Вы здесь

Валерий Колтыгин: «Керамика — это космос»


Осенью известный белорусский керамист Валерий КОЛТЫГИН отметил свой 75-летний юбилей. Вызывает восхищение, сколько этот мастер успел сделать и сколько продолжает. Около 30 лет он возглавляет Бобруйское городское объединение Белорусского союза художников, организует уникальный международный плэнер «Арт-Жыжаль», участие в котором принимают мастера из разных стран мира. Но главное — создает неповторимые глиняные изделия. Достаточно одного взгляда на работу, чтобы понять, что она сделана руками Колтыгина.


В творчестве мастера отражена глубина и неповторимость человеческой судьбы. В цикле «У каждого свой крест» раскрывается тема развития личности, ее земных и духовных достижений. Откликается художник и на темы современности. Так, в серии работ «Красоту не скроешь» действующие лица украшены медицинскими масками. В работах серии под названием «И вдруг прилетела птица» Валерий Колтыгин соединил противоположности, тяжесть против невесомости: на боксерскую перчатку спортсмена опустилась маленькая резвая птица...

Чтобы погрузиться в этот неповторимый творческий мир, мы отправляемся на родину художника. Бобруйск — древний белорусский город с неповторимым колоритом... Здесь много можно найти для вдохновения. Художник открывает двери своей мастерской, и мы сразу попадаем в другое измерение: здесь вам и коллекция газовых ламп, счетчиков, советских значков, бутылок странных форм — их у мастера около полтысячи. Со всех сторон на нас смотрят герои его поделок, есть и впечатления из нелегкого послевоенного детства.

— Я вырос в учительской семье, — рассказывает художник. — Помню, как отец купил мне первую книгу. Мы поехали с ним в город, и на прилавке я увидел книгу с человечком на желтой обложке. «Папа, купи мне», — стал просить. По тем временам книги стоили дешево, и он ее взял. Это оказались «Приключения бравого солдата Швейка» с иллюстрациями Йозефа Лады. Я вообще много читал: когда учился в школе, ходил сразу в три библиотеки, а также была еще и домашняя библиотека.

— А почему вас привлекла керамика?

— Я не собирался быть керамистом. В 1960-е годы после армии я хотел идти только на скульптуру. И когда ребята предлагали попробовать керамику, я отвечал, что это же просто посуда! Я поступил в художественный колледж имени Ларина, тогда это было училище № 15. а поступил потому, что там открывалась специальность «Скульптор-модельщик». И это меня подкупило. На тот момент мне было 24 года, брать не хотели. Но в училище и потом в институте я был одним из лучших, учился отлично. В качестве студента я провел восемь плодотворных лет: экспедиции, семинары, председательствовал в студенческом научном обществе. Еще в училище перешел на «Гончарку» — попал на и республиканский семинар народных Гончаров в Ивенце. Загорелся этим делом по-настоящему. Уже в институте серьезно занялся гончарством под руководством Владимира Викентьевича Угриновича. А вместе с Михаилом Федоровичем Романюком ездил в научную экспедицию.

— Значит, академического образования для художника недостаточно?

— Академическое образование — необходимая база. А учусь я всю жизнь — ставлю новые задачи, экспериментирую. Жалею, что в школе равнодушно относился к химии и иностранному языку. И когда начал заниматься керамикой, пришлось вспоминать все эти оксиды, спирты, соли. Потому что абсолютно вся керамика построена на технологии. Я уже не говорю о свойствах глины как материала. Это все нужно чувствовать, понимать и знать.

— И все-таки в чем разница между скульптурой и керамикой?

— Керамика — это космос. Исследователи недооценивают ее художественную ценность. Я могу создать скульптуру, но вот скульптор керамическое изделие — нет. Скульпторы обычно не понимают специфику пустотелости. Для них глина — обычный первичный материал для создания модели, которую они потом выбрасывают. Не зря же говорят, что керамика — это синтез трех классических видов искусства: скульптуры, графики и живописи. Я сюда бы добавил еще дизайн и архитектуру. Потому что мышление керамиста, который оформляет интерьеры, экстерьеры, садово-парковые композиции, должно быть соответствующим.

