Вы здесь

«Перед боем бойцов надо было как-то вдохновить». По страницам биографии директора Белгосконсерватории Михаила Бергера


Когда готовила материал о фронтовых белорусских концертных бригадах, постоянно сталкивалась с документами, касающимися Белорусской государственной консерватории, сегодняшней Академии музыки... 28 июня 1941 года директор Белорусской государственной филармонии Прагин и директор государственной Белорусской консерватории Михаил Бергер получили одинаковые удостоверения.


«Центральный комитет коммунистической партии (большевиков) Белоруссии.

№ 447 28/VІ-1941г.

Удостоверение

Центральный комитет КП(б) Белоруссии поручает тов. Бергеру работу по организации эстрадно-театральных бригад для художественного обслуживания частей действующей Красной Армии».

Прагина назначили директором фронтовой концертной бригады, Бергера — художественным руководителем. Он же был и концертмейстером.

В этом году Белорусская государственная академия музыки празднует девяностолетие. По этому поводу вспоминаются прославленные имена из ее истории. Давайте вспомним и мы — с помощью документов Белорусского государственного архива-музея литературы и искусства.

Сын минского портного

В архиве есть две автобиографии Михаила Бергера, написанные от руки.

«Родился в 1909 году, в семье рабочего закройщика в гор. Минске. С 1922 года, обучаясь в муз. школе и музык. училище одновременно работаю в минских театрах, клубах — как пианист, солист и аккомпаниатор. А в 1928 году оканчиваю музык. техникум, после чего поступаю в Ленинградскую консерваторию».

Когда сын Минского закройщика, портного учился в минском музыкальном техникуме, там преподавал поэт Иосиф Пуща. В 1927-м Пуща передал свое место поэту Владимиру Жилку, который только приехал из Западной Беларуси и нуждался в работе. Так что Михаил Бергер должен был с ним встречаться. Жилка влюбился в студентку техникума Римму Маневич, которой в 1928 году, когда студент Бергер доучивался, посвятил стихотворение «Любви ничего не надо». Это чтобы вы представили атмосферу того времени — белорусская культура бурлила от молодых талантов: творческие вечера, дискуссии...

Михаил был очень талантлив. Нашла упоминание, что в детстве он аккомпанировал Ларисе Александровской. В музыкальном техникуме окончил класс фортепиано у Якова Живо. В своем выпуске считался одним из самых ярких пианистов. В его выпускной программе были соната Бетховена «Аврора», Двенадцатая венгерская рапсодия Листа, этюды Шопена...

Плюс еще подрабатывал тапером... Что добавило артистичности. Одна из его учениц, Людмила Шеломенцева, вспоминала: «С нами он был артистом, это тоже его особенность. Мы знали, что в юности, чтобы заработать деньги на учебу, он работал тапером, озвучивал фильмы, и помню, как здорово он играл польки, вальсы, когда мы бывали у него на дне рождения... Михаил Аркадьевич играл, а мы танцевали»

«Ты не голоден?»

Когда учился в Ленинградской консерватории, уже на втором курсе ему предложили дать концерт в Ленинградской филармонии. Конечно, тамошняя интеллектуальная и художественная жизнь завораживала... Бергер познакомился с Прокофьевым, Маяковским... Мог остаться в Ленинграде, где закончил аспирантуру, но выбрал родной Минск. В 1937-м Комитет искусств отправил его преподавателем в Минскую консерваторию, а в сентябре 1938-го он был назначен ее директором.

Времена нелегкие, многие из молодых музыкантов недоедали... Михаил Бергер всегда спрашивал, не голоден ли ученик, не одолжить ли денег на еду. А еще, как утверждают свидетели, не боялся зачислять в студенты детей репрессированной интеллигенции. А таких было много. И упомянутые Владимир Жилко и Иосиф Пуща оказались далеко от дома, в высылке.

До войны консерватория находилась в здании на Кирова. По воспоминаниям коллеги Бергера, пианиста Григория Шаршевского, «Человек он был добрый, благородный... Этот чернявый, улыбчивый, моложавый музыкант мчал по лестницам сверху вниз — как будто хроматические гаммы 32-мя нотами играл, только ногами успевал перебирать. Многие старались спародировать его, но не у всех получалось, здесь нужно было иметь технику высокого класса».

«Песня еще не закончилась, а дивизия уже поднялась и двинулась на защиту нашей Родины»

Великая Отечественная изменила все... Первая фронтовая концертная бригада образовалась в Гомеле. Первое выступление состоялось 3 июля 1941 года, на лесной поляне, для только что мобилизованных красноармейцев. А потом началась тяжелая, опасная, самоотверженная работа — по три-четыре концерта в день, которые нередко прерывались бомбежками. Вот что упоминал Михаил Бергер об одном из таких концертов:

«Август 1941 года. Вооруженные до зубов немецкие вандалы вторглись на территорию Беларуси, Украины. Почти вся Беларусь — Минск, Бобруйск, Витебск, Могилев — занята врагом. И только здесь, у стен Гомеля, он впустую бьется вот уже несколько месяцев... Гомель стал для фашистов белорусским Верденом. Для укрепления города прибыла грузинская дивизия, ожидавшая приказ о наступлении. Бойцы устали от многодневных переходов и долгого пути из Закавказья в Беларусь. Перед боем надо было их как-то вдохновить.

