От анархии к строгой дисциплине

— Беларусь стала первой в мире страной, которая официально ввела криптобанки в государственную финансовую систему. Это событие нашло отражение в мировых финансовых СМИ, — рассказал в эфире первый заместитель председателя Правления Национального банка Александр Егоров. — Впрочем, это не первый для них инфоповод. Вообще наша страна один из мировых пионеров в этой теме. Еще в 2017 году вышел знаменитый Декрет№ 8 «О развитии цифровой экономики». Тогда Президент своим волевым решением задал вектор, который позволил нам первыми вывести криптовалюты из серой зоны и дать им легальный статус.

Сегодня мы идем дальше, создаем полноценные банки нового поколения. Но что это такое? Почему одни страны боятся этой технологии, а мы строим для нее легальный мост. И как дикие деньги превратились в прозрачную систему, где виден каждый шаг? Чтобы понять, почему мы разрешаем это сейчас, нужно посмотреть, как менялась сама технология. Это был путь от полной анархии к строгой дисциплине.

Первый этап — цифровое подполье до 2013 года. 

— В самом начале биткоин был инструментом для тех, кто хотел спрятаться от государства. Существовала такая площадка — «Шелковый путь». Это был огромный черный рынок в интернете, где торговали всем запрещенным, используя крипту как единственный способ оплаты. Отсюда и пошел миф, что криптовалюта — это деньги для хакеров и преступников, — пояснил спикер. 

Второй этап — золотая лихорадка 2017 года. Почему вдруг начался безумный рост цен и ажиотаж? 

— Крипту начали называть цифровым золотом. Это не просто красивое сравнение, в экономике есть понятие твердых денег. Об этом очень доходчиво написано в книге Сайфидина Амуса «Краткая история денег». Автор объясняет: обычные деньги, как доллары или евро, государство может напечатать в любом количестве, обесценивая наши с вами накопления. А золото — нет. Его количество в природе ограничено. Так вот, биткоин — это золото, которое нельзя подделать и которого никогда не будет больше, чем 21 миллион единиц. Этот цифровой дефицит и вызвал лихорадку, — пояснил Александр Егоров. — Люди поняли, что это способ сохранить свои сбережения от инфляции. Появились тысячи проектов, которые собирали деньги у людей и исчезали. В этот момент Беларусь приняла Декрет№ 8. Мы решили, вместо того чтобы просто запрещать, нужно создать безопасную правовую гавань, где технологии будут защищены законом, а капитал сможет расти в прозрачных условиях. 

Третий этап — вход мировых гигантов. 

— Произошло то, во что многие не верили. Государство Сальвадор первым признало биткоин официальными деньгами. А в 2024 году в США разрешили крупнейшим инвестфондам, таким как BlackRock, официально покупать крипту для своих клиентов, — пояснил первый зампред председателя правления Нацбанка. 

Какая вообще бывает крипта? 

— Если вы откроете список из тысяч монет, у вас закружится голова. Но на самом деле все можно разделить на три понятные группы, используя простые житейские примеры, — вводит в курс дела Александр Егоров. 

Биткоин — цифровой антиквариат или золотой слит: 

— Представьте старинную монету, которой в мире всего 100 штук. Вы не пойдете покупать на нее хлеб в магазине. Это неудобно и дорого. Вы ее держите в сейфе, потому что знаете, со временем она станет еще дороже. Ведь таких новых монет никто не выпустит. Биткоин — это именно такой актив. Его покупают, чтобы сберечь и приумножить. 

Эфириум или подобные ему монеты — это цифровой бензин. 

— Тут все интереснее. Представьте, что у вас есть сложный станок или компьютерная программа, которая сама выполняет работу. Например, выдает страховку или проверяет договор. Чтобы эта программа завелась и работала, в нее нужно залить топливо. Эфириум — это и есть такое топливо для умных контрактов. Его ценность не в том, чтобы просто лежать в кошельке, а в том, чтобы заставлять работать сложные механизмы в интернете, — разъясняет технологию спикер. 

Стейблкоины — цифровой чек на реальный доллар. 

— Это самая понятная вещь. Представьте, что вы зашли в гардероб и сдали куртку, а вам дали номерок. Куртка — это реальный доллар в банке, а номерок — это стейблкоин. Сам номерок ничего не стоит, но вы в любой момент можете обменять его на свою куртку. Это крипта, курс которой прибит к обычному доллару. Она нужна для того, чтобы быстро переводить деньги через границы, не боясь, что завтра цена упадет в два раза, — прокомментировал механизм топ-менеджер Нацбанка. 

