Вы здесь

Знаменитый белорусский мастер Валерий Колтыгин о том, что привлекает в Бобруйск ведущих керамистов, какие его новации получили мировое признание и в чем главный секрет магии огня


Глина для этого человека — целая вселенная с его бесконечным временем, неуступчивой для понимания философией, непредсказуемостью, загадочностью, непосредственностью. Возможно, поэтому его мало кто и понимает. Кричащий дядя в тюбетейке, чем-то похож на сказочного джина. Он действительно немного волшебник. Схватил за хвост огневого бога Жижаля и выведал у него все тайны. Сейчас вот пытается создать в Бобруйске центр керамики, который бы стал реальным воплощением уникальных знаний в жизнь — отличной площадкой для развития искусства керамики на высоком уровне. Обещает, что упомянутый Центр станет настоящим оазисом белорусской керамики, похожего на который нет во всей Беларуси. Да что там в Беларуси! Вон на его творение — пленэр «Арт-Жыжаль» — в Бобруйск приезжают керамисты из Европы и даже Америки…


Мечты мастера 

Заслуги Валерия Колтыгина отмечены государственными наградами, он обладатель медали Франциска Скорины за вклад в белорусскую керамику. Как уже было отмечено, мастер известен не только в Беларуси, но и за ее пределами. В Бобруйске он возглавляет городскую организацию Белорусского союза художников, под его патронажем проходит главный здешний праздник керамики «Арт-Жыжаль». В следующем году Бобруйскому керамисту исполняется 75 лет. Он еще полон энергии, планов, идей. И нам кажется, что Колтыгин и без центра сможет удивить и заманить кого угодно. А тот переживает. Ему, кажется, и не отказывают, но и не помогают. Вот наконец предложили подходящее здание под центр керамики, но что там можно сделать, если необходим основательный ремонт? Вопрос только в одном: где взять деньги? Колтыгин так устал что-то доказывать, что купил с женой Натальей старый дом в частном секторе и теперь постепенно пытается реализовать свои мечты. Все время, пока мы шли к его частной мастерской, он с горечью рассказывал о наболевшем — отсутствие условий для работы с учениками, недальновидность людей, которые, по сути, даже не понимают, какая польза Бобруйску от этого центра керамики. Слушала и не перебивала. А что тут можно было сказать? Просто тихо сочувствовала талантливому человеку, который, ну ни капельки не сомневаюсь, может сделать Бобруйск оригинальным местом для всех, кому интересно это искусство.

Он открывает калитку — и мы попадаем в царство его величества Жижаля. Вон под навесом та самая буржуйка из глины, которую вместе делали участники-керамисты пленэра «Арт-Жыжаль» несколько лет назад. Еще одна фестивальная работа с нежным названием «Боник», по прозвищу четвероногого любимца, скрывается под зонтиком. На полутораметровой фигуре чего только не закодировано! Даже сам мастер с прутом. Так неслобно посмеялись над своим гуру его учениками и товарищем по фестивалю. Валерий Колтыгин не обижается и даже не скрывает, что за идею готов поссориться с любым.

Двор — вообще такой небольшой колтыгинский микрокосмос, где керамика только дополняет стихийное сочетание живых деревьев, цветов и сорняков. Хозяин против искусственного облагораживания, ему интересно наблюдать за природой. А в доме, как в лавке древностей, — самовары, утюги, фарфоровые статуэтки, бутылки, банки, стаканы, другие вещи, которым, по моему наивному разумению, место на свалке. Но мастер смотрит на меня очень сердито: какая еще свалка? «Это для вас они бутылки, — возмущается он. — А для меня — разнообразие форм. Их здесь несколько сотен. И ни одной подобной. Для учебного процесса это очень важно. У меня здесь подборки по всем технологиям керамики».

На полочке, в ящичках, шкафах, коробках — произведения автора и его учеников. Одних плакеток — свыше 200 разработок. Это же насколько нужно быть одержимым, чтобы создать такое богатство?! У него, как у Оноре де Бальзака, целая галерея на тему «Человеческая комедия». Только в глине.

