Вы здесь

Люди и птицы. Как первые помогают вторым и при этом меняются сами


Этим летом я узнала о людях много нового. И сперва — о себе. Получилось это благодаря встрече с маленьким существом весом 13,5 грамма. Столько весила взрослая ласточка-землянка, которую в беспомощном состоянии подобрал муж на парковке столичного рынка «Ждановичи»: сложный перелом крыла.


В частности, узнала, что в Беларуси есть фермы по выращиванию кормовых насекомых, и практически в любое место их могут доставить. А еще — что людей, которые подбирают травмированных или ослабевших птиц, не так и мало. В этом году одних только стриженят спасали более 500 человек. И большинство из них, как и я, не подозревало, что будут готовы часами искать в интернете информацию об особенностях рациона насекомоядных, не спать ночами и полностью отбросить брезгливость к гигантским тараканам… Иначе говоря, будут готовы на все, чтобы помочь небесным созданиям, которые строгим взглядом заглядывают в самую глубь беспокойной человеческой души.

Это все о тех, кто впервые столкнулся с жителем неба, который оказался на земле. Оказалось, есть белорусы, спасающие крылатых братьев наших меньших на протяжении многих лет. Они проходят разные стадии: от сплошного самопожертвования до сопротивления и попыток выстроить границы, но уже не могут жить без той необъяснимой связи с птицами. Этот рассказ — о том, как птицы входят в жизнь людей, и о том, что получается впоследствии.

Марина: «Часто наша помощь не нужна»

Первая птица в жизни фотографа и бердвотчера Марины Серебряковой появилась в 16 лет — волнистый попугай. Уже тогда девушка поняла, что это полноценный член семьи, у которого есть характер, определенный темперамент, которому нужны внимание и особое питание.

Лет через пять она подобрала грача с поломанным крылом. Марина стала искать информацию по уходу за дикой птицей, так как с ней было все иначе. «Дикие птицы неприспособленны к жизни в квартире, к сосуществованию с человеком: он для них — враг» и вся ситуация — стресс», — говорит бердвотчер.

Марина Серебрякова

Найти общий язык с грачом помогли изучение зоопсихологии, терпение и время — на все понадобилось полгода.

Марина называет две существенные проблемы, с которыми когда-то столкнулась: «В 2010-х годах в Беларуси невозможно было найти ветеринаров — орнитологов с опытом. На государственной ветеринарной станции грача спутали с вороной. Вторая проблема — отношения людей, живущих вместе с тобой, к обстоятельствам нахождения дикой птицы в квартире. Например, грач, когда освоился, стал петь, и любил встречать своей песней рассвет.

«Потом пошло-поехало», — коротко описывает жизнь после встречи с Грачом Марина. С тех пор у нее жили десятки диких птиц разных видов. Самые счастливые истории — когда крылатого квартиранта удается вернуть в дикую природу. Но не менее вдохновляющие и те, где птица выкарабкивается из когтей смерти и становится другом человеку.

Марине никогда не забыть, как, казалось, безнадежно травмированный канюк — хищник с размахом крыльев более метра — боролся за жизнь. «Очень трогательно было наблюдать попытки птицы становиться на лапы. Сначала могла стоять секунду, но с каждым днем добавлялось еще немного времени, потом она стала пытаться двигать лапами, наконец, сделала пару шагов», — с нежностью вспоминает собеседница.

Марина отказалась покупать животных в зоомагазинах, так как считает, что тех, кому нужна наша помощь, — очень много просто на улице. Сегодня у Марины живут волнистый попугай, который потерял свой дом, полевой воробей и серая ворона. Воробей попал к ней птенцом, позже заболел и за время лечения стал ручным.

«Сейчас это самый ласковый, нежный „котенок“, и я даже не представляю, как жила без него, — признается Марина. — Он прилетает на плечо или руку, „расплывается“ или поправляет мои волосы, разговаривает, отбирает еду…»

У каждого волонтера и бердвотчера есть свои любимые виды птиц. «С моей серой вороной действительно интересно. Она постоянно развивается, учится чему-то новому. Еще она невероятно красивая», — рассказывает Марина о своей любимице.

