Валовый внутренний продукт за 8 месяцев вырос на 1,6 процента. С одной стороны, результат значительно ниже от прогноза — 4,1 процента. С другой стороны, такое отставание имеет свои вполне объективные объяснения. Во-первых, на главном интегральном экономическом показателе сказывается временной сдвиг агротехнических работ по сравнению с прошлым годом. Сельское хозяйство подвержено непредсказуемой сезонности, которую диктуют особенно капризная в последние годы климатическая обстановка. В прошлом году уборочная началась несколько раньше срока, в этом году основные работы производились почти на месяц позже, что отражается и на макроэкономических показателях. Что подтверждается и статистикой за август. Производство сельскохозяйственной продукции по сравнению с августом прошлого года выросло на 34,2 процента, и почти в два раза увеличилось по сравнению с июлем этого года. 

Во-вторых, на экспорт, а, соответственно, и ВВП оказывает давление охлаждение российской экономики. На эту тему достаточно много аналитических материалов в информационном пространстве, мнение о степени охлаждения экономики нашего соседа высказываются разные. С какими-то можно согласиться, с другими — поспорить. Но факт остается фактом: конъюнктура на нашу продукцию складывается не самая удачная. Мало того, что снижается совокупный платежеспособный спрос, за планомерное освоение российского рынка взялись производители той же техники из Юго-Восточной Азии. Если в 2022-2023 годах поставки из этого региона носили разведывательный характер, компании прощупывали достаточно новый для них рынок, то сейчас азиатские корпорации пытаются заходить надолго и всерьез. Причем используя всю свою мощь финансовых инструментов стимулирования экспортного спроса. Это не является катастрофой. Конкурировать можно, есть еще не задействованные резервы у наших производителей. Но объективно конфигурация рынка несколько изменилась и требует ревизии некогда успешных подходов и их трансформации. 

Этот процесс запущен и движется планомерно. И, судя по цифрам, выходы находятся. Если по итогам восьми месяцев промышленное производство, не будем скрывать, продемонстрировало отрицательную динамику производства — минус 0,8 процента, то в августе, по сравнению с июлем 2025 года выпуск промышленной продукции увеличился на 1,8 процента. Успех достаточно скромный. Но он свидетельствует об определенном переломе отрицательного трека и выхода в положительную зону. 

Аналогичная ситуация во внешнеторговой деятельности. В январе-июле импорт (рост на 3,1 процент) опережал по динамике экспорт (рост на 1,2 процента). Сальдо за этот период сложилось отрицательное на уровне 809 миллиардов долларов. Но в июле по сравнению с июнем экспорт вырос на 6 процентов, а импорт всего лишь на 1,3 процента. И сальдо по июлю было положительным — 93,8 миллиона долларов. 

В целом сложности на российском направлении не явились какой-то уж слишком большой неожиданностью. Снижение спроса и увеличение конкуренции четко просматривалось и достаточно подробно оцифровывалось и российскими, и нашими аналитиками. Когда конъюнктура не самая благоприятная — цены на ключевые экспортные позиции не растут, а скорее обладают тенденцией к снижению на фоне охлаждения спроса и повышения конкуренции, то рост экономики обеспечивается за счет инвестиций. Вложения в основной капитал определяют скорость трансформации под новые условия, выступают одним из условий и индикаторов повышения конкурентоспособности. Сейчас локомотивом, несомненно, становится инвестиционная программа. За восемь месяцев вложения в основной капитал увеличились на 14,5 процента. Причем инвестиции в машины, оборудования и транспортные средства выросли на 20,2 процента. Несомненно, вложение в оборудование еще необходимо транслировать в повышение эффективности производства. Показатель производительности труда и в абсолютном выражении и в относительном пока оставляет желать много лучшего. За 8 месяцев рост составил всего1,2 процента. При этом доходы населения и заработная плата в реальном выражении (с поправкой на инфляцию) увеличились где-то на 10 процентов. Определенный дисбаланс присутствует. Хотя переоценивать его катастрофическое влияние на макроэкономическую стабильность не следует. С одной стороны, спору нет, опережающий рост доходов поддавливает на инфляцию: спрос несколько опережает выпуск. С другой стороны, дефицит кадров (факт всем известный) и удорожания стоимости рабочей силы создают дополнительные стимулы к повышению эффективности использования трудовых ресурсов за счет оптимизации бизнес-процессов, а также вложения в инновации и техническую модернизацию. Будем реалистами: лучшая мотивация инновационного развития — угроза кризиса.

• Если таковой не предполагается, то все предпочитают консервативные модели: понятные, опробованные, относительно стабильные и привычные.

Они оптимальны и для бизнеса (инновации — дополнительные риски), и для государства (минимизируют социальные риски), и для рядовых работников (не требуют дополнительных усилий по повышению квалификации, перехода на новые принципы работы). Поэтому в удорожании труда есть и положительный фактор: он толкает и делает почти безусловным выход на новый уровень развития с точки зрения как технологической, так и организации производства. 

Интеллект Искусственный