— Это — бомж, — знакомит автор с героями из цикла «Провинциалы». — Рядом — Василий, за ним крестьянка, Воробьиха, даже Юрка Боуда — есть такой в Бобруйске мастер. На соседней полочке — персонажи из аллегорической серии под названием «Место встречи». Например «Птица в яблоках» — это тема свалки. Точнее, всего того, что туда попадает. А вон стоит какой-то глиняный пакет с носом. Это же «Человек — пакет», — объясняет автор, не понимая моего удивления, и спрашивает: А что, человек разве не пакет?»

Есть здесь и сам Калтыгин. Правда, не в классическом исполнении. На одном плече у него вепрь, на втором — ворон, сбоку вообще какая-то барышня примостилась. Не понимаю: о чем это он? Он объясняет — и все становится на свои места. Ну понятно, это намек на то, что Валерий Колтыгин по знаку зодиака Дева, родился в год Кабана, а ворон — просто любимая его птица.

Большую часть дома занимает библиотека — в ней много классики, включая белорусскую. «Читаю постоянно, — уточняет собеседник. — Сейчас взялся за Чехова. Приходит новое осмысление произведения». Есть у него и своя книга — «Из опыта учителя керамики», которая вышла тиражом всего в 100 экземпляров. Это своеобразное практическое пособие, написанное очень легким и понятным языком. Просматриваю — и мне кажется, что даже я могла бы по этому пособию чего-то достичь в данной сфере.

Из династии… учетилей

О своих учениках Колтыгин рассказывает с уважением, их немного, но они есть. Один из его последователей — сын Максим, в Могилеве как раз сейчас проходит их совместная выставка из серии Четыре четверти». С Максимом все понятно. Его детство прошло среди керамического разнообразия отцовских работ. А вот откуда такое желание появилось у мастера? Родители были учителями, дед и на пенсии преподавал математику.

— Не поверите, но я даже в школьном сочинении писал, что мечтаю стать скульптором, — рассказывает он. — Именно скульптором, не меньше. На керамику тогда вообще не обращал внимания — да, мелкая пластика, разные чайники, чашечки, ничего особо интересного. После очередной неудачной попытки поступить в институт на выбранную специальность узнал, что в 15-е бобруйское училище набирают скульпторов-модельщиков. На это и клюнул. Конкурс был дикий — по 6–8 человек на место. Экзамены сдал хорошо, но меня все равно не хотели брать. Мне на тот момент уже 25 лет исполнилось. Но помогла… партия. Вмешалась мать и друг, который помог обращение написать. Одним словом, приняли. Учился с удовольствием, даже брал дополнительные занятия по композиции, из мастерской по 12 часов не выходил. После училища, которое окончил с отличием, наконец поступил и в институт.

Учительские гены в конце концов «сработали». Правда, преподавать пришлось не белорусский язык или математику, а основы керамики. Кстати, книга «Из опыта учителя керамики» как раз и появилась благодаря такому учительству. Автор предупреждает вопросы, которые у него самого возникали, когда преподавал теорию. Он всегда подкреплял ее практикой. И если что-то не получалось, упорно искал выход. Только в поисках рождается мастер, считает он. «Арт-Жыжаль» — тоже экспериментальный проект. За него он в 2009 году даже получил специальную премию Президента.

— Это такой колоссальный опыт, что я написал еще одну книгу, — делится заветным собеседник. — Она пока не выдана, но там целый клад полезной информации по пленэру керамики и дровяному обжигу, который является главной фишкой «Арт-Жыжаля». Там и про печи, и про технологию, и про инструмент, и про глину — такой подробной инструкции вы нигде больше не найдете. Все, повторюсь, испытано на себе, а не взято из каких-то там энциклопедий. Есть даже словарь, ведь терминологию тоже важно знать. А с этим проблемы не только у учеников, но и у некоторых преподавателей.

Рака по-белорусски

В этом году планируется провести «Арт-Жыжаль» уже в 17-й раз. Место деяния то же — база отдыха «Вербки» под Бобруйском. Старт пленэру будет дан в июле и, что символично, именно 17-го. Участников также будет 17, свое желание приехать выразили представители Абхазии, Молдовы, Украины, Перу, Бангладеш, Испании, других стран. За время существования «Арт-Жыжаля» на нем побывали гости из 25 стран. На этот раз новичков будет как минимум треть. Настоящих керамистов ничего не пугает — ни пандемия, ни другие ограничения.

