Вы здесь

Как раньше мы не имели реальной картины трагедии ВОВ и почему ее нельзя замалчивать


Президент Беларуси Александр Лукашенко объявил 2022-й Годом исторической памяти. Одно из положений обновленной Конституции, вынесенной на общественное обсуждение, гласит, что государство обеспечивает сохранение исторической правды и памяти о героическом подвиге белорусского народа в годы Великой Отечественной войны. Все время мы были уверены, что наши предшественники сделали многое для того, чтобы установить памятные места, связанные с событиями Великой Отечественной войны, мемориализовать их. Да получилось, что работы в плане увековечения памяти погибших в годы военного лихолетья хватит еще и нам, и нашим последователям.


Во время раскопок на 9-м километре шоссе Брест — Москва возле Минска, где недавно было обнаружено крупное захоронение времен Великой Отечественной войны. В нескольких братских могилах, по предварительным данным, покоится свыше 38 тысяч человек.

Почему нельзя вычеркнуть этот период истории из нашей памяти, а также для чего мы сегодня должны отстаивать правду о той войне, о подвиге и трагедии белорусского народа, мы рассуждали с ведущим научным сотрудником отдела публикаций Национального архива Республики Беларусь, кандидатом исторических наук Вячеславом Селеменевым.

— Вячеслав Дмитриевич, раньше такого положения в Конституции не было. Наверное, не было необходимости: все, что связано с Великой Отечественной войной, являлось для нескольких поколений священным и неприкосновенным в принципе. Что случилось? Возможно, пришло новое поколение белорусов, для которых те события не представляют большой ценности?

— Раньше даже вопросов на эту тему не возникало. Память о войне, чествование подвига советского народа являлось аксиомой. Все поменялось. Те события с каждым годом отдаляются от нас. Для современного поколения белорусов Великая Отечественная война – это нечто далекое, даже древнее в отличие от поколения нашего, чьи родители были непосредственными участниками тех событий. У молодежи совсем другой подход к прошлому. Это видно даже по руководству иностранных государств, более молодые представители которого рассуждают о Второй мировой войне как об обычном явлении. Они даже не представляют, что такое война и какие последствия она несет. Довольно странно сегодня слышать призывы, доносящиеся из Европы, о развертывании определенных военных действий против нашей страны, России. Для тех, кто видел войну своими глазами, такое вообще не поддается здравому смыслу. Это говорит о том, что слишком мы отдалились от военных событий. Чем дальше от войны, тем меньше мы о ней знаем. Поэтому очень вовремя в Основном Законе страны появилась новая статья, направленная на то, чтобы уделять вопросу сохранения памяти больше внимания, чтобы люди больше никогда не знали, что такое война. При современном оружии – это фактически полное уничтожение государства. Таких длительных боевых действий, как в годы Великой Отечественной, больше никогда не будет. Если же все-таки война начнется, от европейских стран останется пустыня. Поэтому даже заикаться об определенных военных действиях абсурдно.

— Недавно был принят новый закон «О геноциде белорусского народа». Законопроект направлен на защиту исторической памяти, официальное признание и осуждение геноцида белорусского народа в годы Великой Отечественной войны, а также в послевоенный период. Почему только сейчас, почти через восемь десятилетий после тех ужасных событий, на ваш взгляд, будет дана оценка преступлениям нацистов и их пособников на белорусской земле?

— Действительно, мы очень поздно занялись этой темой. Но есть на это как объективные, так субъективные причины. Во-первых, мы так долго не затрагивали тему геноцида потому, что это испортило бы наши отношения с соседями. Об этом нельзя было писать, так как в уничтожении белорусского народа принимали участие наши «братья» по Советскому Союзу: коллаборационисты из Украины, Латвии, Литвы. Все верили в дружбу народов, поэтому старались об этих негативных моментах не говорить. То же самое продолжалось и после распада Советского Союза... Мы подготовили сборник документов о латышских полицейских формированиях в Беларуси в годы Второй мировой войны. Когда собрались его выдать, услышали в ответ, что у нас хорошие отношения с Латвией, поэтому о никаком обнародовании документов в то время даже не могло быть разговора. Во-вторых, до 1990-х годов большинство документов, связанных с периодом Великой Отечественной войны, было засекречено. Даже акты Чрезвычайной Государственной комиссии, которая занималась установлением и расследованием преступлений немецко-фашистских захватчиков и их пособников, находились на секретном хранении. Большинство документов, связанных с партизанским движением, хранилось в партийном архиве, доступа в который исследователи практически не имели. А если кто-то туда и попадал, то получал не то, что хотел. Шло дозирование выдачи информации. Сегодня, когда мы рассекретили все документы, включая те, которые хранились в партийном архиве, появилась возможность для объективного написания истории.

— Для нынешних исследователей, занимающихся темой Великой Отечественной войны, открыты все дороги...

— Беда в том, что, несмотря на доступность документов того периода, интерес к теме Великой Отечественной войны со стороны научного сообщества невелик. Взять то же партизанское движение, которое до сих пор является предметом острых дискуссий, особенно со стороны западных государств, историков. У нас же наработки по истории партизанского движения датированы советским временем. Несмотря на все достоинства изданной литературы, надо признать, что там не в полной мере дана оценка происходящему на оккупированной территории. Сегодня требуется новый подход к этой теме, но никто за нее не берется. В общем в разработке тем, связанных с периодом Второй мировой войны, должен быть государственный подход.

— Отправной точкой для многих ученых, архивистов, музейщиков и других специалистов, занимающихся темой Великой Отечественной войны, может стать закон «О геноциде белорусского народа»...

