Хуже инфляция только гиперинфляция

— Инфляция — это когда цены растут постоянно, повсеместно и на все сразу. Это не разовый прыжок, а бесконечный бег вверх по лестнице. Именно этот эффект домино и есть главная опасность, с которой борется государство, — подчеркнул спикер. 

Самый популярный инструмент измерения инфляции — это индекс потребительских цен. По сути, это стоимость фиксированной потребительской корзины, в которую ежемесячно складывают несколько сотен самых востребованных товаров и услуг, от молока и хлеба до стрижки в парикмахерской и оплаты интернета. Специалисты Белстата фиксируют цены на эти позиции в разных городах и торговых точках, а затем сравнивают общую стоимость этой корзины с предыдущим периодом. Это понятный ориентир для государства при индексации выплат и для граждан при планировании семейного бюджета. 

Однако у индекса потребительских цен есть и свои минусы. Главный из них — эффект средней температуры по больнице. Реальный набор покупок у пенсионеров в деревне и айтишников в Минске будет радикально отличаться. В реальности у каждого своя инфляция, потому что у каждого своя корзина покупок. Но государство обязано смотреть на общую картину, используя весь арсенал инструментов — от магазинных чеков до цен на промышленное оборудование.

Хуже инфляции только гиперинфляции, считает эксперт:

— Если обычная инфляция — это насморк, то гиперинфляция — это смерть экономики, когда накопленная инфляция за три года превышает или приближается к 100%. Чем страшна гиперинфляция? Вы не можете прогнозировать развитие своего бизнеса. А это, в свою очередь, приводит к глубокому экономическому кризису и обеднению населения. 

В истории было множество таких примеров, в том числе и в Беларуси. Когда проходили первые президентские выборы, страна находилась в апогее гиперинфляции, более 2000 % в годовом исчислении. 

— Тогда для молодого Президента это стало вызовом номер один — снизить инфляцию, — напомнил топ-менеджер Нацбанка. — Именно поэтому сейчас Глава государства инфляции посвящает больше всего времени. Он помнит те тяжелые годы.

Чем страшна инфляция на длинной дистанции?

Многие думают, какая разница — инфляция 5 или 10 %, это же мелочи. На самом деле на длинной дистанции время работает против ваших денег.

Давайте представим, что вы положили в стеклянную банку 10 тысяч белорусских рублей и забыли про них на 20 лет. Что произойдет с покупательной способностью этой суммы при разной среднегодовой инфляции? 

Инфляция 5 %: через 20 лет ваши 10 тысяч рублей по своей реальной ценности превратятся в 3700 рублей. Вы потеряли почти две трети того, что имели. Инфляция каждый год по чуть-чуть забирала часть вашего капитала. 

Инфляция 10 %: здесь цифры еще серьезнее — через 20 лет от 10 тысяч останется эквивалент всего 1400 рублей. Ваши сбережения почти исчезли. Того, на что раньше можно было купить машину, теперь хватит разве только что на запчасти.

Инфляция 20 %: в этом случае деньги обесцениваются мгновенно. Спустя 20 лет ценность вашей заначки составит всего 260 рублей. По сути, накопления за всю жизнь превратились в стоимость одного похода в кафе.

— Это наглядный пример того, почему государство должно бороться за каждый процент снижения инфляции. Разница между 5 и 10 % это не просто скучный отчет статистики, а ответ на вопрос, сможете ли вы через 20 лет обеспечить свою жизнь на эти сбережения, — пояснил Александр Егоров.

Он обращает внимание на одну деталь: инфляция несправедлива, она наказывает тех, кто копит и помогает тем, кто живет в долгах:

— Вспомните 2011-2012 годы, тогда многие пугали крахом экономики. Но на деле ничего страшного не произошло. Зарплаты продолжали расти, а рост цен удалось быстро остановить. Но есть важный момент, о котором часто забывают. За эти два года огромные долги по кредитам на жилье практически обнулились. Инфляция просто стерла долги тех, кто строился по льготным программам. Теперь понятно, почему некоторые директора предприятий до сих пор мечтают о дешевых кредитах. Но за такой подарок в итоге заплатит каждый из нас из своего кармана. Если мы возьмем последние 10 лет, то накопленная инфляция составила чуть более 100 %, или 7,6 % в среднем в год. Много ли это или мало, зависит от цели по инфляции, которая, в свою очередь, зависит от структуры экономики. 

Именно поэтому здесь важно смотреть на вторую сторону медали, уверен эксперт:

— За это же время средняя зарплата в стране выросла значительно сильнее. В 2015 году средняя зарплата составляла около 670 рублей. За 2025 год средняя зарплата составила почти 2700 рублей. Рост более чем в 4 раза. Намного быстрее, чем инфляция. 

