Вы здесь

Знаменитый белорусский мастер Валерий Колтыгин о том, что привлекает в Бобруйск ведущих керамистов, какие его новации получили мировое признание и в чем главный секрет магии огня


Глина для этого человека — целая вселенная с его бесконечным временем, неуступчивой для понимания философией, непредсказуемостью, загадочностью, непосредственностью. Возможно, поэтому его мало кто и понимает. Кричащий дядя в тюбетейке, чем-то похож на сказочного джина. Он действительно немного волшебник. Схватил за хвост огневого бога Жижаля и выведал у него все тайны. Сейчас вот пытается создать в Бобруйске центр керамики, который бы стал реальным воплощением уникальных знаний в жизнь — отличной площадкой для развития искусства керамики на высоком уровне. Обещает, что упомянутый Центр станет настоящим оазисом белорусской керамики, похожего на который нет во всей Беларуси. Да что там в Беларуси! Вон на его творение — пленэр «Арт-Жыжаль» — в Бобруйск приезжают керамисты из Европы и даже Америки…


Мечты мастера 

Заслуги Валерия Колтыгина отмечены государственными наградами, он обладатель медали Франциска Скорины за вклад в белорусскую керамику. Как уже было отмечено, мастер известен не только в Беларуси, но и за ее пределами. В Бобруйске он возглавляет городскую организацию Белорусского союза художников, под его патронажем проходит главный здешний праздник керамики «Арт-Жыжаль». В следующем году Бобруйскому керамисту исполняется 75 лет. Он еще полон энергии, планов, идей. И нам кажется, что Колтыгин и без центра сможет удивить и заманить кого угодно. А тот переживает. Ему, кажется, и не отказывают, но и не помогают. Вот наконец предложили подходящее здание под центр керамики, но что там можно сделать, если необходим основательный ремонт? Вопрос только в одном: где взять деньги? Колтыгин так устал что-то доказывать, что купил с женой Натальей старый дом в частном секторе и теперь постепенно пытается реализовать свои мечты. Все время, пока мы шли к его частной мастерской, он с горечью рассказывал о наболевшем — отсутствие условий для работы с учениками, недальновидность людей, которые, по сути, даже не понимают, какая польза Бобруйску от этого центра керамики. Слушала и не перебивала. А что тут можно было сказать? Просто тихо сочувствовала талантливому человеку, который, ну ни капельки не сомневаюсь, может сделать Бобруйск оригинальным местом для всех, кому интересно это искусство.

Он открывает калитку — и мы попадаем в царство его величества Жижаля. Вон под навесом та самая буржуйка из глины, которую вместе делали участники-керамисты пленэра «Арт-Жыжаль» несколько лет назад. Еще одна фестивальная работа с нежным названием «Боник», по прозвищу четвероногого любимца, скрывается под зонтиком. На полутораметровой фигуре чего только не закодировано! Даже сам мастер с прутом. Так неслобно посмеялись над своим гуру его учениками и товарищем по фестивалю. Валерий Колтыгин не обижается и даже не скрывает, что за идею готов поссориться с любым.

Двор — вообще такой небольшой колтыгинский микрокосмос, где керамика только дополняет стихийное сочетание живых деревьев, цветов и сорняков. Хозяин против искусственного облагораживания, ему интересно наблюдать за природой. А в доме, как в лавке древностей, — самовары, утюги, фарфоровые статуэтки, бутылки, банки, стаканы, другие вещи, которым, по моему наивному разумению, место на свалке. Но мастер смотрит на меня очень сердито: какая еще свалка? «Это для вас они бутылки, — возмущается он. — А для меня — разнообразие форм. Их здесь несколько сотен. И ни одной подобной. Для учебного процесса это очень важно. У меня здесь подборки по всем технологиям керамики».

На полочке, в ящичках, шкафах, коробках — произведения автора и его учеников. Одних плакеток — свыше 200 разработок. Это же насколько нужно быть одержимым, чтобы создать такое богатство?! У него, как у Оноре де Бальзака, целая галерея на тему «Человеческая комедия». Только в глине.

