Трудно поверить, что эта красивая, активная и неутомимая женщина перешагнула вековой рубеж. Когда в день празднования 895-летия Гродно, ставшего за семь десятилетий родным нашей героине, на большой сцене областной филармонии Валентине Петровне вручали ленту и знаки отличия Почётного гражданина города, тысячный зал аплодировал ей стоя. А во Дворце Независимости в Минске, куда её пригласил Президент Беларуси Александр Лукашенко, чтобы лично вручить орден Почёта, она прочитала в знак благодарности проникновенные стихи о стойкости военного поколения. 

— Такие люди у нас сегодня на вес золота. Вы — хранители правды! Живите долго! — сказал тогда Глава государства. 

«Ушли на фронт все девушки-подруги»

— Я родилась в Сибири, а детство моё прошло в Минусинске и Абакане, — рассказывает Валентина Петровна. — 22 июня 1941 года мы возвращались с выпускного вечера, когда началась война. Мне было 17 лет. Всем классом на третий день войны мы пришли в военкомат. Нам, девочкам, ответили: «Девчата! И без вас большевики обойдутся», а мальчикам сказали: «Ждите повестки». Но фашисты подошли к Москве, было обращение ЦК комсомола к молодёжи, и появился шанс для нас, девушек, добровольцем попасть на фронт. Я четыре заявления писала, чтобы меня взяли на фронт. И только после четвёртого взяли. Это был август 1942 года, я попала в Красноярск, в Полк связи. За полтора месяца мы освоили азбуку Морзе, технику передачи, и после того, как я успешно сдала экзамен, попала в 63-й отдельный батальон связи, который формировался для 34-го Гвардейского стрелкового корпуса. И через 41 день прибыла на 3-й Украинский фронт. 

— Каким был ваш первый день на фронте?

— Первое задание, которое было дано нашему батальону — подготовить концерт художественной самодеятельности. Подогнали две машины-полуторки, борта опустили, а у нас талантливых много — и солдаты, и офицеры. Был талантливый баянист. Уже тогда я была не только запевалой, были и сольные номера. На этом концерте я спела три песни — «Мишку-одессита», «Цветочницу Анюту» и «Морячку». Этот концерт был первым из трёх за всю войну.

— Но вы ещё и прекрасно стихи читаете. Есть любимые? 

— Мы стояли в обороне, и наш комсорг батальона написал такие слова, посвящённые моему подразделению: 

«Фронт сотрясали огненные вьюги, 
С полей сражений доносился стон. 
Ушли на фронт все девушки-подруги,
Гвардейский наш сибирский батальон...»

«Я — счастливый человек» 

— Сначала у меня было звание «рядовой». Когда сдала экзамены, получила «ефрейтора». А уже потом было звание сержанта, в связи — младшее командирское звание. Связь — это нервная система, это кровообращение армии. Мы, девчонки 63-го батальона связи, первой роты, имели и своё личное оружие (карабин), противогаз, но я из этого карабина не сделала ни одного выстрела. Всё наше мастерство было отдано тому, чтобы работала связь. А связь — это то же самое, что очереди по врагу из автомата или из пулемёта. Вовремя полученная шифровка или сообщение влияет на результат боя с врагом. Про нас тогда шутили: «Девчата, похожие на ребят». У нас были кирзовые сапоги 39 размера — на несколько размеров разница. Ведь сначала армия готовилась принимать только мужчин, но не девчат. Но когда потребовалось, и девушки встали на защиту Родины.

Есть такая песня «Ты же выжил, солдат, хоть сто раз умирал» — вот я и стала считать: у каждого из нас были десятки моментов, когда можно было погибнуть. Но пройдя сквозь смертельный огонь войны, мы дошли до Победы, остались живы и дожили до таких лет. Всегда говорю — я счастливый человек!

— Можете вспомнить случай смертельной опасности?

— Это было в городе Кошице. Одноэтажный, он раскинулся на десятки километров. Нас распределили жить по домам. Я была начальником смены, а смена состояла из пяти человек. И вот нам местная жительница, у которой мы жили, утром вскипятила воды. Мы сняли гимнастёрки, одни девчата моются, а мы ждём своей очереди на улице. А хозяйка дома с ужасом смотрит на небо и молится. Мы тоже глянули на небо, а оттуда на нас шла целая туча немецких самолётов! Ветер дул в другую сторону, и мы поначалу не слышали. Это была страшная бомбёжка. Мы с подружкой Женей Лапшиной бросились в какой-то сарай — там была яма глубиной в метр, где продукты хранили — залегли в этой яме. Смотрим вверх — крыша вся была дырявая — разрывы прямо возле нас. Мы в яму вдавились, вжались в землю. А рядом, в соседнем доме, под этой жуткой бомбёжкой — от взрывов разлетались стёкла — работали девчонки из другой смены. И как всегда, несмотря на смертельную опасность, к войскам тянулись наши провода.

— Бывали ли у вас сложные сеансы связи, когда нужно было проявлять максимальное мастерство?

— Наш фронт готовился к наступлению. И был отдан приказ все шифровки передавать азбукой Морзе. Мы загружены были работой ужасно. И вот однажды на военную телеграфную станцию, которая располагалась в обычной деревенской хате, где отгороженные друг от друга брезентом стояли три секции и три аппарата Морзе, заходит целая свита офицеров. И первый среди них, огромного роста генерал, казалось, занял все пространство. Я как старшая начала докладывать, приложив руку к пилотке. Он мою руку опустил и приказал дать ему связь с одной дивизией. Я его подвожу к телеграфистке, а у неё от страха произошла наша «болезнь» морзистов и радистов — «сбой руки». У неё не получалось передавать точки и тире. Генерал увидел, как закричит в сторону офицеров: «Дайте мне настоящего связиста!» И командир нашего взвода связи Грудкин кивает мне: давай, иди. И в эти секунды, что я шла к аппарату, я всё пережила. Когда я села и взяла в руку ключ, когда я дала знак — первую цифру пароля тому, куда я должна передавать, почувствовала облегчение, что нормально работаю. Генерал минут двадцать вел разговор и на языке «эзоповом», и шифровкой диктовал, а я превращала это все в точки-тире. И когда я получила ответ, что сообщение принято, он вытер пот с лица, взял мою руку, поцеловал и, обращаясь к офицерам, сказал: «Представить к награде!»

Так я получила Орден Красной Звезды (а он, как известно, дается за личный подвиг). Сообщение, вовремя переданное мной, помогло успеху целой дивизии. А тогда я растерялась и сказала: «Я подвигов никаких не совершала». Подвиг — это когда человек падает на амбразуру, подвиг — это когда снайпер снимает страшного немецкого врага, когда зенитчики сбивают самолеты. Но очевидно, добросовестный труд связиста на войне тоже приравнивается к подвигу...

— День Победы вы встретили в Праге. Что значит этот праздник для вас, человека, прошедшего ту страшную войну?

— Для каждого ветерана войны День Победы — самый дорогой праздник. Это праздник скорби и праздник гордости за наш народ, который сумел одержать Победу. 1418 дней и ночей мы ждали эту Победу, прошли через бомбёжки и обстрелы, шаг за шагом отвоевывая нашу долгожданную Победу. И вот когда она пришла, это было великое счастье, праздник со слезами на глазах, потому что мы освободили свою родную землю. 

Александр Лосминский