И вот тогда перед дивизией появилась Вероника Борисенко. Она стояла на открытом кузове грузовика возле фортепиано. На огромной лесной поляне установилась тишина. Прекрасная артистка пела романсы и песни. Возможно, не все произведения бойцы поняли, но дух занимала — так красиво было от сочинений, которые исполняла Вероника Борисенко! В ее голосе были и женское страдание, и хитрость, и власть, невольно хотелось ей подчиниться...

Звуки фортепиано растаяли. Несколько мгновений длилась тишина. Потом поляна загула, в воздух полетели пилотки:

— Ваша, ваша! Браво, браво! — долго не смолкали восторженные возгласы.

Концерт имел огромный успех. Помню, ко мне подошел полковник и попросил исполнить грузинскую песню «Сулико». И все мы начали петь ее, но к командиру подошел ординарец и что-то ему прошептал. Песня еще не закончилась, а дивизия уже поднялась и двинулась на защиту нашей Родины».

На фортепиано во время концерта играл именно Михаил Бергер. А упомянутая в воспоминаниях Вероника Борисенко — студентка ІІ курса Белорусской государственной консерватории. Она приехала в родной Гомель на каникулы, когда началась война. И случилось так, что директор консерватории Михаил Бергер выступал во фронтовой бригаде со своими студентами — кроме Борисенко, в бригаду включили студента-вокалиста Юрия Матраева.

Радио, фортепиано, консерватория

Читаем далее автобиографию Михаила Бергера:

«С первых дней войны я по поручению ЦК КП(б)Б организовал фронтовую бригаду, в которой пробыл по октябрь 1941 г., в качестве пианиста и худ. руководителя. В первых числах января 1942 года поступил в госпиталь № 45-59, где лечился и работал как пом. полит. В июне 1942 года комитетом искусств т. Солодовниковым назначен директором филармонии в гор. Самарканде... в феврале 1943 г. направляюсь в Саратов для сбора Белорусской госуд. консерватории.

В сентябре 1943 года ЦК КП(б)Б вызывает меня в Москву и назначает начальником музык. отдела радиовещания БССР. После чего я направляюсь в район Новобелица Гомельской области, по освобождению Минска с Радиокомитетом переехал в Минск».

Михаил Бергер отмечает, что все это время выступал как солист-пианист, а в консерваторию вернулся в качестве профессора и заведующего кафедрой, так как «за время моей работы в радиокомитете был назначен второй директор консерватории».

Под автобиографией, насколько можно разобрать размазанные чернила, значится ноябрь 1948 г. под второй автобиографией — условная дата, обозначенная архивистами: «1940-е — 1950-е гг». Она более короткая, содержание приблизительно совпадает.

Вот справка на бланке Белорусской государственной эстрады от 15.08.1941 г. за подписью директора Прогина и начальника Бобруйского Дома Красной Армии Короткевича:

«Дана настоящая тов. Бергеру М.А., что он с 1.07.41 г. работал по обслуживанию концертами Действующей Красной Армии в качестве пианиста и художественного руководителя, в связи с окончанием работы направляется в город Новосибирск».

Следующий документ — от 14.09.1941 г.:

«Удостоверение.

Выдано настоящее участникам концертной бригады по обслуживанию частей действующей армии Западного фронта т.т. Любану И.И. и Бергеру М.А. в том, что они действительно следуют за получением задания в комитет по делам искусства в г. Москву».

И несколько слов о студентах Бегнера. Когда в сентябре концертную бригаду отправили в распоряжение Главного политуправления, Борисенко и Матраев возобновили занятия в консерватории. После освобождения Беларуси Юрий Матраев много лет был солистом Большого театра оперы и балета Беларуси, Вероника Борисенко стала отличной солисткой Большого театра в Москве, где работала более 30 лет. Хорошая певица Тамара Синявская говорила о ней: «Это был голос, который можно держать в ладони — такой плотный, очень красивый, мягкий, но в то же время упругий . Красота этого голоса в том, что он — солнечный, несмотря на то, что меццо-сопрано... У Борисенко в голосе все... есть: день и ночь, дождь и солнце...»

Два браунинга

Процитируем еще один документ из фондов архива-музея, написанный чернилами на пожелтевшем кусочке листа из ученической тетради в линейку:

«Удостоверение

Выдано настоящее члену концертной бригады по обслуживанию воинских частей действующей армии тов. Бергеру М.А. в том, что ему выдан браунинг № 278777».