— Керамика — это очень интересная наука, ее можно постигать бесконечно, — рассуждает мастер. — Наш пленэр дает возможность существенно повысить уровень знаний. Спецификой дровяных обжигов, созданием огневой скульптуры сегодня мало кто владеет. В Беларуси, могу сказать точно, мало кто. Я знаю очень много, но здесь нет границ для совершенствования. Однажды во время открытия моей выставки сказали: Колтыгин в чистом поле может построить печку. И это правда. Я много чего читал, потом все это испытывал. Сейчас в интернете много различной информации, включая и о дровяных обжигах. Но вся она поверхностная. Начинаешь делать, а что-то не клеится.

Как-то Колтыгин модернизировал под дровяные обжига газовую печку из немецкой книги по керамике и даже на одном из форумов в Латвии сделал ее для Даугавпилсского центра керамики. Было странно услышать от латыши, которая приезжала на» «Арт-Жыжаль», что это устройство и сегодня очень популярно в Прибалтике. Называется, кстати, «печка Колтыгина». Большое распространение она получила в связи с тамошней модой на стиль раки — прерванный обжиг. Причем и здесь не обошлось без новации Колтыгина. Благодаря ему появилась белорусская ошпаренная технология керамики в профессиональном искусстве. Сейчас некоторые даже претендуют на пальму первенства. Мол, это их приобретение. Но Колтыгин готов привести доказательства, что все началось именно у нас.

Фото автора.

— Ошпаренная керамика, благодаря нашему пленэру, начала применяться в профессиональной керамике в России, Молдове, в Украине, и даже в Индии и Турции, — говорит он. — Люди, которые серьезно занимаются керамикой, все чаще обращают на нас внимание. У нас всегда можно взять на вооружение что-то новое. И керамисты приезжают достаточно высокого уровня. У себя они работают в студийных условиях, где все предсказуемо, а здесь импровизация — экстрим, эксперимент, волнение, напряжение. Они обжигают, пережигают, расстраиваются, некоторые даже плачут. Новичкам особенно сложно, они боятся живого огня. Им нужно долго объяснять, успокаивать, обучать. Многие мыслят стереотипно по отношению к своему творчеству. А тут нужно очень быстро меняться, отказываться от своих декоративных наклонностей, приспосабливаться к технологии живого огня. Здесь даже профессиональные художники теряются. Это настоящая работа и не только над скульптурой, но и над самим собой.

На фоне того, как в мире растет интерес к керамике, Бобруйск выглядит одним из интересных центров такого искусства. Валерий Колтыгин это хорошо понимает и делает все для того, чтобы держать высокую планку. К сожалению, констатирует он, будущее белорусской керамики очень неопределенное. В стране закрываются известные некогда в Советском Союзе заводы по керамике — и вместе с тем интерес к этому виду искусства у молодежи исчезает. «Если не остановить этот процесс, однажды мы потеряем одну из своих национальных особенностей», — говорит он. И с упорством продолжает делать все, что в его силах, чтобы сохранить это сокровище. Пишет книги, проводит пленэр «Арт-Жыжаль» и упорно не отказывается от мысли начать возрождение искусства из Центра керамики в Бобруйске. Очень хочется надеяться, что в своих стремлениях он не единственный.

Нелли ЗИГУЛЯ, г. Бобруйск

Выбор редакции

Калейдоскоп

У Козерогов ошибки и потери, у Скорпионов — волна удачи. Гороскоп на эту неделю

У Козерогов ошибки и потери, у Скорпионов — волна удачи. Гороскоп на эту неделю

ОВЕН. На этой неделе, похоже, придется рассчитывать только на свои силы и умение быстро менять планы.

Общество

Огненные деревни. Нельзя забыть. Каждый третий Докшицкого края

Огненные деревни. Нельзя забыть. Каждый третий Докшицкого края

Сестры Хатыни... Сколько их на территории Беларуси? Эту цифру исследователи точно не могут вывести и сегодня.