Заведующую отделением функциональной диагностики РНПЦ оториноларингологии Наталью Синякову можно смело отнести к разряду редких и незаменимых специалистов. Аудиологов, тем более с таким опытом работы, как у нее, в Беларуси наперечет.
Диагноз — дело тонкое
— Оториноларингологи нашего центра делятся на сурдологов, аудиологов, слухопротезистов. У каждого своя специфика, — рассказывает Наталья Александровна. — Сначала пациенты попадают к сурдологу: он осматривает, ставит предварительный диагноз и при необходимости направляет на дополнительные исследования к аудиологу, который определяет уровень и тип нарушения слуха, выставляет степень его снижения. А после диагностики, в случае необходимости, сурдологи подбирают методы лечения либо направляют на реабилитацию к слухопротезистам.
— В наших медуниверситетах аудиологов не готовят. Где вы постигали тонкости специальности?
— Я пришла в РНПЦ оториноларингологии в 2011 году, уже поработав по распределению по специальности. Секреты аудиологии постигала на месте: меня в нее посвящал опытный коллега. С тех пор регулярно повышала квалификацию в Москве и Санкт-Петербурге. Сегодня в нашем центре гораздо более современное, дорогостоящее диагностическое оборудование, чем было на момент моего «старта». Аппаратура становится все более совершенной, и с ней приходится налаживать отношения, разбираться в нюансах. С годами накапливаются знания, развивается интуиция. Если все же у меня остаются сомнения, обращаюсь за помощью к коллегам из Москвы и Санкт-Петербурга.
— Как обычно проходит диагностика слуха пациентов?
— В аудиологии есть субъективные и объективные методы диагностики. При субъективных пациент сам принимает участие в исследованиях. Поведенческая аудиометрия проводится совсем маленьким пациентам, до 2 лет. Родитель вместе с малышом усаживается на стул, в колонки подается звук, и по движениям малыша (начинает активнее сосать соску, замирает и т. д.) записывают аудиограмму. Для диагностики детей постарше используют игровую аудиометрию. Когда раздается звук, ребенок совершает определенное действие: например, кладет игрушку в коробку, надевает колечко на пирамидку и т. д. Но для постановки диагноза таких методов недостаточно.
— А что собой представляют объективные исследования?
— Расскажу о самых распространенных. Все новорожденные в роддомах сегодня повергаются аудиологическому скринингу. Для этого используется метод отоакустической эмиссии (ОАЭ), который определяет активность наружных волосковых клеток внутреннего уха (улитки) и устанавливает, есть ли проблемы. При их наличии малыши направляются на дополнительное обследование. Метод коротколатентных слуховых вызванных потенциалов (КСВП) определяет средний порог слышимости. Он проводится детям в состоянии сна, а взрослым — в состоянии спокойного бодрствования. Приступая к этому исследованию, обязательно проверяю, нет ли в ушах серных пробок, жидкости за барабанными перепонками или других препятствий. Ведь порой снижение слуха обусловлено нарушением звукопроведения, а порой — нарушением звуковосприятия. На основании результатов КСВП ставится степень снижения слуха. До 40 децибел — первая степень тугоухости, до 55 — вторая, до 70 — третья, до 90 — четвертая, более 91 — глухота. Объективная компьютерная аудиометрия (ASSR) — метод, при котором исследуются сразу оба уха и четыре основные речевые частоты (500, 1000, 2000 и 4000 герц). На основании результатов ASSR составляют аудиограмму, проясняющую, каково качество слышимости звуков на разных частотах.
Ген глухоты
— Насколько у белорусов распространены проблемы со слухом?
— Генетическая слуховая мутация встречается у каждого 16-го белоруса. Особенно часто врожденные патологии слуха отмечаются у жителей Брестской и Гомельской областей. Но общая распространенность патологий еще выше. Ведь помимо врожденных проблем со слухом есть и приобретенные. К этому могут привести ОРВИ, перенесенные отиты, травмы, хронические воспалительные заболевания ушей, прием ототоксичных антибиотиков или некоторых препаратов на фоне онкологических заболеваний и т. д.
— У мужчин или женщин чаще встречается снижение слуха?
— У мужчин. Это обусловлено как генетикой, так и тем, думаю, что они чаще работают на шумных производствах.
— В чем заключается профилактика проблем со слухом?
— В том, чтобы долго не слушать громкую музыку, не пользоваться постоянно наушниками. Нельзя заниматься самолечением, без консультаций со специалистами использовать медпрепараты. Если ребенок перенес отит, рекомендуется проверить его слух. В целом, современное поколение родителей достаточно ответственное: при подозрениях на проблемы они приводят детей к нам самостоятельно, а не потому что «воспитательница сказала провериться», как это часто бывало раньше.
Обмануть аудиолога
— С кем вам проще и интереснее работать: со взрослыми или с детьми?
— С детьми проще договориться. Взрослые обычно приходят к нам, уже устав от обследований и назначений. Многим из них в силу возраста, имеющихся заболеваний трудно спокойно полежать 40 минут, а то и больше. Слышать приходится разное: «Зачем мне это?», «Вы меня в космос что ли готовите?» Бывают очень непростые пациенты. Но к каждому ищем подход, и не было случая, чтобы кого-то не уговорили потерпеть.
— Что самое сложное в работе аудиолога?
— Очень сложно говорить родителям о глухоте детей. Большинству требуется время, чтобы выплакаться, принять диагноз и выработать стратегию помощи своему ребенку.
— Что современная медицина может предложить детям с врожденной патологией слуха?
— Начиная с первой степени тугоухости показано ношение слуховых аппаратов. В зависимости от особенностей патологии специалист выбирает программу реабилитации. Если это не помогает, то через 3-6 месяцев предлагают операцию — кохлеарную имплантацию, которая возвращает слух.
— Как часто ошибаются аудиологи? Можно ли вас обмануть, если в силу каких-то обстоятельств пациент заинтересован в этом?
— Попытки обмануть порой предпринимаются. Например, к нам по направлению военкоматов приходят молодые люди призывного возраста. Некоторые, избегая службы в армии, начитавшись специальной литературы, жалуются на снижение слуха, имитируют глухоту. Но когда проводишь объективные исследования, обман раскрывается. К тому же для постановки диагноза мы выполняем не одно, а несколько исследований, сопоставляем их результаты. Провести нас практически невозможно. Хотя бывают очень талантливые попытки...Вспоминаю единственный в своем роде случай из личной практики. Заходит на прием юноша, называет фамилию. Беру его карточку, вижу диагноз: первая степень тугоухости. Обследую его и не вижу никаких проблем. Отличный слух! Как такое может быть? Проводим свое «расследование», и выясняется. Наш тугоухий пациент захотел поступить в вуз, где предъявлялись высокие требования по здоровью, и вместо себя попросил прийти на обследование своего друга.
Ольга Поклонская, «Алеся»
Фото автора