— Это — бомж, — знакомит автор с героями из цикла «Провинциалы». — Рядом — Василий, за ним крестьянка, Воробьиха, даже Юрка Боуда — есть такой в Бобруйске мастер. На соседней полочке — персонажи из аллегорической серии под названием «Место встречи». Например «Птица в яблоках» — это тема свалки. Точнее, всего того, что туда попадает. А вон стоит какой-то глиняный пакет с носом. Это же «Человек — пакет», — объясняет автор, не понимая моего удивления, и спрашивает: А что, человек разве не пакет?»

Есть здесь и сам Калтыгин. Правда, не в классическом исполнении. На одном плече у него вепрь, на втором — ворон, сбоку вообще какая-то барышня примостилась. Не понимаю: о чем это он? Он объясняет — и все становится на свои места. Ну понятно, это намек на то, что Валерий Колтыгин по знаку зодиака Дева, родился в год Кабана, а ворон — просто любимая его птица.

Большую часть дома занимает библиотека — в ней много классики, включая белорусскую. «Читаю постоянно, — уточняет собеседник. — Сейчас взялся за Чехова. Приходит новое осмысление произведения». Есть у него и своя книга — «Из опыта учителя керамики», которая вышла тиражом всего в 100 экземпляров. Это своеобразное практическое пособие, написанное очень легким и понятным языком. Просматриваю — и мне кажется, что даже я могла бы по этому пособию чего-то достичь в данной сфере.

Из династии… учетилей

О своих учениках Колтыгин рассказывает с уважением, их немного, но они есть. Один из его последователей — сын Максим, в Могилеве как раз сейчас проходит их совместная выставка из серии Четыре четверти». С Максимом все понятно. Его детство прошло среди керамического разнообразия отцовских работ. А вот откуда такое желание появилось у мастера? Родители были учителями, дед и на пенсии преподавал математику.

— Не поверите, но я даже в школьном сочинении писал, что мечтаю стать скульптором, — рассказывает он. — Именно скульптором, не меньше. На керамику тогда вообще не обращал внимания — да, мелкая пластика, разные чайники, чашечки, ничего особо интересного. После очередной неудачной попытки поступить в институт на выбранную специальность узнал, что в 15-е бобруйское училище набирают скульпторов-модельщиков. На это и клюнул. Конкурс был дикий — по 6–8 человек на место. Экзамены сдал хорошо, но меня все равно не хотели брать. Мне на тот момент уже 25 лет исполнилось. Но помогла… партия. Вмешалась мать и друг, который помог обращение написать. Одним словом, приняли. Учился с удовольствием, даже брал дополнительные занятия по композиции, из мастерской по 12 часов не выходил. После училища, которое окончил с отличием, наконец поступил и в институт.

Учительские гены в конце концов «сработали». Правда, преподавать пришлось не белорусский язык или математику, а основы керамики. Кстати, книга «Из опыта учителя керамики» как раз и появилась благодаря такому учительству. Автор предупреждает вопросы, которые у него самого возникали, когда преподавал теорию. Он всегда подкреплял ее практикой. И если что-то не получалось, упорно искал выход. Только в поисках рождается мастер, считает он. «Арт-Жыжаль» — тоже экспериментальный проект. За него он в 2009 году даже получил специальную премию Президента.

— Это такой колоссальный опыт, что я написал еще одну книгу, — делится заветным собеседник. — Она пока не выдана, но там целый клад полезной информации по пленэру керамики и дровяному обжигу, который является главной фишкой «Арт-Жыжаля». Там и про печи, и про технологию, и про инструмент, и про глину — такой подробной инструкции вы нигде больше не найдете. Все, повторюсь, испытано на себе, а не взято из каких-то там энциклопедий. Есть даже словарь, ведь терминологию тоже важно знать. А с этим проблемы не только у учеников, но и у некоторых преподавателей.