Почему же тогда многие страны до сих пор буксуют? 

Все дело в страхе, который подпитывается громкими провалами. За последние годы криптомир пережил несколько катастроф, которые стерли с лица земли десятки миллиардов долларов. 

— Вспомним крах гиганта FTX. Это была одна из крупнейших криптобирж в мире. Ее создателя называли рок-звездой финансового мира. Ему доверяли миллионы людей. Но за красивой оберткой скрывалась пустота. Биржа тайно брала деньги своих клиентов и вкладывала их в свои рискованные проекты. Когда люди захотели забрать свои средства, их просто не оказалось. В итоге полное банкротство. Дыра в 8 миллиардов долларов и тысячи обманутых людей по всему миру, — напомнил Александр Егоров. 

Дальше — катастрофа Терры. 

— Был такой проект, который обесценился до нуля за три дня из-за ошибки в алгоритме. Представьте, в пятницу вы богатый человек, а в понедельник ваше сбережение не стоит даже бумаги, на которой они напечатаны, — пояснил спикер.

Почему же это произошло? 

— Потому что эти компании работали в тени, без всякого контроля. Их никто не проверял, есть ли у них реальные деньги на счетах. Центробанки смотрят на это и боятся запустить такую мину в свою систему. Обычный банк — это огромная машина прошлого века, и крипта для нее слишком быстрый и опасный механизм, — считает автор программы. 

Он обратил внимание на то, что Беларусь, изучив эти ошибки, пошла другим путем:

— Мы строим новую дорогу рядом со старой, где вместо сомнительных контор работают прозрачные криптобанки под строгим государственным надзором. Криптовалюта сегодня — это не просто строчки кода в компьютере, это гигантский рынок. Его общая стоимость в пиковые моменты превышала 3 триллиона долларов,- констатировал Александр Егоров и пояснил. — Чтобы вы понимали масштаб, это больше, чем стоят все крупнейшие компании некоторых европейских стран вместе взятых. Масштаб настолько велик, что даже в США Трамп принимает законы о технологическом лидерстве, например, Genius Act — акт о поддержке талантов. Суть проста — страны начали драку за мозги и капиталы в сфере блокчейна. Те, кто сегодня не создаст понятные правила, завтра окажутся на обочине прогресса.

Он обратил внимание на то, что часто в пример ставят Швейцарию и ее банк Signum:

— Это, действительно, передовое учреждение, но важно понимать принципиальную разницу: в Швейцарии или в США криптобанки — это частные инициативы отдельных банков, которые смогли договориться с регулятором. 

Эксперт подчеркивает: в Беларуси же создается не просто банк, а полноценная государственная система:

— Указ № 19 («О криптобанках и отдельных вопросах контроля в сфере цифровых знаков (токенов)» от 16 января 2026 года — Зв.) — это не разрешение для одной компании, а архитектура всей финансовой отрасли будущего.

Какие реальные услуги такая система даст экономике? 

Примеров много. Зампред председателя Правления Нацбанка остановился на самых популярных. 

Кредит под залог крипты. 

— Представьте ситуацию, у вас есть биткоин, который растет в цене. Вам нужны деньги на ремонт или покупку техники, но продавать актив сейчас невыгодно. В криптобанк вы передаете монеты в качестве залога. Банк выдает вам обычные рубли. Вы пользуетесь деньгами, гасите кредит, и банк возвращает вам вашу крипту. Вы решили свои задачи, сохранив инвестиции, — приводит первый пример Александр Егоров. 

А вот и второй — стейкинг или так называемые депозиты нового поколения:

— Это современный аналог банковского вклада. Вы размещаете свои цифровые активы на счету банка для обеспечения работы глобальных блокчейн-сетей. За это банк начисляет вам вознаграждение. Это прозрачный и абсолютно легальный способ получать пассивный доход со своих накоплений под защитой государственного регулятора. 

И, наконец, третий пример — криптокарта:

— Самая долгожданная и понятная услуга. Это обычная банковская карта, привязанная к вашему счету в криптобанке. Вы приходите в обычный магазин, платите за продукты. В момент оплаты банк мгновенно конвертирует часть вашей крипты в белорусские рубли по текущему курсу. Вы живете в цифровом мире, не ощущая никаких технических сложностей.

