Вы здесь

Павел Cорока: «Картины — как удары камертона»


Свое творчество он называет поливалентным, а работы сравнивает с ударами камертона. Для художника собственные картины не что иное, как ментальное самостроительство без каких-то определенных значений. «Я часто объясняю суть своих работ зрителям, однако это лишь одна из вариаций. У каждого отдельного человека могут возникать другие переживания, представления и понимания», — объясняет наш герой. Он уверен: его картины, словно живые существа, работают с сущностью каждого человека по-своему.


«Чем больше смыслов, переживаний работа вызывает, тем больше это совершенное и потрясающее произведение…» — с этого начался наш разговор с Павлом. По его мнению, искреннее произведение искусства — это как все для всех — можно сравнить с религиозными текстами, в которых человек ищет и всегда находит свой смысл и объяснение.

С малого возраста Павел занимается стихосложением. К настоящему времени у молодого человека лежат кипы исписанных тетрадей. Этот период он называет особенным. Необычную притягательность парень испытывал и к изобразительному искусству. Благодаря маме Нине Михайловне его обучение проходило в столичной средней школе № 147 с художественным уклоном. Как рассказывает сам герой, в первой половине дня он писал стихи, а после шел работать в мастерскую. Школьника так увлекало рисование, что в 10–11 классах он даже прогуливал занятия. Павел улыбается и вспоминает, как на выпускном экзамене директор произнес, мол, что нужно было бы прописать Павла в мастерской. «А вообще по изобразительному искусству были такие исключительные учителя, как Татьяна Вадимовна Дмитрович, с которой я поддерживаю отношения по сей день. Она бегала к другим учителям — спасала меня, чтобы не исключили из школы, сглаживала определенные острые углы», — рассказывает парень.

Для него было больно, что школа с течением времени фактически перестала быть учреждением с художественным уклоном. Однако оставались мастерские и работали учителя, которые вели занятия по искусству исключительно в факультативном ключе. «Мне очень повезло, что встретились педагоги, которые действительно могут носить это звание», — добавляет художник и сравнивает учителя с садовником, который ждет ростков, роста и раскрытия.

После девятого класса Павел пытался поступать в Глебовское училище. Однако писал как слышал. «Я сдал экзамены — по картинке, живописи, композиции, а вот экзамен по русскому языку был полностью завален», — рассказывает парень.

Тогда, вспоминает он, педагоги по изобразительному искусству предложили мне поступать в следующем году. Учительница на подготовительных курсах с одной стороны, поддерживала желание парня писать, как подсказывала душа, а с другой — говорила, что нужно обращаться к чему-то продиктованному. «Я узнал, что так делать мне придется все время учебы в училище, мне показалось это каторгой. Чем больше на подготовительных курсах были довольны мной и в целом положительно высказывались о работе, тем меньше я был доволен результатами своей работы, и в какой-то момент мне становилось больно от этого. Как-то естественно я принял решение, что не буду учиться в этом учреждении», — объясняет свой выбор наш герой.

Павел Сорока из тех свободных художников, которые считают, что необязательно абсолютную чистую свободу выдерживать в определенных формах, канонах. Молодой художник считает, что основные классические правила искусства, конечно, хорошо было бы знать, иметь в своем инструментарии, но дидактику, так называемую диктатуру, которая насаждается, выдерживать — не в его характере.

После окончания 11 класса творец выбрал профессионально-технический колледж декоративно-прикладного искусства имени Н. А. Кедышко. Учеба по специальности «Гончарство, художник-оформитель» давала учащемуся определенную свободу. «Куратор-мастер говорил, что я использую помещение колледжа как собственную мастерскую, — смеется герой. — Пока мои сокурсники в Год овцы лепили по 40 баранов в гончарной мастерской, я лепил необычный такой цветок сознания, лепестки которого были как разные состояния человека, такой, так сказать, цветник, распускающийся разными психическими состояниями. Естественно, это не у всех находило одобрение», — говорит художник. Однако были и те, кто разглядел в Павле исключительный талант. Студент Сорока там сразу подружился со своим преподавателем пластической анатомии. Павел Эдуардович Куницкий — известный отечественный скульптор. «Сейчас мы очень близки, — делится молодой творец. — Дружба с этим человеком — мое удивительное приобретение оттуда».

