Североатлантическое сотрудничество переживает период ревизии, который пока проходит не в пользу ЕС. Активности на дальних рубежах — в той же Латинской Америке, обладают некоторыми перспективами, но не гарантируют полноценного замещения былых внешнеэкономических связей. Наметившийся сырьевой кризис ставит европейскую экономику в весьма невыгодное положение и относительно американской, и китайской, и ЕАЭС. Логика подсказывает перезагрузку экономических отношений в рамках Евразийского континента. Но деловой прагматизм уже не может в открытую победить политический догматизм. Когда профессиональные дипломаты испытывают затруднения, переговорный процесс прекрасно опускается на благодатную почву предпринимательских контактов. В частности, между деловыми общественными организациями. И по этому вектору белорусские деловые союзы вполне могут проявить активность, патриотизм и продемонстрировать свою значимость и эффективность. 

Деловая дипломатия — инструмент проверенный, отработанный и эффективный. Особенно в выстраивании взаимоотношений государств, между которыми, по тем или иным причинам, официальный диалог затруднен. Эту концепцию активно использовал Советский Союз. Находящийся по другую сторону железного занавеса, капиталистический мир испытывал определенный интерес к сотрудничеству с государством большевиков. Разнообразные экономические интересы имелись и у СССР в стане противников. В силу идеологических непримиримых противоречий официальные контакты были либо затруднены, либо невозможны в принципе. И тогда в дело вступала деловая дипломатия. Для этого даже учредили Торгово-промышленную палату. И через нее решалось немало торгово-экономических вопросов. Причем деловые объединения могут спокойно вести диалог без лишней публичности. В работе официальных ведомств такая скрытность не всегда возможна. А открытые контакты могут вызвать внутриполитические сложности и даже кризис.

Гуру в использовании бизнес-дипломатии является Германия. Экономика ФРГ исторически являлась одной из самых мощных и в мире, и в Европе. Но после двух мировых войн имидж государства был, мягко говоря, неоднозначным. Поэтому официальное партнерство было затруднено. Поэтому Бонн активно использовал представительства немецкой экономики (объединение торгово-промышленных палат), география которых была и остается широкой. Деловые встречи, в отличие от официальных раутов, лишены регламентации. На них может подниматься более широкий круг вопросов, нежели в рамках контактов по линии министерств иностранных дел. Такие контакты легче организовать, нежели на политическом уровне. А риски негативных последствий минимальны. Если общественность поднимет шум, правительства всегда может сослаться на свободу предпринимательства и отсутствия возможности жестко повлиять на деловые круги. В рамках именно бизнес-дипломатии в значительной степени развивались отношения США и Китая во времена Дэн Сяопина. После десятилетий конфронтации было невозможно быстро переменить общественное мнение и американцев, и китайцев, которые привыкли видеть друг в друге непримиримых соперников. Поэтому, как пишет в своих мемуарах Генри Киссинджер, Вашингтон с Пекином договорились: средства массовой информации могут продолжать высказывать нелицеприятные мнения, но на это не будут обращать внимания, понимая — для открытого политического диалога необходимо изменение национального мышления. А значит — время. Но деловые и экономические контакты продолжаются, развиваются и углубляются. Деловой сектор в большинстве стран отличается большим прагматизмом и толерантностью, нежели политический и общественный. 

Череда драматических событий, нарушение цепочек поставок, обостряют прагматизм европейского делового сообщества. И, как видится, приходит время для активной деловой дипломатии. Особенно процесс может проходить позитивно на фоне снятия некоторых санкций с Беларуси Вашингтоном. Пока США поступились только по небольшому числу позиций. Но это хороший сигнал, что белорусская экономика обладает перспективами. А сегодня европейский бизнес нуждается все в большем спектре нашей продукции. Топливо, продукты нефтехимии, удобрения... Это, как говорится, позиции, которые лежат на поверхности. В целом же точек соприкосновения может быть гораздо больше. И белорусское бизнес-сообщество может, при желании, продемонстрировать свою эффективность. 

Владимир ВОЛЧКОВ