Вы здесь

Валентина Быстримович. «Ночной бросок»


Летние каникулы я проводила в деревне у бабушки и не думала о городе. А в конце августа приезжала в город, и меня поглощали школьные дела и события. Я не задумывалась, как в деревне живётся им без меня. Когда я уезжала, бабуля старалась засунуть мне в карман пятёрку, при её-то пенсии в двадцать четыре рубля. Дедушка и бабуля много работали, несмотря на возраст и болезни. Они никогда не жаловались и, мне казалось, всё просто и здорово.


Фото: pixabay.com

Бабуля днём практически не отдыхала, а когда у неё выпадало свободное время, брала подстилку и шла в лес за листьями. Я с ней тоже ходила. В орешнике, перекинув подстилку через плечо и завязав на груди, мы драли листья с веток и заталкивали в подстилку. Потом сушили их во дворе — так разнообразили зимний рацион коровы.

В том году мне исполнилось двенадцать, и вдруг, я стала замечать грусть в глазах бабули, когда та провожала меня. Она долго стояла и смотрела вслед… Дедушка последнее время болел, говорил шёпотом. Пришло осознание, что не так легко им живётся в деревне. И мне очень захотелось помочь им.

В деревне подходила наша очередь пасти общее стадо. Коров пока ещё гоняли на пастбище. А когда собираешь стадо, возле каждого дома нужно громко кричать: «Выгоняй!» Собирать животных нужно одновременно с двух концов улицы, выход к пастбищу в центре деревни.

Я была в городе, и ходила в школу во вторую смену. Завтра наша очередь выгонять коров и завтра суббота, но… Выгонять надо рано. После уроков я метнулась на автовокзал. В пятницу в конце дня желающих уехать из города оказалось чрезмерно много, и я втиснулась только в самый последний рейсовый автобус.

Из города отправлялся битком набитый автобус, но до последней остановки «Военный городок» доехали только двое — я и мужчина. Остальные вышли по пути. Два фонаря: один на остановке, другой у КП выхватывали из темноты небольшие круги пространства, а остальной мир пребывал в кромешной тьме.

От остановки до деревни пять километров через лес. Конечно, ходить через лес привычно, чужие практически не встречаются. Но идти лесом ночью одной раньше не приходилось. Подумала: «Тихо, как кошка, пойду метрах в двадцати позади мужчины. Он не заметит, а мне не будет страшно». Но он направился в военный городок, и дверь КП за ним закрылась.

Это повергло меня в замешательство: сесть обратно в автобус и вернуться в город, там фонари, люди или нырнуть в темноту? Нырять в темноту было стрёмно. Но как дедушка завтра выгонит коров? Закусив губу, шагнула в лес. Осмотрелась и немного успокоилась: тропинка видна по просвету в кронах. Звёзды. Ночью все спят, а не бродят бесцельно по лесу.
Я шла медленно, ступала почти беззвучно, мягко ставила ногу, чтобы не треснуть веткой. Старалась не обращать внимания на светящиеся точки, хотя они сверкали рядом, как горящие глаза хищников. Убеждала себя — это светлячки, волков здесь нет.

Хотела я этого или нет, но все мои мышцы были напряжены, как перед прыжком. Наверное, если бы увидела явную опасность, рванула бы как испуганный лось, не разбирая дороги и ломая ветки.

Я шла недалеко от места, где местные жители часто встречали полосатых поросят. Стало жутко, где они сейчас? Иногда нога сбивалась с тропинки, и я ступала на траву. Но, ориентируясь на просвет, я возвращалась на утоптанную землю. «Здесь никого не должно быть, — успокаивала я себя. — Ночь на то и ночь, чтобы все спали».

Сосредоточилась на звуках. Днём их не замечаешь, а ночью лес на удивление полон ими. Что-то потрескивает, шуршит, шелестит и даже хлопает крыльями. Ощущение опасности обострило обоняние. Запахи леса стали более насыщенными и яркими: пахло прелыми листьями, еловыми шишками, чабрецом, травой…

Перед выходом на освещённый звёздами заливной луг я остановилась, осознавая, что буду на виду из любой точки окраины леса. А вдруг кто-то наблюдает из темноты: зверь или беглый бандит, или ещё какая-нибудь напасть?

Постояв немного и прислушавшись, я пробежала луг, не глядя по сторонам, ступила на мостик и, держась за шаткие перила, не глядя вниз на чёрную воду, торопливо прошла через него…

Бабушка заплакала, когда открыла дверь: было двенадцать часов. Я попросила разбудить меня, сказала, что пойду выгонять коров, и тут же уснула. Утром проснулась и поняла: «Проспала!» Вскочила — в доме никого, на столе молоко и блины. Бросилась на огород, стада возле курганов не было, выскочила на улицу и увидела мирно пасущееся стадо за канавой.

Дедушка и бабуля не стали меня будить, пожалели. Мое сердце сжалось, я поняла, что они любили меня ещё больше, чем я их.

Валентина БЫСТРИМОВИЧ

Выбор редакции

Общество

Огненные деревни. Нельзя забыть. Каждый третий Докшицкого края

Огненные деревни. Нельзя забыть. Каждый третий Докшицкого края

Сестры Хатыни... Сколько их на территории Беларуси? Эту цифру исследователи точно не могут вывести и сегодня. 

Общество

Тарифы останутся доступными. Эксперты рассказали об основных направлениях развития отрасли ЖКХ

Тарифы останутся доступными. Эксперты рассказали об основных направлениях развития отрасли ЖКХ

Передовые технологии и наработки в сфере ЖКХ показали работники отрасли на и Международной специализированной выставке жилищно-коммунального хозяйства «Наш дом».