— Вы — увлеченный своим делом человек... И при этом занимаетесь общественной деятельностью. Как удается совмещать?

— С 1989 года я активно занимаюсь общественной жизнью. Бобруйское отделение Союза художников — единственное городское в Беларуси. Бобруйск — достаточно большой город, седьмой по размеру в стране. Когда-то его включили в состав Могилевской области, и когда у нас появилось более 13 художников, мы поставили вопрос о том, что хотим отделиться в отдельный городской союз. И создали. Мы первые в Беларуси среди областных объединений художников открыли салон-магазин. К сожалению, она просуществовала недолго, около восьми лет — началась перестройка, экономические сложности. Зал отдали городу, сегодня там создан выставочный зал Бобруйского художественного музея.

— А как насчет молодой смены?

— Союз художников, особенно в областях, неудержимо стареет. Жаль, что молодежь уезжает для продолжения образования, оседая в центре. Когда-то вместе с самодеятельными творцами в Бобруйске было около 70 художников. Сейчас даже городскую выставку сделать трудно — ведущие художники уже покойники, к сожалению. Осталось лишь несколько человек, которые способны работать на достойном творческом уровне. Поэтому возвращаемся к тому, что станем филиалом Могилевской областной организации.

— Какие творческие планы?

— 2023 год будет юбилейным для «Арт-Жижеля» — надеюсь, что пленэр пройдет на уровне. В этом году устраиваю семинары в своей мастерской, при поддержке Белорусского союза художников. Концепция такова: насколько некерамист может выявить свой творческий потенциал в другом материале, — текстильщики, графики и скульпторы работают с керамикой. На несколько дней ко мне приезжают небольшие группы художников, лепят, а я все это обжигаю, а потом глазуревою. Курирую, объясняю, советую. Довольно интересный процесс — семинар длится до сих пор. Координирует его искусствовед, первый заместитель председателя Белорусского союза художников Наталья Шарангович. Мне нравится работать с молодыми художниками. У них еще есть азарт, творческий пыл.

По итогам пленэров у города собралась коллекция очень достойных работ художников из 25 стран. Но они все упакованы в ящики. Сначала я хотел создать музей керамики, потом — галерею, затем — Центр современной керамики. Нужна помещение. Но пока вопрос не решен. Хочу, чтобы изделия работали, — давайте хотя бы сделаем филиал при художественной школе! Будем там устраивать занятия для взрослых и детей, читать лекции, у нас будет галерея. Представляете, как бы это прозвучало для всей страны?

— Можете сформулировать свое творческое кредо?

— Для меня как для художника самое главное — выявление себя, собственного взгляда на жизнь, на материал, с которым работаю. Когда чувствую, что в придуманной мною идее начинаются повторы, сразу же останавливаюсь, переключаюсь на новое. Я очень много занимался самообразованием: на столе всегда лежали поэтические сборники, философские книги, проза. Каждый делает сам себя. Я всегда говорил: Чем больше у тебя обязанностей, тем более оправдана жизнь.

 

Арина КАРПОВИЧ

Фото Елизаветы ГОЛОД

Выбор редакции

Общество

Как живут и кого ждут в гости жители отрезанной водой Поляновки

Как живут и кого ждут в гости жители отрезанной водой Поляновки

Продолжаем следить за развитием паводковой ситуации.

Общество

Безопасность «сердца» БелАЭС. Беларусь готовится к запуску второго энергоблока и думает о третьем

Безопасность «сердца» БелАЭС. Беларусь готовится к запуску второго энергоблока и думает о третьем

БелАЭС спроектирована с учетом определенного набора внешних факторов.