Под текстом дата: «22 июля 1941 г. Гомель».

Этот браунинг упоминают многие свидетели... Впечатляясь зрелищем, как мягкий, интеллигентный Михаил Бергер не расставался с доверенным оружием нигде. Вот отрывок из воспоминаний одного из артистов:

«Пробовал свои силы в композиции заслуженный артист БССР М. Бергер. Юрий Матраев пел его лирическую песенку «Портной». Бергер участвовал в самых трудных поездках бригады, в том числе — в части комкора Л.Г.Петровского, сражавшейся за Рогачев и Жлобин. Михаил Аркадьевич носил в кармане пистолет «ТТ», тщательно обернутый в носовой платок».

Кстати, обратили внимание на тему песни — это безусловно личное, воспоминание об отце-портном.

Но наступила мирная жизнь... Вот еще один документ, на этот раз — на специальном бланке, на бумаге, которая даже через полувека не пожелтела:

«Управление милиции МВД БССР

Гор. Минск, 11 октября 1949 г.

Квитанция №201.

Принято от гр. Бергер Михаила Ароновича, прожив. по ул. Герцена д. № 2 кв. № 23 следующее оружие:

Род — пистолет

Система — Браунинг

№ 43661

Калибр 7,65».

Патронов к пистолету не было. Но это не значило, что маэстро вконец разоружился. Вот еще одна подобная квитанция, уже от 13 мая 1950 г.

«Квитанция №135

Принято от гр. Бергера Михаила Ароновича, проживающего по ул. Советская, дом № 183 кв. № 80 следующее оружие:

Род — пистолет

Система — браунинг

№ 22734

Калибр 6,35 мм

Патроны 10 (десять)».

Фронтовики, кстати, неохотно расставались со своим боевым оружием. Дочь поэта Аркадия Кулешова Валентина вспоминала, как ее отец вместе с другими писателями-фронтовиками, когда отмечали День Победы, выходили ночью во двор и пуляли в небо, салютовали.

Кстати, обратили внимание, что номера сданного оружия не соответствуют тому, первому браунингу, изданному в 1941-м. Может номер его поменяли, а может был у маэстро третий браунинг, возможно, сдан ранее?

«Миша, Гриша и Ириша»

После войны консерватория находилась в бывшем Доме губернатора на площади Свободы вместе с музыкальной школой и Союзом композиторов. Педагогам пришлось работать и жить там же. Адрес, который значится в квитанции о сдаче браунинга Михаилом Бергером в 1949-м, Герцена, 2, и есть тот самый адрес. В 1958-м было возведено здание, в котором находится современная Академия музыки, по проекту архитектора Романа Гегарта.

В 1966 году Михаил Бергер возглавил в консерватории кафедру концертмейстерского мастерства. У студентов тогда существовала шутка про «Мишу, Гришу и Иришу» — в консерватории преподавали три выдающихся фортепианных педагога Михаил Бергер, Григорий Шершевский и Ирина Цветаева...

Известная пианистка и педагог Людмила Шеломенцева попала к Михаилу Бергеру в десятилетнем возрасте. «Я увидела в классе за роялем очень красивого человека, он принял меня будто в родительские руки. Этот человек на всю жизнь стал для меня образцом и примером.

Учил смело, ярко. Он имел не слишком крепкое здоровье, но мы никогда не чувствовали, что занимаемся у педагога, который может быть уставшим. Он был очень требователен к себе, и нам приходилось тянуться за ним».

Как отмечали многие, Бергер учил так, чтобы его ученики тоже в свое время нуждались и умение передать свое мастерство следующему поколению... Сын Михаила Бергера — также известный пианист и педагог. А Людмила Шеломенцева была учительницей выдающегося белорусского пианиста Юрия Блинова. «Школа Бергера» — говорила она.

Людмила РУБЛЕВСКАЯ

Выбор редакции

Общество

Последняя сигарета. Неосторожное обращение с огнем грозит серьезными последствиями

Последняя сигарета. Неосторожное обращение с огнем грозит серьезными последствиями

В прошлом году в стране произошло 5958 пожаров, на которых погибли 627 человек.

Здароўе

Мороз и сердце: что такое холодовой инфаркт, кому он грозит и как его избежать?

Мороз и сердце: что такое холодовой инфаркт, кому он грозит и как его избежать?

Рассказала врач-терапевт, заведующий отделением профилактики 11-й городской поликлиники Минска Светлана Янушко.  

Спорт

Олег Шепель: Мировое паралимпийское движение многое потеряло от нашей изоляции

Олег Шепель: Мировое паралимпийское движение многое потеряло от нашей изоляции

История паралимпийского спорта — показатель развития страны.