Эксперт подчеркивает: белорусская модель криптобанка построена так, чтобы исключить риски, которые погубили зарубежные площадки:

— Главный принцип — это прозрачность. Система основана на жестком разделении сфер ответственности между двумя крупнейшими регуляторами. Парк высоких технологий берет на себя технологическую экспертизу (специалисты проверяют программный код, защищенность платформ и надежность шифрования). Национальный банк, в свою очередь, осуществляет классический финансовый контроль, следит за резервами, устойчивостью банка и соблюдением нормативов. 

Александр Егоров акцентирует внимание на том, что Указ № 19 внедряет строгие процедуры верификации клиента:

— В отличие от анонимных интернет-бирж, криптобанк проводит финансовый рентген каждой операции. Это гарантия того, что в систему попадают только легальные деньги. Каждый шаг в блокчейне записывается навсегда, и подделать эту историю невозможно. 

Он прокомментировал заявления отдельных псевдоэкспертов о том, что якобы криптобанки создаются для скрытия потоков:

— Но на самом деле все наоборот. Технология блокчейн в связке с государственным регулированием обеспечивает такую прозрачность, которая обычным банкам и не снилась. Мы не создаем инструменты для обхода правил. Мы создаем самую современную систему их соблюдения. 

По мнению эксперта, создание криптобанков превращает Беларусь в мощный цифровой магнит для мировых инвестиций. Легальная инфраструктура — это именно то, чего не хватает крупным международным фондам. Когда в стране есть банк с лицензией и защитой прав собственности, капитал начинает течь именно туда. Это и новые налоги, и высокотехнологичные рабочие места. 

— Решение Президента о запуске такой системы — это прямой ответ на глобальные вызовы, — убежден топ-менеджер Нацбанка. — Чтобы этот магнит по-настоящему был надежным, государство установило жесткие входные фильтры. Каждый криптобанк в Беларуси — это не просто вывеска, это серьезная финансовая крепость. Для получения лицензии банк обязан сформировать уставный фонд в размере не менее 20 миллионов рублей. Дополнительно создается гарантийный фонд в размере 10 миллионов рублей. Эти средства —подушка безопасности, которая гарантирует, что интересы клиентов защищены реальным капиталом. 

Стратегия лидерства 

Есть еще одна фундаментальная инновация, которая касается сотен тысяч людей.

— Указ № 19 впервые позволяет самозанятым официально получать оплату за свои услуги в криптовалюте, — пояснил Александр Егоров. — Раньше, если дизайнер или программист выполнял заказ для иностранного клиента и тот предлагал оплату в крипте, человек оказывался в серой зоне. Он не мог легально зачислить эти деньги на счет, не мог официально заплатить с них налоги. Теперь эта преграда снята. Главное и единственное условие — такие операции должны проходить через инфраструктуру криптобанка. Это не просто удобство, это революция на рынке труда. Государство говорит самозанятым: «работайте с кем угодно по всему миру, используйте самые современные технологии расчета, просто делайте это через лицензированный банк». 

По словам эксперта, это дает людям возможность честно подтверждать свои доходы, строить кредитную историю и чувствовать себя защищенными. 

— Криптобанки становятся фундаментом для развития отечественного финтех-кластера. Мы формируем собственную независимую финансовую экосистему, которая делает экономику страны сильнее. Это реальный вклад технологий в финансовый суверенитет государства, — выразил уверенность Александр Егоров. 

Важно осознать, появление криптобанков в Беларуси — это не просто ремонт старой финансовой системы. Это глобальная трансформация, которая меняет саму логику обращения капитала. 

— Мы переходим от аналоговых механизмов прошлого века к полностью цифровой автоматизированной среде. Личная поддержка Главы государства этого направления подчеркивает — Беларусь не боится инноваций, а готова возглавить их. Это решение ставит нас в один ряд с лидерами технологической гонки. Мы не просто адаптируемся к изменениям, мы сами задаем стандарты того, как должен выглядеть современный, безопасный и эффективный банк, — подчеркивает эксперт.

Это смелый шаг, который превращает теоретические возможности блокчейна в реальную экономическую выгоду для каждого гражданина и предприятия, убежден автор программы: 

— Указ № 19 — это стратегия лидерства. Как говорит Глава государства, в современном мире нельзя плестись в хвосте, нужно бежать быстрее других. Криптобанки создаются не для спекуляции, а чтобы помочь реальному сектору экономики. От заводов, продающих продукцию на экспорт, до аграрией. Сможем ли мы построить свою цифровую экономику, конкурирующую по вкладу с реальным сектором? Все в наших руках и головах. У нас есть уникальный закон, талантливые специалисты и политическая воля. Мы сами строим свое будущее, основанное на прозрачных и безопасных технологиях.