— Нужно учитывать тот факт, что этот закон будет под пристальным вниманием Запада. Западные, американские политики и историки под лупой разглядывают, что мы подготовили. Они обязательно зацепятся за определенные детали, подадут их под тем углом, который нужен им, это будет абсолютно не в нашу пользу. Поэтому мы должны быть подготовленными. Поля для деятельности хватит всем. Взять хотя бы такое понятие как концлагерь. У немцев это место принудительного содержания. Мы же не можем руководствоваться тем понятийным аппаратом, который создали они. Ко всему должен быть свой подход.

— Активную работу в деле восстановления справедливости с вашими коллегами по Национальному архиву ведете и вы. Почему нам сегодня как никогда нельзя замалчивать все факты, связанные с Великой Отечественной войной?

— История становится игрушкой в руках политиков. Недавно в Национальном архиве с документами, связанными с партизанским движением, работал немецкий историк польского происхождения. И, естественно, у него была только одна цель — накопать одну только «грязь», связанную с партизанской тематикой. В результате он показал партизанское движение через призму негатива, которое тоже было. А наши историки что в ответ? Промолчали. Есть еще один ученый, который раньше жил в Беларуси, а потом уехал. Недавно он дал интервью чужеземному радио насчет принятого закона «О геноциде белорусского народа». И на весь мир сказал, что никакого геноцида белорусов в нашей стране не было. Мол, против белорусского народа был будто бы только террор, и если бы не партизаны, которым мирные жители помогали, то никто бы их не трогал. Он даже договорился до того, что план «Ост» предусматривал не уничтожение белорусского народа, а переселение... Чтобы давать отпор таким псевдоисторикам, мы должны исследовать эту проблематику. По теме геноцида у нас вообще практически нет разработок. Как и нет ни одного специсследования по карательным операциям в Беларуси. На нашей территории немцы провели более 140 крупных карательных операций, но ни одного из ученых не заинтересовала данная тема. И об уничтожении деревень и их жителей, что также является одной из частей геноцида, нет ни одного специального исследования.

— Конечно, наши оппоненты тоже используют это в своих целях. Многие немцы, представители других западных народов вообще не знают, что в белорусских деревнях людей жгли живыми...

— Вскоре мы определим общее количество сожженных деревень. Однако точные данные – сколько было уничтожено население, какие населенные пункты были после войны восстановлены, а какие — нет, сегодня очень сложно установить. Мы сделали базу сожженных деревень, это основа. Однако ее нужно уточнять, для чего нужно привлечение местных органов власти. Сидя в архиве, не напишешь историю уничтожения деревень в районе. Одно скажу точно — сегодня по Беларуси мы выходим на цифру свыше 9300 сожженных деревень, а не 9200, как было принято считать долгое время. И «сестер» у Хатыни не 185, а гораздо больше.

— О массовом уничтожении мирных жителей оккупантами и их пособниками свидетельствуют и раскопки, проводимые в рамках заведенной Генеральной прокуратурой уголовного дела о геноциде белорусского народа в годы Великой Отечественной войны и в послевоенный период. Почему так сложилось, что до сих пор мы не имели реальной картины трагедии, которая в годы Второй мировой войны произошла на нашей земле?

— Это опять наша недоработка. Однако мы эту ошибку исправляем. За последние годы Национальным архивом издан ряд сборников документов, подтверждающих факт геноцида в отношении белорусского народа. Завершаем работу над выпуском сборников документов «Без срока давности» по каждой области. И там в качестве одного из приложений публикуется список мест массового уничтожения евреев. Бывший директор Музея евреев Инна Герасимова проехала по всей Беларуси и узнала обо всех местах уничтожения евреев. А почему местные власти не составили свои списки массового уничтожения населения в рамках подготовки тех же книг «Память»? Вот и получилось, что почти через 80 лет после окончания войны мы имеем неизученные места, где происходило массовое уничтожение людей. А сколько неизвестных до сих пор захоронений, где покоятся красноармейцы, партизаны! Безусловно, после войны было не до раскопок. Страна лежала в руинах. В первую очередь нужно было восстанавливать экономику. Возможно, сегодня нужно подумать о переиздании районных историко-документальных хроник «Память». Местами это уже делается. Однако не просто переписать, а дополнить с учетом тех открытых документов, к которым сегодня есть доступ. Мы только в начале этой работы. Куда ни глянешь — везде «белые пятна»...

Вероника КАНЮТА

Выбор редакции

Калейдоскоп

Гороскоп на следующую неделю

Гороскоп на следующую неделю

ВЕСЫ. Вам просто необходимо изменение обстановки.

Общество

«Папин день» — каждый день

«Папин день» — каждый день

Чтобы сделать счастливым ребенка, нужно сначала сделать счастливым себя.

Общество

В памяти народной. В Барановичах открыли мемориал Героям Беларуси Андрею Ничипорчику и Никите Куконенко

В памяти народной. В Барановичах открыли мемориал Героям Беларуси Андрею Ничипорчику и Никите Куконенко

Год назад почти все белорусы переживали гибель летчиков, погибших в Барановичах

Культура

Театральная интрига. Что будут обсуждать на съезде деятели театра — в разговоре с председателем БСТД Алексеем Дударевым

Театральная интрига. Что будут обсуждать на съезде деятели театра — в разговоре с председателем БСТД Алексеем Дударевым

Сила искусства – это как сила жизни: о ней можно вообще не думать, но если ее однажды почувствовал, то будешь заботиться, чтобы не потерять.