Рака по-белорусски

В этом году планируется провести «Арт-Жыжаль» уже в 17-й раз. Место деяния то же — база отдыха «Вербки» под Бобруйском. Старт пленэру будет дан в июле и, что символично, именно 17-го. Участников также будет 17, свое желание приехать выразили представители Абхазии, Молдовы, Украины, Перу, Бангладеш, Испании, других стран. За время существования «Арт-Жыжаля» на нем побывали гости из 25 стран. На этот раз новичков будет как минимум треть. Настоящих керамистов ничего не пугает — ни пандемия, ни другие ограничения.

— Керамика — это очень интересная наука, ее можно постигать бесконечно, — рассуждает мастер. — Наш пленэр дает возможность существенно повысить уровень знаний. Спецификой дровяных обжигов, созданием огневой скульптуры сегодня мало кто владеет. В Беларуси, могу сказать точно, мало кто. Я знаю очень много, но здесь нет границ для совершенствования. Однажды во время открытия моей выставки сказали: Колтыгин в чистом поле может построить печку. И это правда. Я много чего читал, потом все это испытывал. Сейчас в интернете много различной информации, включая и о дровяных обжигах. Но вся она поверхностная. Начинаешь делать, а что-то не клеится.

Как-то Колтыгин модернизировал под дровяные обжига газовую печку из немецкой книги по керамике и даже на одном из форумов в Латвии сделал ее для Даугавпилсского центра керамики. Было странно услышать от латыши, которая приезжала на» «Арт-Жыжаль», что это устройство и сегодня очень популярно в Прибалтике. Называется, кстати, «печка Колтыгина». Большое распространение она получила в связи с тамошней модой на стиль раки — прерванный обжиг. Причем и здесь не обошлось без новации Колтыгина. Благодаря ему появилась белорусская ошпаренная технология керамики в профессиональном искусстве. Сейчас некоторые даже претендуют на пальму первенства. Мол, это их приобретение. Но Колтыгин готов привести доказательства, что все началось именно у нас.

Фото автора.

— Ошпаренная керамика, благодаря нашему пленэру, начала применяться в профессиональной керамике в России, Молдове, в Украине, и даже в Индии и Турции, — говорит он. — Люди, которые серьезно занимаются керамикой, все чаще обращают на нас внимание. У нас всегда можно взять на вооружение что-то новое. И керамисты приезжают достаточно высокого уровня. У себя они работают в студийных условиях, где все предсказуемо, а здесь импровизация — экстрим, эксперимент, волнение, напряжение. Они обжигают, пережигают, расстраиваются, некоторые даже плачут. Новичкам особенно сложно, они боятся живого огня. Им нужно долго объяснять, успокаивать, обучать. Многие мыслят стереотипно по отношению к своему творчеству. А тут нужно очень быстро меняться, отказываться от своих декоративных наклонностей, приспосабливаться к технологии живого огня. Здесь даже профессиональные художники теряются. Это настоящая работа и не только над скульптурой, но и над самим собой.

На фоне того, как в мире растет интерес к керамике, Бобруйск выглядит одним из интересных центров такого искусства. Валерий Колтыгин это хорошо понимает и делает все для того, чтобы держать высокую планку. К сожалению, констатирует он, будущее белорусской керамики очень неопределенное. В стране закрываются известные некогда в Советском Союзе заводы по керамике — и вместе с тем интерес к этому виду искусства у молодежи исчезает. «Если не остановить этот процесс, однажды мы потеряем одну из своих национальных особенностей», — говорит он. И с упорством продолжает делать все, что в его силах, чтобы сохранить это сокровище. Пишет книги, проводит пленэр «Арт-Жыжаль» и упорно не отказывается от мысли начать возрождение искусства из Центра керамики в Бобруйске. Очень хочется надеяться, что в своих стремлениях он не единственный.

Нелли ЗИГУЛЯ, г. Бобруйск

Выбор редакции

Общество

Минск встречает детей из Донецкой области

Минск встречает детей из Донецкой области

Дети из Донецкой области приехали в Беларусь на отдых и оздоровление.

Общество

«Никакие границы больше не разделят нашу родную землицу — Беларусь»

«Никакие границы больше не разделят нашу родную землицу — Беларусь»

Именно этими словами наши предшественники-«звяздовцы» приветствовали 17 сентября 1939 года.