Польша закрыла сухопутный коридор для товаров для всего ЕС: Брюссель молчит.
Возможно, я пропустил какие-то новости? Евросоюз-то еще жив? Несомненно, чиновники в Брюсселе остались в своих креслах, получают зарплату и выражают традиционные обеспокоенности и озабоченности. Но существует ли ЕС как единое экономическое и таможенное пространство?! Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Польши Павел Вроньский буквально откровенно заявил: Варшава приняла самостоятельное решение по закрытию границы с Беларусью. Без консультаций. Не с нами, Китаем или другими далекими странами, которых в той или иной степени затрагивает это решение. А с Брюсселем и соседями по ЕС, которые тоже находятся на этом трансграничном логистическом канале. Так Европа еще единая или уже начинает превращаться в пазл?
Вопрос-то на самом деле не тривиальный, а даже очень серьезный. В какой-то степени исторический с геополитической точки зрения. Ведь какая интересная история вырисовывается. Весьма неожиданно (в том числе, для своих граждан и бизнеса) Варшава почувствовала острую опасность от учений «Запад — 2025». Паниковать и выбор повода для этого — суверенное право любого государства. Только вот об учениях было известно долгие-долгие месяцы. И экзистенциальной опасности ни польские военные, ни их коллеги по НАТО, них их прибалтийские соседи не замечали. И вдруг созрело решение — прекратить всякое движение через границу. Причем закрытие пропускных пунктов наступало через 50 часов! Сотни фур польских перевозчиков застряли на нашей территории. И не совсем понимают, как им теперь вернуться на родину самим и возвратить технику. Так торопились, что даже своих не пожалели. Вроде бы обещали возместить издержки бизнесу. Но потом, когда-нибудь и когда будут подсчитаны все убытки...
Но дело-то в том, что Варшава пошла на обострение односторонне. Даже без консультаций ни в рамках Евросоюза, ни со странами, которые заинтересованы в международном транспортном коридоре, которые проходит из Азии в Европу через Беларусь. А ведь поставки сорвались и у немецких получателей грузов, и у голландских, бельгийских... Даже на партнеров по Евросоюзу наплевали! Причем Брюссель как-то не очень-то и возмущается. Получается, что так можно?!
Так себе прецедент. Европа достаточно большая, чтобы по ее границам могли у тех или иных государств возникать опасения, сомнения, боязнь. Особенно в условиях, когда весь мир подвержен милитаризации, а горячие точки прошлого продолжают тлеть и разгораться, да еще возникают многочисленные новые конфликты. Миграционных рисков и угроз хватает со всех сторон. И Средиземноморье и Балканы продолжают оставаться ключевыми каналами проникновения из Северной Африки и других регионов в Европу. Но даже в самые драматичные времена кризиса, связанной с сирийскими беженцами в середине 2010-х, движение товаров не закрывалось. А ведь тогда в ЕС с Ближнего Востока шли караваны из десятков и сотен тысяч беженцев.
Получается, что границы в Евросоюз перестали подчиняться универсальным правилам функционирования? Несомненно, нормативно-правовая база позволяет вводить национальные ограничения. Но этой возможностью как-то было не принято пользоваться. Тем более, что чудовищно веских оснований для провоцирования логистического кризиса не было. Тем более, что Латвия и Литва на экстренные меры не шли. Завили только, что готовы это сделать в любой момент в силу непредвиденных событий. Но при форс-мажорных обстоятельства пограничная служба любой страны должна быть готовой к немедленной реакции на ситуацию. Но даже в Вильнюсе и Риге не сочли текущую ситуацию какой-то чрезмерно угрожающей.
Повторюсь: пограничный инцидент может иметь далекоидущие геополитические последствия. Во-первых, оказалось, что если очень захотеть, то любая страна из ЕС может предпринимать какие-то действия, не оглядываясь ни на евродипломатию, ни на соседей, ни на процедуры. Отсюда возникает вопрос, насколько существуют единые подходы в Евросоюзе и есть ли глубокий смысл вести какой-то диалог с Брюсселем. По крайней мере, по значимым вопросам.
Во-вторых, закрытие границы бьет по европейским взаимоотношениям в Китайской народной республикой, которая по-прежнему является важным торговым партнером всей Европы. Вроде бы, объединенной. Соответственно, и ответственность экономическая может наступить субсидиарной. Тем более, что не будем забывать: сейчас не только Вашингтон перезагружает торговые взаимоотношения с Пекином. Схожий процесс, но менее яркий и публичный, происходит и по линии ЕС — КНР. И варшавский демарш может даже очень сильно повредить этим переговорам.
В-третьих, эскалация как-то уж очень четко ложится в другой трек — требование Вашингтона от ЕС отказаться полностью от российских нефти и газа. Говоря проще — перейти на американские энергоносители. Дональд Трамп весьма активно и безапелляционно продавливает в Старом Свете экономические интересы США. И ослабление геоэкономических связей ЕС с КНР, в частности, и Юго-Восточной Азией в целом — вполне логичная политика Штатов для ослабления европейского и азиатского экономических центров. Тогда с ними будет удобнее договариваться по-отдельности.
Окончание этой приграничной истории пока не понятно и не очевидно. Но уже безусловно ясно: под большой вопрос поставлено экономическое единство Европы. Несомненно, всегда каждый из членов ЕС пытался играть свою мелодию и навязать ее остальным. Но в рамках европейского концерта как-то удавалось находить общую тональность, чтобы она не резала слух внешнему слушателю. Последняя история с Варшавой уже всерьез заставляет засомневаться в единстве Европы. Не по духу, но по экономической политике. И есть ли смысл сегодня о чем-то договариваться с Брюсселем, когда принципиальные вопросы могут решаться на уровне национальных столиц?
Алексей КЛИМОВ