Что это значит? Это значит, что реальные располагаемые доходы населения за 10 лет не просто сохранились, а выросли. Количество продуктов, которые можно купить на среднюю зарплату, существенно возросло. Именно этот показатель, покупательная способность, и есть главная мера успеха экономической политики. 

Какой уровень инфляции комфортный?

Почему мы стремимся к 5 % инфляции, а не к нулю? И почему, например, для Швейцарии 2 % это много, а для развивающихся рынков 5 % — норма. Все дело в структуре и скорости экономики, а также в силе национальной валюты, поясняет эксперт:

— Развитые экономики похожи на зрелые организмы, которые растут медленно, на 1-2 % в год. Там лишние деньги мгновенно превращаются в пузыри. Развивающиеся экономики — это растущий организм. Им нужно больше денежной массы для строительства новых заводов и дорог. В таких странах инфляция в 5 % — признак того, что экономика дышит. Если искусственно сжать инфляцию до нуля в растущей экономике, можно спровоцировать ее остановку. 

По мнению гостя эфира, низкая инфляция нужна как фундамент для долгосрочного планирования:

— Когда цены стабильны, предприятие может взять кредит на 10 лет, чтобы построить новый цех, точно зная, какой будет окупаемость. Семья может планировать покупку квартиры, понимая, что их сбережения не превратятся в пыль через год. Низкая инфляция позволяет Национальному банку снижать ставку рефинансирования. Чем меньше инфляция, тем дешевле деньги. Это значит, что кредиты становятся посильными.

Сдерживая инфляцию, государство еще и защищает простого человека, гарантируя, что его честно заработанный рубль сохранит свою силу завтра, добавляет Александр Егоров. 
Но здесь стоит опасаться дефляции, когда инфляция очень низкая и цены начинают падать:

— Казалось бы, мечта любого покупателя. Но для экономиста это кошмар наяву. Представьте, вы хотите купить новую машину. Вы видите, что цены падают на 1% каждый месяц. Что вы сделаете? Конечно, отложите покупку на полгода, ведь завтра будет дешевле. И так сделают миллионы. Потребление замирает, склады заводов переполняются товаром, который никто не берет. Предприятия перестают получать прибыль, начинают сокращать зарплаты и увольнять людей. 

Как управлять этим течением?

В Беларуси выбрали путь, который часто называют уникальным, но на самом деле он является лучшим воплощением мирового прагматизма. 

— Наша модель — это эффективная комбинация рыночных методов и административного управления. Часто можно услышать критику, мол, рынок сам все должен отрегулировать. Давайте посмотрим правде в глаза: в моменты глобальных потрясений чистый рынок превращается в хаос, где спекулянты богатеют, а обычные люди нищают. Волевое решение Президента по жесткому регулированию цен, знаменитое 713-е Постановление, это не отказ от рынка, это установка правил игры, — подчеркивает эксперт. 

Белорусский путь — это стратегия защиты: мы строим систему, где за всей цепочкой стоимости, от поля до прилавка, присматривает государство:

— Это не зажим бизнеса, а гарантия того, что инфляция останется управляемой, а цены — дисциплинированными. Когда Глава государства говорит, что спекуляции места нет, это сигнал о том, что экономика должна работать на человека труда.

Каковы планы на будущее? В прогнозе социально-экономического развития на 2026 год заложен целевой параметр по инфляции — не более 7 %. Если долгосрочная цель Национального банка — 5 %, почему ставится планка в 7 %? 

— Президент четко обозначил задачу — нужно ниже. Глава государства требует от Правительства и Национального банка не просто вписаться в график, а искать резервы для максимально жесткого сдерживания цен. Ведь за каждым процентом стоят реальные деньги в ваших кошельках. Итоговая цель остается незыблемой — стабильные цены и уверенность в завтрашнем дне, — акцентировал внимание Александр Егоров. 

Он добавил, что стабильные цены — не просто сухая статистика, а фундамент национального суверенитета:

— Мы прошли долгий путь от хаоса 90-х до выверенной стратегии сегодняшнего дня. Сегодняшняя стабильность — не подарок свыше, а результат жесткой дисциплины волевых решений Главы государства и ежедневного труда миллионов белорусов. Важно помнить, что настоящая защита от обесценивания денег находится не в валютных обменниках, а в наших головах и на наших рабочих местах. Только создавая востребованный, качественный и конкурентный продукт, мы наполняем наш рубль реальной силой.