Сложнее, чем кажется

Киберпреступления вышли на первый план не случайно. Как отметила начальник отдела методическо-аналитического обеспечения Главного управления по надзору за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности Генеральной прокуратуры Татьяна ВЕРПЕЧИНСКИС, у них есть три особенности:

— Они трансграничны — преступник и жертва могут находиться на разных континентах. Они анонимны — используются скрытые сети шифрования и средства анонимизации. И они масштабны — одна вирусная программа способна поразить миллионы устройств.

По её словам, более половины зарегистрированных преступлений с реальным ущербом совершаются путём социальной инженерии — ложных звонков от правоохранителей, банков, налоговых органов, ЖКХ и даже учреждений здравоохранения. Ещё около 30 процентов уголовных дел связаны с мошенническими сделками купли-продажи в интернете.

В поисках «противоядия»

При Генпрокуратуре создана межведомственная рабочая группа по противодействию киберпреступности. На её площадке впервые рассмотрели вопрос внедрения автоматизированной системы обработки инцидентов Национального банка. И сегодня это ключевой инструмент, который позволяет не только приостанавливать преступные финансовые потоки, но и анализировать поведение мошенников онлайн.

По словам Татьяны Верпечинскис, более 20 процентов похищенных средств выводятся через криптовалюту, поэтому прорабатывался вопрос присоединения к системе резидентов Парка высоких технологий.

Ещё один механизм — блокировка мошеннических интернет-ресурсов и средств связи: за год блокируется более 15 тысяч таких ресурсов. С 1 июля текущего года для банков действуют антифрод-системы, которые онлайн анализируют поведение пользователей и выявляют нетипичные операции.

Однако останавливаться на достигнутом рано, считает представитель Генпрокуратуры:

— Наша цель — выстроить систему мгновенного реагирования, способную принимать онлайн-вызовы здесь и сейчас. Мы хотим, чтобы выработанные решения на основе оперативной аналитики не откладывались в долгий ящик, а принимались сегодня, учитывая специфику ИТ-сферы, которая не терпит медлительности.

В планах — введение перечня преступлений с использованием ИКТ для единой статистики, а также внедрение идеи специализированного нормативно-правового акта.

Мутные схемы

Заместитель начальника главного управления по противодействию киберпреступности Министерства внутренних дел Александр РЫНГЕВИЧ объяснил схемы мошенников. Самая распространённая — звонки. На них приходится каждое третье киберпреступление, а ущерб гражданам от них — почти 20 миллионов рублей.

Схема с домофонами: лжесотрудник под предлогом замены домофона выманивает код из СМС якобы для активации, затем с другого номера запугивает кредитами и убеждает «задекларировать» деньги — перевести на «безопасный счёт» или отдать курьеру. Похоже работают схемы со счётчиками, посылками, продлением договора и доставкой цветов. Детей не обманывают, а запугивают.

— Ни одна государственная или частная организация никогда не откажется встретиться с вами лично, — подчеркнул Александр Рынгевич.

Второй по массовости способ обмана — лжепокупки в интернете. Мошенники создают аккаунты в соцсетях, наполняют их фотографиями товаров и настраивают рекламу под конкретную аудиторию. Деньги просят перевести на карту: по первым шести цифрам можно узнать банк и страну. Более 11,5 миллиона рублей граждане перевели на счета иностранных банков.

Ущерб от «инвестиций» — почти 5 миллионов рублей. Злоумышленники используют дипфейки и символику известных организаций, обещают государственную поддержку. Человек видит растущие виртуальные цифры, вкладывает больше, а вывести удаётся лишь малую часть.

Когда трубка ещё в руке

В Министерстве внутренних дел выстроено взаимодействие с банками в формате 24/7. Если человек обратился в милицию, информация за считанные минуты поступает в центральный аппарат МВД, затем — в банк. Из 28 миллионов рублей ущерба почти 10 миллионов удалось предотвратить — эти деньги можно вернуть в рамках расследования.

— Даже ночью. Если у вас проблема, приходите, говорите, звоните по телефону, мы работаем круглосуточно. У нас есть и компетенция, и люди, и полномочия для того, чтобы уберечь, спасти ваши денежные средства, — призвал представитель МВД.

Отдельная тема — вербовка граждан. Мошенники покупают банковские карты, сим-карты, аккаунты на криптобиржах. Предлагают «подработку»: получать переводы, оставлять процент, остальное пересылать или использовать оборудование для «тестирования сигнала», а на самом деле — для звонков от имени белорусских номеров.

— Ни у одного оператора связи таких потребностей нет. И любое предложение подобного рода всегда связано с тем, что вас будут хотеть использовать для того, чтобы совершить преступление, — предупредил Александр Рынгевич.

Технический щит

«Белтелеком» не является правоохранительным органом, но участвует в противодействии кибермошенникам. Специалисты отслеживают звонки и СМС, выявляют подозрительные, передают информацию в милицию, блокируют номера. Динамика впечатляет: в 2024 году выявлено около 800 таких номеров, в 2025-м — более 19 тысяч, а за девять месяцев 2026-го — уже около 330 тысяч.

Начальник службы безопасности РУП «Белтелеком» Павел ДАВИДОВИЧ рассказал, что предприятие с 2013 года предлагает услугу фильтрации нежелательного контента, а с 2021-го — «Безопасный интернет», включающий родительский контроль и антивирус. База абонентов превысила 400 тысяч человек. Правда, услуги платные, и навязывать их оператор не имеет права. Поэтому внедрение идёт не так быстро, как хотелось бы.

Геолокация не слежка

Что касается вопроса геолокации при онлайн-платежах, по словам Александра Рынгевича, это не слежка, а защита: если банк видит, что вы только что платили в Минске, а через две минуты кто-то снимает деньги за границей, операция блокируется. Результат — снижение дистанционных краж на 42 процента.

— Это как вирус — мы должны сформировать некий общий иммунитет, — подытожила Татьяна Верпечинскис. — Конечно, мы не снимаем с себя ответственности за выявление и пресечение киберпреступлений, но нашей главной целью является правильный ответ конкретного человека в момент разговора с мошенниками.

ИМЕЙТЕ В ВИДУ

Ни один правоохранительный орган, ни одно государственное учреждение никогда не потребует от вас какого-либо дистанционного предоставления данных. Как и не потребует перечисления денежных средств, тем более передавать их иным лицам или оставлять в каких-либо указанных местах. Если разговор идёт по такому сценарию — это мошенники! Что делать? Положите трубку и сами позвоните — в милицию по номеру 102.

Егор ЧУРИК