся. И этим только своих потомков обделяем.

Нелли ЗИГУЛЯ

Фото автора и из архива Веры Стасенко

Название в газете: Прыйдзе час і збіраць камяні

Выбор редакции

Общество

В Будславе из-за пожара обрушилась крыша одного из красивейших костелов страны

В Будславе из-за пожара обрушилась крыша одного из красивейших костелов страны

Величайшая святыня — икона Матери Божьей Будславской — перевезена в безопасное место.

Общество

Краски войны. Пять картин художников-очевидцев

Краски войны. Пять картин художников-очевидцев

Война — одна из тех тем, которые никого не оставляют равнодушными.

Спорт

Алексей Талай: Я себе поблажек не даю

Алексей Талай: Я себе поблажек не даю

Черный пояс по таэквондо и светлый путь по жизни пловца-паралимпийца.