В этом сезоне Марина ухаживала за голубенком и серым дроздом. Голубь возвращен в природу, дрозд готовится к вылету на свободу в разлетном вольере реабилитационного центра «Сирин».

Марина считает, что в Беларуси около 20 волонтеров, имеющих достаточный опыт обращения с дикими птицами. Каждый из них не только сам ухаживает и лечит крылатых, но и курирует от десятка до нескольких сотен человек, выхаживающих птичьих питомцев.

Тем, кто впервые подобрал птицу либо собирается это сделать, Марина советует перво-наперво обратиться в общественную организацию «Охрана птиц Отечества»: там проинструктируют, как не нарушить закон, подскажут, к кому обратиться за консультацией. При этом надо понимать, что в Беларуси нет приютов для птиц-инвалидов, нет центров, где птиц лечат, и до сих пор очень мало ветеринаров-орнитологов.

Часто птицам вообще не нужна наша помощь — лучше пройти мимо. Так бывает со слетками-птенцами, которые учатся летать, и которых докармливают родители после вылета из гнезда (исключение — стрижи и голуби). Еще одна ошибка людей — кормление водоплавающих птиц. Бердвотчер подчеркивает: любых подкармливать нужно, только если установились морозы ниже 10 градусов. При этом нельзя кормить хлебом (можно кашей, геркулесом). Все другое — только во вред, даже на беду для птиц.

Кирилл: «Стремление заполнить пробел»

Первая птица Кирилла Скирковского — совенок. Это был слеток, которого нельзя забирать от родителей, но знакомые Кирилла из-под Лиды о том не знали, время было упущено. Юноша птенца подкормил и отправил в российский специализированный центр подготовки диких животных к жизни в природе.

Кирилл Скирковский

Следующий свой опыт молодой человек получил в центре реабилитации диких животных под Минском, где был волонтером около года. Позже он и еще два единомышленника объединились в команду, чтобы создать собственный центр реабилитации диких животных, включая птиц. Пока замысел на уровне проекта, поиска средств и разработки сайта. Но название уже есть: «Центр реабилитации диких животных «НЕСС». В мечтах Кирилла — максимально приблизиться к лучшим образцам российских и европейских аналогов.

В Беларуси есть два места, куда можно отдать дикую птицу, — приют под Осиповичами и Центр реабилитации диких животных «Сирин» под Минском. Этого недостаточно, чтобы качественно помочь всем нуждающимся.

Кирилл говорит о площадке, где можно будет оказывать первую помощь, лечить, составлять рацион, готовить к выпуску, выпускать, отслеживать и вести статистику. «У нас не проводятся научные исследования о том, как лучше реабилитировать, куда, когда, каким образом выпускать. Часто это делается наугад, — говорит он. — К сожалению, наши ветеринары не специализируются на лечении диких животных».

О недостатке таких специалистов говорили все мои собеседники. Да и сама я столкнулась с этим.

Кирилл в этом году поступил учиться на ветеринара в Москву — там больше соответствующих профилей.

Александра: «Понять их язык»

Первая дикая птица Александры Красий, лингвиста и биолога, — голубка со сломанным крылом. Это было почти 20 лет назад. Потом был детеныш сороки и открытие возможностей консультации на интернет-ресурсе. Подобранная на школьной экскурсии в Каменке галка осталась хромая, но прожила у нее 10 лет. С дубоноса начался опыт вскармливания птичьих детей. С 2014 года у Александры живет вторая галка, которая умеет произносить три фразы и открывать коробочки с хитрыми замками.

Александра Красий

Через 10 лет после окончания школы и через несколько лет после выпуска из лингвистического университета Александра при поддержке мужа осуществила мечту своего детства — поступила на биологический факультет БГУ. Учебу на дневном отделении совмещала с работой по первой специальности: после занятий садилась за перевод документов.

«Полученные знания по биологии помогают лучше видеть ситуацию, — говорит она. — Но самое ценное во время учебы — практика. Я распределилась на кафедру „Зоология“, где есть выезды на научные базы. Это много дало, ведь из книг ты никогда не научишься тому, что тебе покажет опытный преподаватель в лесу».