Во время учебы наш герой засиживался за работой подолгу — уходил из мастерской, когда на смену дневному сторожу приходил ночной. Некоторые учителя относились к нему с взаимопониманием, давали ключи от мастерских, однако не все. «Я вроде бы бросал им вызов, — говорит художник, — хотя никогда не позволял себе кого-то оскорблять, просто всегда делал то, что мне нравится. И я был исключен из программы, мог бы восстановиться в колледже, однако не стал этого делать», — делится парень.

Как-то в младшей школе с Павлом случился такой случай: он почувствовал, что его не любит учительница: «Помню, она отвела меня в сторону и сказала: мы здесь для того, чтобы учиться, а не для того, чтобы любить». Позже, когда Павел занимал в старших классах первые места в конкурсах по литературе и ораторскому мастерству, он хотел встретиться с той учительницей. «Хотел сказать, что нельзя чему-то научиться, не полюбив то, а полюбив, человек мгновенно этому учится, потому что любовь и обучение — синонимы».

Настоящий художник, по мнению героя, это всегда какое-то новое измерение эстетики, смыслов. Он, как Сталкер у Тарковского, идет за пределы неизвестного. «На мой взгляд, любое полноценное искусство имеет свои законы, свой макрокосмос, свое внутреннее обустройство и, естественно, картины самобытного художника нельзя сводить к жанровости. Возможно, сходство и определенные влияния возможно заметить, однако в фундаментальном смысле у каждого художника о жанре речь идти не может – это прямой путь в никуда», — уверен наш герой.

Художественные работы Павла Сороки написаны маслом, есть и графика, но в целом последние годы автор экспериментирует. У него имеются картины и масштабные, как, например, произведение «В поисках обетованной земли» (2,5 метра), и небольшие, это обычно касающееся графики. «Я в зависимости от задач использую различные материалы, — говорит художник. — В частности, в масштабных работах использована аэрографическая техника. Мне важно передать в живописи сначала различную деятельность сгущенной жизни, а после уже внутри помещать формальные объекты в виде образов, фигур и т. д. На первом уровне — субстанции жизни, передающиеся через уплотненные живописные слои, из чего образуется такой своеобразный кристалл. Именно метод аэрографики позволяет воздушно, почти эфирно, сноподобно наносить на эту кристаллическую живописную структуру определенные образы», — рассказывает художник.

Для творца важно, чтобы в его картинах присутствовала жизнь. Павел объясняет, что его работы — как жизненный факт, как вспышка, в которой читаются определенные образы, объекты, выводятся чувственные элементы. Работы Павла Сороки выставлялись в столичной библиотеке имени Янки Купалы, в «Грай-кафе», на различных коллективных выставках, например во время Недели дизайна на Октябрьской, поэтических вечеров на Зыбицкой. «Мне близки кинематографические и словесная формы, интегральное, инклюзивное пространство, где изобразительное искусство существует рядом с стихосложением, так сказать, представляя собой определенный корпус — как текст возле картин», — рассказывает Павел.

В планах художника — устроить выставку, в которой будет место и собственным стихам, и театральным постановкам, и музыке, с которой Павлу готовы помочь друзья-музыканты. «Другими словами, это будет территория чувств, чтобы у человека, присутствующего на выставке, возник опыт переживания. Будущая выставка мне представляется очень масштабным мероприятием. Сейчас галерея в классическом смысле себя изжила, мне кажется, надо разрабатывать другие формы», — подытожил он.

Молодой творец советует будущим художникам искать источники, которые наставляют, читать книги, вдохновляющие, благотворных людей. По его мнению, в деле искусства необходим энтузиазм, а еще нужно двигаться в ту сторону, где есть Божья сила.

Надежда ЗУЕВА

Фото из архива героя 

Выбор редакции

Общество

Инновации в строительной науке. Как создать то, что никто до сих пор не создавал?

Инновации в строительной науке. Как создать то, что никто до сих пор не создавал?

Строительные идеи разрабатываются в лаборатории одного брестского ученого.

Спорт

Алексей Хатылев: От Пекина не стоит ждать быстрых секунд

Алексей Хатылев: От Пекина не стоит ждать быстрых секунд

Вскоре в Пекине зажжется огонь XXІV зимних Олимпийских игр.

Общество

Белоснежные мечты. Почему на Новогрудчине вытинанку называют выбиванкой

Белоснежные мечты. Почему на Новогрудчине вытинанку называют выбиванкой

Бумага стала отличной альтернативой дорогим ажурным тканям.