В ЕС перманентно происходит горячий дискурс по этой теме. К некоторым мы уже вполне привыкли. Пикировки по поводу отказа от российских нефти и газа со стороны Венгрии и Словакии, которые сильно зависят от этих поставок, уже привычное явление. Но на днях президент Эммануэль Макрон несколько неожиданно вступил в спор с Дональдом Трампом по поводу снабжения Европы углеводородами. Вашингтон паровым катком старается вытеснить с этого рынка всех, кроме американских производителей. И требует от ЕС полностью отказаться от российских поставок. Но Париж с этой позицией принципиально не согласен. 

Макрон откровенно заявил: зависимость Европы от российских энергоресурсов минимальна. И этот вопрос сегодня даже не заслуживает внимания. Странно эти слова слышать от политического лидера, который периодически взлетает во главе ястребов. Но, как говорится, ничего личного: только бизнес. 

• Санкции — санкциями, но на самом деле каждое европейское государство старается учесть свои коммерческие интересы. На первый взгляд, полная неожиданность обнаружить Макрона в рядах защитников экономического взаимодействия с Россией. Как-то до сентября 2025 года он в таких склонностях был совершенно не замечен. И Париж всегда смело голосовал за санкционные пакеты. Более того, иной раз выступал инициаторам, не раз своей креативностью во внешней политике на восточном фланге НАТО вводил в смущение и членов альянса, и соратников по ЕС. И вдруг — такая лояльность к российским энергоносителям. Странно. 

Но тут бизнес — ничего личного. Дело в том, что СПГ, который поставляется в Европу и на который не распространяются санкции, не всегда-то и совсем российский. Точнее, он добыт в российской Арктике. Но поставляют его в ЕС, в том числе, и французская компания Total. Она в свое время вошла в проект ОАО «Ямал СПГ»: там компании принадлежит 20 процентов. Total закупает около 4 миллионов тонн газа ежегодно по долгосрочным контрактам, действующим до 2032 года. Этот СПГ французская корпорация успешно реализует в ЕС. И на спотовых рынках, и по долгосрочным контрактам. Поэтому Франция в лице Эммануэля Макрона так возмущена требованием (больше похожем на ультиматум) Дональда Трампа полного отказа ЕС от сотрудничества с Россией в энергетической сфере. Его союзником выступает Бельгия. Некоторые терминалы в этой стране специализировались на обработке сжиженного газа именно с Ямала. И теперь эти мощности окажутся без поставщиков. 

Париж поддерживают Бельгия, Нидерланды и Испания. Они регазифицируют на своих терминалах российский СПГ и поставляют европейским потребителям уже по трубопроводам, куда могут дотянуться. Всего же сегодня, несмотря на санкции и разные другие барьеры, 8 европейских государств получают российский газ. Бельгия, Нидерланды, Франция, Испания, Португалия, получающие газ преимущественно по газопроводу «Турецкий поток» (TurkStream) и СПГ, а также Греция, Венгрия и Словакия, которые получают газ по TurkStream. В сентябре пресс-секретарь Европейской комиссии Анна-Кайса Итконен отметила, что в целом кто и сколько потребляет российских энергоносителей неизвестно. Газ поступает в европейскую систему, но дальнейшая его судьба покрыта мраком. В Брюсселе такой информацией не располагают. Поэтому какие государства и в какой степени пострадают от полного прекращения поставок российских углеводородов доподлинно неизвестно. 

Отсюда и судьба тотальных санкций в части углеводородов до конца непонятна. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен анонсировала отказ от российских нефти и газа к 1 января 2027 года. Но эта дама — политик чистой воды. К тому же — всеевропейского уровня. Другими словами, она не отвечает ни за экономику, ни за выполнение социальных обязательств, к дверям ее кабинета не приходят митинговать бизнес, ее машину не блокируют разъяренные фермеры, бунтующие из-за роста издержек... А у национальных руководителей есть все эти проблемы. И они накладывают ограничения на ее политические амбиции. 

• Но в истории с углеводородами ярко проявился другой момент: разрыв между политикой, экономикой и отсутствия морально-этической связки, идеологической подложки. На деле-то идет банальная борьба за ресурсы. А риторика о демократии, свободе и других отвлеченных конструкциях — только дымовая завеса для сокрытия истинных целей. Тот же Эммануэль Макрон на словах иной раз чуть ли не готов послать войска в Украину. И срывает аплодисменты у части аудитории. Но он ни в коем случае не хочет терять активы Total в российских арктических проектах. А в них французская корпорация вложила миллиарды долларов. Да, она вышла из управления проектами, заморозила участие в новых инициативах, ведет себя очень тихо. Но активы сохраняет и газ закупает. И не хочет потерять эту позицию.

Противостояние рано или поздно закончится. И тогда можно быстро вернутся на насиженное место. Просто бизнес. А эскалация — это лишь инструмент в конкуренции за ресурсы. Без всякой идеологической подоплеки. Как видится, чтобы понимать современный мир, надо не слушать публичных политиков, а смотреть на финансово-экономические балансы. Именно они отражают реальные интересы и позволяют спрогнозировать отношение к тем или иным событиям. Современность цинична и прагматична. Особенно в международных отношениях. Этот факт можно не принимать, но глупо игнорировать. Целесообразней смотреть на большую политику через призму экономических интересов. И тогда многие парадоксы становятся понятными и объяснимыми. 

Алексей КЛИМОВ.