Знания по лечению птиц волонтер получает самостоятельно, и главный помощник здесь — опыт. Каждая птица с новой проблемой — повод искать информацию. Александра из тех, кого не пугают сложности. Своего первого маленького щегла она возила на занятия в университет, чтобы не пропускать часы кормления. Диплом получала вместе с голым еще птенцом в сумке. Да и сейчас она берет птичьих детей с собой в гости и путешествия. Со смехом рассказывает о прошлогоднем воробье, которого мальчик из небольшого городка подобрал и прятал в шкафу от родителей. Воробей на всякий случай и у Александры тоже постоянно прятался: под салфетку.

«Трясогузка, полевые воробьи, снегирь, чиж… — перечисляет подопечных девушка. — В вольер для разлета отдаю только после того как научу их самостоятельно питаться, в том числе ловить живых сверчков». В этом году она растила 13 птенцов скворцов и семь воробьят одновременно.

С этим стрижом все в порядке: позже он поправился и улетел

Постепенно ситуация с помощью диким птицам, попавшим в беду, в Беларуси меняется к лучшему, считает волонтер. «Одна группа во „ВКонтакте“ по стрижам чего стоит („Спасение стрижей в Беларуси (статьи)“, сайт strіzh.by, автор — Ника Пужук. — Авт.), там есть инструкции практически на все случаи, — радуется она. — Количество трагических для птицы ошибок в попытках человека помочь уменьшается. Все чаще люди сначала ищут информацию, а уже потом пытаются накормить свою „находку“. Обращаются к волонтерам за консультацией. Чаще удается предупредить изъятие здоровых слетков».

К сожалению, с ветеринарной помощью прогресс не такой очевидный. Наверное, на это нужно больше времени, считает Александра. К тому же предложение качественной услуги может появиться при достаточном спросе на нее.

Еще одна положительная тенденция в обществе: люди, которые подобрали птенца, но не могут за ним ухаживать из-за специфики своей работы (наличие в квартире котов и детей — не аргумент, говорит Александра, у которой есть два кота) отдают свою находку волонтеру вместе с кормом, потом интересуются судьбой питомца. В таких случаях она приглашает опекунов поучаствовать в выпуске птицы в природу.

В этом году Александра проконсультировала несколько десятков человек, которые подобрали мелких птиц. Неизбежна в таком деле и досада: «К сожалению, все еще встречаются две крайности. Звонят и говорят о травмированной птице: если не приедете, я ее выброшу! Или находят здорового слетка, подсказываешь вернуть обратно, а в ответ — как так, там же кошки! Ну и что? А знаете, сколько хищников в лесу?!»

Как встреча с дикой птицей меняет человека? Дарит другой взгляд на окружающий мир, считает волонтер. Начинаешь замечать гнезда на деревьях, слышать птичье пение, видеть их в небе, различать голоса...

«По сути, птицы — это другая форма жизни, настолько они отличаются от нас, и когда ты начинаешь понимать их, эмоции переполняют. Вместе с тем, между людьми и птицами много общего, — добавляет биолог. — Например, визуальное восприятие окружающего мира».

Наконец, птицы делают человека более отзывчивым и ответственным. И с этим нельзя не согласиться.

Ольга МЕДВЕДЕВА 

Фотографии предоставлены героями публикации

Название в газете: Людзі і птушкі

Выбор редакции

Политика

Кризис на границе. Вся оперативная информация на четверг

Кризис на границе. Вся оперативная информация на четверг

Оперативная информация с белорусско-польской границы.

Общество

Ольга Чемоданова: «Если случилась беда — идите туда, если можете помогать — помогайте»

Ольга Чемоданова: «Если случилась беда — идите туда, если можете помогать — помогайте»

Еще недавно Ольга Чемоданова считалась лицом белорусской милиции.

Общество

«Красная линия» для двух женщин. Могут ли свекрови и невестки жить дружно?

«Красная линия» для двух женщин. Могут ли свекрови и невестки жить дружно?

Отношения со своей матерью и свекровью — это две совершенно разные истории.

Политика

Кризис на границе. Вся оперативная информация на среду

Кризис на границе. Вся оперативная информация на среду

Оперативная информация с белорусско-польской границы.